— Вы до сих пор живете вместе?
— Да, живем. И боюсь, что я уже никуда не перееду. Ибо денег на съем и покупку собственного жилья у меня нет. Все это слишком дорого.
— Ну а вы хоть сказали отцу, где живете?
— Нет, я не считаю нужным говорить ему об этом.
— Но, Эдвард…
— Я уже давно не ребенок и живу своей жизнью. Отцу я зла не желаю, но видеться с ним категорически не желаю. Да, я благодарен ему за жизнь, за крышу над головой и всякое такое. Но дальше я уже как-нибудь сам.
— Ладно, как хотите, — задумчиво говорит Наталия и, слегка прикусив губу, переводит взгляд в сторону. — Не мне вам указывать, как решить.
— Так или иначе, несмотря на все трудности, в самостоятельной жизни есть много плюсов. Например, ты можешь жить как тебе хочется. Тебе не надо получать одобрение старших и спорить с ними из-за того, что ты хочешь одно, а тебе навязывают другое.
— Это верно. Но лично мне в этом плане повезло. Мои родители никогда ничего не навязывают и не осуждают мои поступки. Они просто любят меня такой, какая я есть.
— Должен признаться, я вам немножко завидую.
— А я вам искренне сочувствую. Мне права жаль, что ваши отношения с отцом не сложились.
— Все в порядке, — натянуто улыбается Эдвард. — Я уже давно с этим смирился. Раньше я изо всех сил старался соответствовать его желаниям, но в какой-то момент просто перестал быть для него хорошим и во всем ему угождать.
— В любом случае вы еще молоды. У вас вся жизнь впереди. Вы обязательно встретите людей, для которых будете многое значить. С которыми вы не будете чувствовать себя одиноким.
— Я бы не сказал, что тогда был совсем одинок. Не говоря о друзьях, я еще был очень близок со своей бабушкой по отцовской линии.
— С вашей бабушкой?
— С ней я проводил едва ли не больше времени, чем с собственным отцом.
— Вы жили у нее? — уточняет Наталия.
— Не совсем… Просто гостил… Мол, она помогала отцу заботиться обо мне, поскольку он был очень занят работой и не мог постоянно уделять мне внимание.
— А вы хорошо с ней ладили?
— Намного лучше, чем с отцом. Она была очень добрая, ласковая и заботливая. Я часто приезжал к ней в гости даже после того как отец забрал меня к себе. Я любил ее едва ли не больше, чем его.
— А она случайно не знает о том, что произошло между вашими родителями?
— Я пытался расспросить ее об этом, но бабуля тоже ничего не сказала. Не то правда не знала, не то молчала по просьбе отца. Всегда говорила, что если я хочу что-то узнать, то мне лучше обращаться к нему. Мол, он единственный, кто может разложить все по полочкам.
— Господи, что же такого сделала эта женщина, раз никто не хочет даже слышать о ней?
— Боюсь, я уже никогда об этом не узнаю… — обреченно вздыхает Эдвард. — Не узнаю, что от меня скрывают все эти годы. Что послужило причиной распада моей семьи.
— Простите, Эдвард, а ваша мачеха в курсе этой ситуации? — уточняет Наталия. — Она знает про вашу мать? Или ваш отец предпочитает о ней не говорить?
— Нет, она знает о ней. И парадокс в том, что с мачехой отец охотно говорил об этой женщине.
— Правда?
— Да, я неоднократно слышал их разговоры. Хотя тогда мне никогда не удавалось узнавать хоть какую-то полезную для меня информацию. Они даже и имя этой женщины ни разу не упоминали. Называли ее исключительно « мать Эдварда ».
— Неужели ей было приятно это обсуждать? — удивляется Наталия.
— Наверное, она просто понимала, что не могла вычеркнуть мою мать из моей жизни и жизни моего отца. Да, они в разводе, я-то не перестал быть их сыном. Вот поэтому мачеха спокойно относилась к отцовским встречам с моей настоящей матерью и разговорам о ней.
— Он с ней встречался?
— Как я понял по разговорам, да.
— Ничего себе…
— Согласен. — Эдвард быстро прочищает горло. — Вообще-то, я слышал многие их разговоры, но они даже не догадывались об этом.
— Вообще? — округляет глаза Наталия.
— Вообще. Я старался делать все аккуратно. И то, что они с таким интересом обсуждали эту женщину, все больше подталкивало меня к желанию узнать всю правду. Я мечтал узнать, что от меня скрывают и кто моя мать такая.
— А вы не боялись, что правда может вас разочаровать?
— А почему она должна меня разочаровать?
— Ну а вдруг ваша мать далеко не невинный ангелочек? Вдруг за ее спиной есть какие-то грешки, за которые ваш отец и возненавидел ее и запретил вам говорить о ней?
— Может, и так. Но так или иначе я хотел об этом узнать. Хотел узнать правду. Хотел, чтобы мне все рассказали, глядя мне в глаза.
— А сейчас уже не хотите?
— Я уже практически забил на эту идею и решил оставить все как есть. Ведь… Что изменится, если я узнаю правду? Да ничего !
— Так или иначе решать только вам.
— Я уже решил. Пусть отец живет своей жизнью, а я буду заниматься своей. Если мы не будем мешать друг другу, то хуже никому не станет.
— Как знайте… — Наталия делает пару глотков кофе. — Делайте как считайте нужным.
— Я не очень утомил вас своей болтовней?
— Нет-нет, все в порядке, — скромно улыбается Наталия. — Можете говорить.
— Не знаю… Может, у вас своих проблем по горло, а тут распинаюсь перед вами.
— Не беспокойтесь, Эдвард, вы можете рассказывать мне все что хотите. Я с радостью вас выслушаю. И дам совет, если мне это будет под силу.
— Кстати, а вы вроде бы сказали, что ваша подруга – известная модель.
— Которая встречалась с Терренсом?
— Да. А как ее зовут, если не секрет?
— Ракель Кэмерон.
— Да ладно? Ракель Кэмерон? Та самая? По которой все мужчины сходят с ума?
— Да, она самая.
— Ого… Надо же… Не думал, что вы с ней знакомы.
— Я ее со школы знаю.
— Круто… А сколько она встречалась с Терренсом?
— Около восьми месяцев.
— Ясно…
— А почему вы спрашивайте? Неужели вы об этом не знали?
— Нет, не знал.
— Но ведь все об этом говорят на каждом углу! Они оба хорошо известны во всем мире! А поклонники мечтали увидеть их вместе.
— Все, да не все.
— Разве вы не следите за новостями шоу-бизнеса?
— Не особо. Нет времени. Приходиться много работать, чтобы заработать хоть что-то на жизнь.
— Ясно…
Во время воцарившейся на пару секунд паузы Эдвард переводит взгляд на окно, а Наталия начинает рассматривать свои руки.
— Говорить, что они уже расстались, пока что неправильно, но все-таки им вряд ли удастся ли им сохранить свои отношения после того как произошло кое-что ужасное, — неуверенно признается Наталия.
— Что именно? — уточняет Эдвард.
— Вы и правда хотите знать?
— Я уже достаточно поговорил, а теперь ваша очередь.
— Вам реально охота слушать рассказы о чужих проблемах?
— Просто хочу с кем-то поговорить и отвлечься от своих.
— Ох… — устало вздыхает Наталия. — Ну хорошо, расскажу вам вкратце, чтобы не утомлять. Короче, дело в том, что…
Наталия рассказывает своему новому знакомому Эдварду историю, которая стала яблоком раздора между всеми теми, кого знала ее бывшая подруга Ракель. И которая перевернула жизнь каждого из них с ног на голову.
— Надо же… — удивленно произносит Эдвард. — Вот эта история… Значит, мужчина по имени Саймон Рингер однажды чуть не погубил карьеру Ракель Кэмерон. И сейчас он угрожает ей и хочет уничтожить ее по неизвестной никому причине.
— Да, и пока что он отказывается объяснить, что толкнуло его на это.
— Опасность угрожает не только ей, но и всей ее семье, а также и всем их близким друзьям?
— Именно так.
— И сейчас отношения Терренса МакКлайфа и Ракель Кэмерон далеки от идеальных?
— Я бы сказала, что они неидеальны. К сожалению, моя бывшая подруга не оценила то сокровище, которое ей досталось.
Наталия тихо вздыхает с грустью во взгляде.
— Она всегда была одержима своей карьерой, — признается Наталия. — И даже после начала романа не изменила себе и продолжила еще больше работать, совсем не уделяя внимание своему парню. Который долго пытался делать вид, что все хорошо, и хоть как-то спасти свои отношения, но вскоре потерял всякое терпение и забил. Забил на Ракель и все ее проблемы.
