— Ох, ладно… — резко выдыхает Бенджамин. — Раз ты не хочешь говорить, то я не буду настаивать. Но помни, что ты можешь рассказать об этом в любое время.

— Спасибо, Бен, — бросает легкую улыбку Терренс. — Рад, что ты поддерживаешь меня.

— Я, конечно, осуждаю тебя за то, что ты ударил Ракель, но и эта девушка тоже не святая. Ну а после того что ты рассказал, то предпочту встать на твою сторону. На сторону своего лучшего друга.

— Не знаю, что я бы с тобой сделал, если бы ты встал на сторону этой неблагодарной эгоистки.

— Мы ведь с тобой друзья! Знаем друг друга с детства. Как облупленных. А вот Ракель я знаю всего несколько месяцев и очень мало с ней общался.

— Лучше не надо общаться с ней, — хмуро бросает Терренс. — Пусть эта девчонка останется одна.

— Хорошо, что вы не успели пожениться, а иначе бы вам пришлось ждать еще несколько месяцев, чтобы вас развели.

— Ничего, подождал бы. Подписал бы все бумаги и подождал. Ожидание того стоило бы. Я наконец-то стал бы свободным и начал жить своей жизнью. Но к счастью, в моем случае все намного проще, и мы расстались просто на словах. — Терренс выпивает немного виски. — Она будет помешана на своей карьере и желании постоянно слышать комплименты от своих фанатов, а я продолжу искать пути пробиться в музыкальный бизнес и однажды найду себе другую девушку. Которая не повторит ошибок моей девушки.

— Да уж… — тихо вздыхает Бенджамин. — Вот уж не думал, что эта девушка окажется такой…

— Я и сам не думал. И успел сто раз пожалеть, что решил встречаться с ней.

— Ох, хорошо, что у вас за время отношений не появились дети, и вы не додумались пожениться. Ведь если бы у вас был хотя бы один ребенок, вам пришлось бы бороться в суде за право проживать с ними. Да и радуйся, что у вас нет совместно нажитого имущества. Иначе пришлось бы делиться.

— Я ничего не отдам этой девчонке, — хмуро заявляет Терренс. — Она не получит от меня ни цента! Пусть даже не раскатывает губу.

— Не беспокойся, МакКлайф, тебе не придется ничего отдавать, потому что ты не женат на этой девчонке. А значит, все останется при тебе.

— Это точно! Я уже дал ей понять, что она ничего не получит. В том числе мой дом, из которого Кэмерон попыталась меня выгнать.

— Правда?

— Ага! Представляешь, сказала мне собирать свои манатки и валить из дома. — Терренс ехидно усмехается. — А я ей напомнил, что она не может отобрать его от меня, потому что он был куплен на мои деньги еще до того, как Кэмерон переехала ко мне. Ракель не имеет на него никаких прав и жила там лишь потому, что являлась моей девушкой. А в противном случае она в любой момент могла бы вылететь из моего дома и катиться на все четыре стороны. И она непременно вылетит, когда я выставлю ее за дверь со всеми ее чертовыми манатками.

— Не переживай, Терренс, все останется при тебе, — уверенно говорит Бенджамин. — А Ракель как переехала в твой со своими вещами, так она и уедет с ними.

— Кстати, ты правильно сказал насчет детей. Слава богу, что у нас их не было, и Кэмерон никогда не была просто беременна.

— Да уж, ей даже презервативы не понадобились… — шутливо отвечает Бенджамин.

— Знаешь, как я рад, что у меня нет детей от этой эгоистки. И рад, что она отказывалась от секса. Ведь хотя бы один единственный раз мог запросто привести к беременности.

— Это верно! Если бы вы расстались, уже будучи родителями, то вам пришлось бы долго объяснять малышу, куда ушел папа, и почему мама решила покинуть дом…

— Согласен… — Терренс выпивает немного виски. — Было бы очень трудно объяснить все это ребенку.

— Я и сам пережил это, когда мои родители разводились… — Бенджамин тоже делает пару глотков из своего стакана. — До сих пор помню, что мама долго не хотела говорить мне, что она разводится с отцом. Пыталась убедить меня, что он просто уехал куда-то по делам. Но когда она все-таки призналась в этом, я принял это достаточно спокойно. Никаких истерик и депрессий…

— Она сказала тебе, что твой папаша просто ушел к другой?

— Сказала. Пыталась сделать это в мягкой форме. Мол, у папы другая семья. Типа так иногда случается… Мать пыталась подбирать слова, но в какой-то момент я попросил ее перестать делать это и говорить мне все как есть. Мол… Надоело слушать, как она оправдывает этого человека. Я хотел знать правду и имел на то право. Сказал, что я уже достаточно взрослый, чтобы понимать некоторые вещи.

— Неужели ты и правда спокойно принял их развод?

— Правда. И думаю, что мне было проще это сделать, потому что я как-то уже привык к тому, что отца постоянно не бывало дома. Он и раньше целыми днями пропадал на работе. А когда папаша однажды не появлялся дома уже целую неделю, я даже этого не заметил.

— Кстати, а ты так не встречался со своим отцом после его развода с твоей матерью?

— Нет, не встречался. Он не очень-то стремится к этому.

— Ты злишься на него?

— Я не злюсь на отца и отношусь к нему нейтрально, но все же не могу сказать, что люблю его. И к тому же, я не горю желанием видеть его.

— Интересно, он до сих пор живет с той женщиной, к которой ушел?

— Кто знает… Может, он и женился на ней и стал папашей ее детей… А может, они все-таки расстались… И сидит этот человек в какой-нибудь маленькой квартирке и смотрит телевизор с пакетом чипсов и бутылкой пивасика в руках.

— Прошло уже много лет. Многое могло измениться.

— Может быть. Но меня это не очень интересует. Пусть мой папаша живет своей жизнью, раз он бросил нас с мамой. Да, нам было непросто, но мы справились и сейчас живем вполне неплохо.

— Твой-то отец явно понимает, что виноват, а мой – нет. Мой папаша никак не может оставить нас в покое. Никак не поймет, что я не желаю видеть и слышать его.

— Ничего, когда-нибудь до него дойдет, что ты этого не хочешь. Да и твоя мать рано или поздно смирится с твоим желанием.

— Мне никогда ее не понять… — устало вздыхает Терренс. — Не понять, почему она заставляет меня общаться с ним. Общаться с тем, кто нас предал.

— Миссис МакКлайф слишком добрая. Я не помню, чтобы она была на кого-то обижена. Она либо относится ко всем нейтрально, либо хорошо.

— Я постоянно ей об этом говорю. Говорю, что у нее должна быть хоть какая-то гордость. А она меня не слушает. Знал бы ты, сколько раз мы спорили из-за этого.

— Да уж… Тяжелый случай…

В разговоре на пару секунд воцаряется пауза, во время которой Бенджамин отпивает немного из своего стакана.

— Клянусь, если я однажды стану отцом, то никогда не поступлю со своим ребенком так омерзительно, — уверенно обещает Терренс. — Я стану для своего ребенка прекрасным отцом и ни за что не брошу его.

— Вижу тебе уже не терпится взять своего карапуза на руки, — скромно улыбается Бенджамин.

— Ты же прекрасно знаешь, что я всегда об этом мечтал. И не важно, кто у меня был бы: девочка или мальчик… Я одинаково буду рад как сыну, так и дочери.

— Знаю… А вот я всегда мечтал о сыне… О пацане…

— Ну ты подожди мечтать о детях! — Терренс скромно хихикает и отпивает немного виски. — Ты сначала девушку себе найди. И повстречайся с ней хотя бы месяц. А то я смотрю, ты уже размечтался о детях, несмотря на то, что у тебя нет жены.

— А что, разве мне надо жениться для того, чтобы стать отцом? — искренне удивляется Бенджамин.

— Желательно бы. Вообще-то, все порядочные мужчины женятся, прежде чем делать детей.

— Если захочу, то обязательно женюсь.

— О да, конечно! — тихо усмехается Терренс. — Только вопрос в том, когда ты женишься. Ведь девчонки не задерживается с тобой дольше недели.

— Просто они не понимают, что потеряли настоящее сокровище, — с гордо поднятой головой заявляет Бенджамин. — Не знают, глупенькие дурочки, каким превосходным партнером я могу быть.

— По крайней мере, ты уже точно успел стать превосходным бабником, — скромно хихикает Терренс, сделав небольшой глоток из своего стакана. — Твоему списку бывших позавидует любой мужик.