— Честно говоря, в нашей паре больше любил я. Точнее, думал, что любил. А эта девушка, так скажем, встречалась со мной только для того, чтобы от нее отстали. К тому же, мы не поладили после первой же встречи. Может, это тоже сыграло свою роль. Ведь романы обычно начинаются с хороших отношений.

— Хотите сказать, что она не любила вас?

— Никогда не любила.

— Ну что ж, тогда расставание будет лучшим решением в вашем случае. Так или иначе к решению встречаться и жениться люди должны прийти осознанно, а не под давлением семьи или общества…

— Сейчас я очень хорошо это понимаю, — без эмоций говорит Терренс, нервно теребя молнию на своем черном блейзере. — И обещаю себе не допустить подобной ошибки во второй раз.

— Наверное, вам сейчас очень тяжело проходить через все это.

— Очень тяжело…

— Вы все еще любите свою бывшую девушку в глубине души?

— Сомневаюсь, что мои чувства можно назвать любовью. Скорее это физическая привязанность…

— Ну неужели вы вообще не испытывайте к ней никакой любви? Вспомните, как вы любили в начале ваших отношений… Вы должны были что-то чувствовать. Раз вы решили встречаться с ней, значит, что-то вам в ней понравилось.

— Ох, если честно, то я любил только лишь ее красоту, — немного неуверенно признается Терренс, сложив руки на столе. — Ракель очень красивая и привлекательная, и я действительно потерял голову от ее красоты. Но любить только красоту недостаточно для крепких отношений.

— Многие молодые люди путают страсть с любовью. И начинают ненавидеть друг друга, когда это чувство проходит.

— И думаю, что во мне ее тоже привлекала только лишь моя внешность… Эту девушку никогда не интересовало, что я чувствую, о чем мечтаю, о чем переживаю… Да, она спрашивала меня об этом, но я чувствовал, что ей было как-то все равно. Делала это для того, чтобы не казаться совсем уж черствой и эгоистичной. И ее полное равнодушие привело к тому, что я и сам начал охладевать к Ракель. Я… Не особо переживал за нее и не интересовался ее делами. Да еще и начал терять к ней физический интерес. Одно время я до смерти хотел ее, но потом вдруг это желание куда-то пропало.

— Думаю, любой человек хочет, чтобы им интересовались, и чтобы о нем заботились… Это и есть настоящая любовь… Готовность пожертвовать собой, пойти на что угодно ради любимого человека, быть рядом с ним в горе и радости – вот что значит подлинная любовь. А то, что вы описывайте, – это всего лишь сексуальное влечение. Которое очень скоротечно. Так же, как и страсть. Это чувство далеко не постоянное.

— К сожалению, я не получил всего этого, когда был в отношениях. Хотя мне так не хватало хотя бы простого разговора по душам и слов « я тебя люблю ». Эту девушку больше интересовала ее карьера и доброе имя. А меня она просто нагло использовала.

— Да, все говорят, что Ракель всегда была слишком сильно одержима своей карьерой. Многие ее поклонники часто говорят об этом. И я предпочитаю им верить, зная, как много она работает, и с какой любовью говорит о своей работе. Смотря ее интервью, мне всегда казалось, что эта девушка любит работу модели больше всего на свете и определенно была бы готова променять ее на свою семью.

— Вы правы, — уверенно кивает Терренс. — Семья ей не нужна. Она и без нее неплохо живет… А вот я не могу закрыть на это глаза и жить с девушкой, которая не готова пожертвовать чем-то ради меня. Я хочу быть с той, которая разделяла бы со мной мое желание создать свою семью.

— Понимаю.

— Я не требую от девушки родить мне десятерых. Просто я хочу видеть, что она готова заботиться обо мне, поддерживать меня и выслушивать. Что она поставила бы семью на первое место, а все остальное – на второе и последующие. Однако Ракель выбрала карьеру. Славу. Любовь поклонников. Ей больше нравится слышать комплименты от других людей, чем делать их собственному парню.

— К сожалению, сейчас очень много таких девушек. Если раньше для них смыслом жизни были только лишь муж и дети, то сейчас они предпочитают уделять все время себе и своей работе.

— И поэтому я рад, что мы с ней расстались. Она не единственная девушка на свете, и я еще обязательно встречу другую, которая была бы намного лучше этой эгоистичной карьеристки.

— Конечно, встретите, — слегка улыбается Альберт. — Вы молодой, успешный, обеспеченный, достаточно привлекательный… Уверен, у вас не будет отбоя от девушек, когда они узнают, что вы расстались со своей возлюбленной.

— До романа с ней вокруг меня крутилось очень много девушек. Я не успевал уделять им всем время… Правда, после того как я начал встречаться с той девушкой, внимания стало намного меньше. Но думаю, что я снова буду популярен, когда вернусь в ряды холостяков.

— Надеюсь, что вам и правда повезет. Все-таки жизнь после расставания не заканчивается. Не надо ставить на себе крест и лишать себя счастья. Я вижу, вы хотите создать свою семью и мечтайте о жене и детях. Вот и стремитесь к этому. Даже если вы женитесь и разведетесь сто раз, рано или поздно вам обязательно удастся найти ту, с которой проведете всю свою жизнь.

— Вы абсолютно правы.

Хоть Терренс говорит обо всем этом безо всяких эмоций на лице и ведет себя достаточно спокойно, он чувствует себя так, будто на душе скребут кошки. Мужчина с грустью во взгляде задумывается о чем-то своем, пока в воздухе на пару секунд воцаряется тишина.

— Скажите, Терренс, а правда, что вы знакомы с Рэйчел еще со школы? — дружелюбно спрашивает Альберт. — Она говорила мне, что вы были ее хорошим другом.

— Да, мы с ней учились в одной школе, — кивает Терренс и начинает теребить в руках ручку, которую берет со стола. — Рэйчел была моей хорошей подругой, но не более. Я помогал ей, она помогала мне.

— Она как-то сказала мне, что вы ей очень нравились, — с легкой улыбкой отвечает Альберт.

— Это так. Рэйчел никогда не отрицала, что влюблена в меня.

— И даже сейчас она без ума от вас.

— Нет, сейчас ее любовь в прошлом. Она сама сказала мне об этом.

— Ну не знаю, что она там сказала, но я вижу, что моя дочка все еще неравнодушна к вам.

— Что, думайте, ваша дочка соврала мне?

— Ну может не соврала… Просто после встречи с вами в ней начали просыпаться былые чувства.

— Я всем сердцем люблю Рэйчел, но только как лучшую подругу, — слишком увлекшись тем, что он нервно теребит ручку в руках, задумчиво признается Терренс. — Она очень красивая и милая девушка, но я никогда не воспринимал ее как свою потенциальную девушку. Хотя всегда готов прийти ей на помощь, в чем-то поддержать или как-то утешить.

— А вы смогли бы полюбить мою дочку сейчас, когда вы расстались с девушкой? Только честно!

— Думаю, что смог бы… — Терренс скромно улыбается. — Рэйчел поддерживает меня, всегда готова выслушать и что-то посоветовать. Ее действительно волнует, что со мной происходит. Мне нравится что-то ей рассказывать. Нравится слушать ее. Я чувствую себя очень комфортно. И получаю от нее ту поддержку и ту любовь, которые не получал от своей бывшей девушки.

— А почему бы вам не попробовать поухаживать за ней?

— Поухаживать?

— Рэйчел очень добрая и заботливая девушка, которая готова отдать всю себя тому, кто полюбит ее. А поскольку к вам моя девочка дышит неровно, то она сделает что угодно, лишь бы сделать вас счастливым. Моя дочь прекрасно понимает, что вам сейчас тяжело, и старается как-то подбодрить вас.

— И мне это здорово помогает, — скромно улыбается Терренс. — Всю эту неделю мы почти каждый день проводили время вместе. Ходили в кафе, в кино, в парки… Вспоминали школьные годы… Я узнал очень много из того, что произошло с нашими одноклассниками.

— Да уж… Вы знакомы с ней со школы, а я только сейчас узнал, что вы учились с моей дочкой.

— Моя мама тоже знала не всех моих одноклассников. Но это не относилось к Рэйчел. С ней она была знакома.

— Вам и правда очень нравится проводить время с моей дочерью?