— Очень нравится. Благодаря Рэйчел я смог забыть о том, что со мной обошлись так жестоко. Смог наконец-то почувствовать тот желанный покой, которого мне не хватало. Я от всего сердца благодарен ей за то, что она для меня делает.

— Это и есть любовь, Терренс, — слегка улыбается Альберт. — Страсть и влечение – это лишь дополняющие вещи. Самое главное в настоящий любви – это забота и готовность чем-то жертвовать и не только получать, но и отдавать.

— Думаю, что такая девушка, как Рэйчел мне здорово подходит, — уверенно отвечает Терренс. — Теперь я понимаю, что хочу испытывать не бешеную страсть, от которой голова кругом идет, а быть окруженным заботой и любовью. Каким бы сильным и независимым человеком я ни был, мне все равно это нужно. Я хочу быть любимым и нужным… Не хочу быть забытым и не слышать ни одного доброго слова.

— Мой вам совет, молодой человек, если хотите стать счастливым, то присмотритесь к моей доченьке получше и дайте ей шанс стать той, которую вы ищете, — с легкой улыбкой советует Альберт. — Поверьте мне, Рэйчел будет в тысячу раз лучше Ракель и уж точно не променяет вас на карьеру. Или же научится держать баланс между семьей и работой, если вдруг моей девочке однажды захочется начать зарабатывать самостоятельно.

— Скажу вам честно, я уже начал присматриваться. Конечно, о большой любви говорить еще рано, но я с радостью готов дать Рэйчел шанс попытаться стать намного лучше, чем Ракель. И что-то мне подсказывает, что она сможет полностью заменить мне ту, которая не ценила меня и потеряла того, кто мог бы сделать ее своей королевой.

— Однажды ваша бывшая девушка поймет, что потеряла, когда променяла вас на карьеру модели. Может, это случится очень поздно, когда ею уже никто не будет интересоваться. Но поверьте, она обязательно осознает свою ошибку и будет ненавидеть себя за это.

— Это я и хочу показать ей, — с гордо поднятой головой заявляет Терренс. — Хочу показать, как много она потеряла, отвергнув меня и воспользовавшись моими чувствами к ней. И пока я буду счастлив с другой девушкой, она продолжит строить свою карьеру и думать, что в этом заключается счастье.

— По своему опыту скажу, что многие девушки начинают ценить мужчин только тогда, когда они их теряют.

— Нет, я не буду против, если моя девушка захочет работать. Пожалуйста, ей никто не будет запрещать! Однако я уж точно не готов быть с той, которая только о работе о думает. Если уж захотела работать, то надо как-то научиться совмещать два дела.

— В этом я с вами абсолютно согласен. Хотя лично я все же за традиционные семьи, в которых мужчина – добытчик, а женщина – хранительница домашнего очага.

— Если работа никак не повлияет на семью, то почему бы и нет.

В воздухе на пару секунд воцаряется небольшая пауза, во время которой Альберт быстро прочищает горло.

— Знайте, должен вам признаться, что моя дочь не никого любила по-настоящему сильно, кроме вас, — уверенно признается Альберт. — У нее было много ухажеров, которые казались мне вполне неплохими. Но я не увидел в ее глазах особо яркого блеска. Да, она любила, но не так сильно.

— Позволяла себя любить? — уточняет Терренс.

— Что-то вроде того.

— Неужели она до сих пор что-то чувствует ко мне?

— Все возможно. И если это так, то она воспользуется шансом и вновь попробует обратить на себя ваше внимание.

— А у нее есть здесь друзья?

— Конечно! У Рэйчел очень много хороших подружек. Она у меня довольно общительная девочка и легко находит общий язык с людьми. А поскольку мы с ней часто ездим по некоторым странам, практически везде есть те, с кем она проводит время.

— Здорово, когда у тебя есть друзья, которые могут помочь отвлечься от чего-то плохого… — с грустью во взгляде отмечает Терренс. — В который раз убеждаюсь в этом…

— Да, но только порой бывает очень трудно понять, кто действительно твой друг.

— Согласен. Сталкивался с подобным пару раз…

Терренс бросает короткий взгляд в сторону, испытывая искреннюю жалость к Рэйчел, которая определенно до сих пор страдает из-за не разделенной любви. Мужчина очень хотел бы помочь ей перестать переживать из-за этого и одарить своей лаской и заботой, которые она так заслуживает. И обещает себе сделать все, чтобы так и случилось.

— Кстати… — решает сменить тему Терренс и возвращает на место ручку, которую до этого усердно вертел в руке. — А как вы оказались в Нью-Йорке? Рэйчел говорила, что вы здесь только на время…

— Да, вообще-то мы с дочкой проживаем в Майами и приехали сюда на время, — дружелюбно отвечает Альберт. — У меня здесь есть кое-какие дела. Да и я поддерживаю одну из своих любимых групп, у которой сейчас идет турне. Они как раз остановились в этом городе.

— Вы так с ними близки?

— Очень близок. И надо признать, некоторые даже немножко обижаются из-за этого. Считают, что у них есть привилегии из-за столь близких отношений с самим владельцем лейбла. Хотя лично я никого для себя не выделяю и ценю таланты каждого артиста одинаково высоко.

— Ясно. И когда вы уедете отсюда?

— Через месяц. В Нью-Йорке запланировано еще несколько концертов, а потом они поедут в Нью-Джерси. Правда, уже без меня.

— У этой группы тур по городам страны?

— Пока да, но в будущем группа планирует отправиться в Канаду, Великобританию, Швецию, Францию и еще многие страны. У них очень много планов… Но кто знает, удастся ли их осуществить.

— А та группа, с которой я буду работать… Они давали концерты по стране?

— С этими ребятами мой лейбл работает уже несколько лет. И пока что менеджеры не организовывали концерты за пределами Нью-Йорка. Если честно, той группе мы пока что уделяем очень мало времени.

— А почему?

— Потому что мы ищем гитариста, за которого нам не будет стыдно.

— А если я с ними сработаюсь и всем понравлюсь, то вы приметесь продвигать группу?

— Да, когда вы привыкнете к своей группе и изучите весь материал, тогда менеджеры начнут думать об организации концертов на больших площадках и договариваться с организаторами.

— Сделаю все, чтобы оправдать ваши ожидания, — скромно улыбается Терренс.

— Будем надеяться.

Терренс ничего не говорит и с легкой улыбкой кивает, уже предвкушая тот день, когда он наконец-то отправится в турне вместе со своей группой и начнет собирать целые стадионы, которые будут слушать его игру и пение с огромным удовольствием. Ему уже не терпится поскорее познакомиться со своей новой группой и начать упорно работать, чтобы в самое ближайшее время стать известным в музыкальном бизнесе.

А затем в кабинет заходит скромно улыбающаяся Рэйчел, которая держит маленькую чашку кофе в руках.

— Я не помешала вам? — дружелюбно спрашивает Рэйчел. — Хотела проверить, как вы тут поживайте.

— Нет-нет, милая, мы уже закончили, — бодро отвечает Альберт. — Мы с Терренсом очень хорошо поговорили.

— И как?

— Я согласен взять поработать с этим человеком прямо без прослушивания.

— Правда? — слегка приоткрывает рот Рэйчел. — Без прослушивания? Ты серьезно?

— Мне было достаточно услышать лишь его пение, чтобы он поразил меня.

— Он пел для тебя?

— Да, и я был в приятном шоке. Давно я не встречал людей с таким мощным голосом и широким диапазоном. Твой друг – просто идеальная находка для меня! Я не могу упустить шанс сделать его звездой.

— Я же говорила, что он идеально подходит твоей группе. А ты мне не верил!

— Знаю, солнце мое, знаю… Прости, что сразу не согласился поговорить с ним.

— Твоя дочурка не стала бы тебе врать.

— Конечно, потом команда группы еще послушает, как он играет на гитаре. Однако я бы однозначно дал ему шанс, потому что этот человек до глубины души поразил меня своим голосом.

— Уж поверь мне, играет Терренс ничуть не хуже, чем поет.

— Я верю, дочка, верю.

— Мне вообще кажется, что он вполне мог бы стать солистом. Ничего же, что у группы будет два поющих участника с сильными голосами.