— Так, все, с меня довольно! — резко отстраняется Ракель и поднимает руки перед собой. — Я ухожу!

— М-м-м, а ты задрожала , когда я положил руки тебе на талию, — с хитрой улыбкой отмечает Терренс.

— У меня нет никакого желания оставаться здесь! Ты и твоя прошмандовка испортили мне настроение. Я думала, что проведу хороший вечер, но тут приперся ты, притащил с собой эту курицу и отбил у меня всякое желание танцевать и знакомиться с новыми людьми. — Ракель отходит еще на пару шагов и наполовину разворачивается к Терренсу. — Больше не попадайся на моем пути, Терренс Джеймс МакКлайф. Живи своей жизнью и делай все, что ты хочешь. Я искренне надеюсь, что мы с тобой больше никогда не встретимся.

Ракель собирается покинуть это заведение и вернуться домой к своему дедушке Фредерику. Правда у Терренса вдруг появились немного другие планы… Он резко толкает и прижимает девушку к стене, задрав руки над ее головой, начав крепко удерживать их, подойдя к ней настолько плотно, насколько это возможно и уставив свой взгляд в ее глаза. Из-за этого она сильно вздрагивает и негромко охает.

Поначалу Терренс хочет сказать ей еще парочку плохих вещей и хорошенько проучить за то, что она испортила ему вечер. Но после нескольких вдохов женского запаха он становится все больше одержим физическим влечением к этой девушке. Мужчина вспоминает те старые добрые времена, когда у него была возможность насладиться близостью с этим человеком. Терренс все больше начинает понимать, что оказавшись очень близко к этой сероглазой красотке, он не может сдерживать свой порыв страсти, огонь которой все еще живет в его сердце.

Как бы сильно он ни отрицал обратное, мужчина понимает, что ему не хватает этих бешеных эмоции и сильной страсти в отношениях с Рэйчел, которая является полной противоположностью Ракель и не смогла бы быть настолько страстной и горячей, даже если бы она изо всех старалась.

— Уже уходишь? — довольно тяжело и часто дыша, более низким голосом интересуется Терренс, которому в нос ударяет манящий запах, что исходит от Ракель и все больше затуманивает его разум. — Так быстро…

— Эй, сейчас же убрал от меня свои руки! — грубо требует Ракель, начав брыкаться и вырываться из крепкой хватки одурманенного ее запахом Терренса, чье горячее дыхание обжигает ей кожу.

— Неужели я и правда больше не привлекаю тебя как мужчина?

— Ты мне противен !

— Да? А если я это проверю?

Терренс снова полной грудью вдыхает запах, что идет от кожи Ракель.

— М-м-м, черт… — широко улыбается Терренс. — Ты по-прежнему пахнешь чертовски сексуально.

— Отпусти меня! — сухо требует Ракель. — НЕМЕДЛЕННО ОТВАЛИ ОТ МЕНЯ, ПРИДУРОК!

— Тише-тише, девочка, тише… Расслабься…

Терренс оставляет пару коротких поцелуев на губах Ракель, чувствуя, как в нем просыпаются давно забытые, но такие желанные чувства.

— Все хорошо… — более низким голосом произносит Терренс.

— Вали к своей крашеной швабре! — с раздраженным рыком требует Ракель. — Раз она лучше во всем…

— Черт, Кэмерон, ты сводишь меня с ума…

— СЕЙЧАС ЖЕ ОТПУСТИ МЕНЯ! ОТПУСТИ, Я СКАЗАЛА!

Ракель снова пытается вырвать руки из крепкой хватки Терренса и сбежать от него, но тот даже и не думает отпускать ее. Тем более, что ее сопротивление и агрессивное поведение еще больше заводят мужчину и пробуждают в нем желание овладеть ее прекрасным телом и вновь почувствовать все те незабываемые эмоции, что она ему дарила, и по которым он так скучает.

— Твою мать, как же давно мы в последний раз испытывали все эти эмоции… — с едва заметной улыбкой произносит Терренс, кончиком носа медленно проводя по изгибу шеи Ракель и оставляя на ней медленный и тянучий поцелуй, пока та против своего желания издает тихий стон. — О, черт…

— Ты слышишь, что я сказала? — с тяжелым дыханием спрашивает Ракель. — Убери от меня свои руки!

— Кажется, я знаю , чего мне так не хватало, чтобы стать по-настоящему счастливым… — Терренс оставляет еще парочку коротких поцелуев на передней части шеи Ракель. — И я совсем не прочь испытать их вновь и заставить тебя кричать и стонать от удовольствия.

Не стоит скрывать, что от одного лишь дыхания Терренса у Ракель уже перехватывает дыхание, а тихий стон сам собой вырывается наружу, как бы сильно она ни пыталась сделать вид, что ее совсем не влечет к нему.

— Вот же чертовка… — низким голосом произносит Терренс, тихо усмехнувшись, когда он замечает, как сильно дрожит тело Ракель от одного лишь прикосновения губ к ее мягкой коже, от которой исходит столь манящий запах. — Одета не как шлюха, но все равно соблазняет и притягивает к себе.

— Отвали от меня! — грубо требует Ракель, все еще продолжая сопротивляться и не обращая внимания на напряжение, что медленно зарождается внизу живота. — Отвали! Мне противно с тобой находиться!

— Противно, говоришь… — Терренс позволяет своим рукам медленно скользить по телу Ракель вверх-вниз, параллельно прикусывая мочку ее уха. — Да все твое прекрасное тело дрожит только лишь от одного моего касания пальца! А что же с ним будет, если я покрою его поцелуями от и до?

— Хватит… — тихо произносит Ракель. — Отвали от меня… Ар-р-р…

Сердце и тело Ракель настойчиво просят о том, чтобы эта прелюдия продолжилась. А вот разум твердит, что она должна немедленно оттолкнуть Терренса от себя и запретить ему так бессовестно лапать ее тело, ибо после того что между ними произошло, он такого права не имеет. И мысли о скандале так или иначе отрезвляют голову девушки и заставляют пойти против воли сердца и тела, которые жаждут любви и ласки этого человека, которому сейчас все равно, хочет ли она того же, что и он, или нет.

— Мне уже не терпится содрать с тебя все эти шмотки и как следует оттрахать, — без стеснения признается Терренс, держа руки на бедрах Ракель и проводя губами по месту у нее за ухом.

— Немедленно убрал от меня свои руки! — грубо требует Ракель, резко отталкивая Терренса от себя в надежде выбраться из этой ловушки. — Сейчас же отвали от меня, мерзавец!

— Отвалю, когда трахну!

— Отвали! А иначе я… Я…

— Что ты? — невинно улыбается Терренс, немного приоткрывает ключицы Ракель, что прикрыты ее джинсовой курткой, и медленно проводит по ним своей теплой рукой. — Что ты мне делаешь?

— Ты пожалеешь об этом!

— Будешь отрицать, что твое тело не хочет сопротивляться мне и жаждет отдаться в мои руки?

— Ты сейчас доиграешься! Я буду кричать! Звать на помощь! Привлекать внимание, чтобы кто-нибудь прибежал сюда!

— Кричи, если хочешь… — Терренс одновременно водит рукой по изгибам талии Ракель и горячим воздухом дышит на место за ее ухом. — И можешь продолжать сопротивляться… Меня это еще больше заводит и мотивирует осуществить желаемое.

— Я не шучу, сука! Ты пожалеешь об этом, если сейчас же не уберешь от меня свои грязные руки!

— Ну да… А вот твое тело не согласно с тобой. Оно хочет меня… Хочет все, что я могу ему дать…

Ох, до чего же Терренс умело обращается с телом Ракель! Оно никак сопротивляется ему и мгновенно отвечает на любое его прикосновение и поцелуй. Девушка, чье сердце бьется намного сильнее, прекрасно это понимает и начинает все больше паниковать из-за того, что ее разум затуманивается все больше, а она все меньше способна сопротивляться сильному физическому влечению к этому человеку. Которое тоже начало просыпаться в ней спустя долгое время.

— Мне ничего не сделают, если я захочу овладеть тобой и твоим шикарным телом прямо здесь и сейчас, — с гордо поднятой головой уверенно заявляет Терренс, параллельно покрывая шею Ракель волнительными поцелуями и позволяя себе одной рукой нежно трогать и мять в ладони ее грудь, а второй – гладить ее крепкие ягодицы.

— Если я скажу, что ты пытаешься меня изнасиловать, то тебя немедленно заберут в полицейский участок, — сухо говорит Ракель и крепко сжимает руки в кулаки, изо всех пытаясь сдержаться и не застонать из-за всего, что с ней делает Терренс.