Ракель тихо вздыхает и опускает взгляд на свои руки, которые она рассматривает. Терренс же призадумывается на несколько секунд, с грустью во взгляде рассматривая девушку.

— Знаешь, Ракель… — задумчиво произносит Терренс. — Однажды в подростковом возрасте со мной произошла одна неприятная история… После которой мне долго пришлось приходить в себя.

— Правда? — округляет глаза Ракель.

— Когда это произошло, мне казалось, что я не смогу это пережить. До того случая со мной никогда не происходило ничего подобного.

— А что с тобой произошло?

— Это случилось еще в школе… — Терренс быстро прочищает горло. — Я тогда перешел в шестой класс… Или седьмой… Но точно помню, что мне было около двадцати или тринадцати лет. Я еще не снимался в кино и вообще не думал о том, что через год-два получу свою первую роль. За которую мне заплатят мои первые деньги.

Терренс крепко сцепляет пальцы рук.

— Так вот, тогда мне нравилась одна девочка из моей школы, — признается Терренс. — Она была очень симпатичная, да и все парни в школе не давали ей проходу. Но однажды у этой девочки появился молодой человек. Она перестала обращать внимания на ребят из школы, хотя до этого охотно заигрывала с многими из них.

— Ты его знал? — уточняет Ракель.

— Этот парень учился не со мной и даже не в моей школе… Но я знаю, что он вырос в неблагополучной семье: мать с отцом были алкоголиками, и им было все равно, что происходило с их сыном. Его вырастила бабушка, поскольку родителей лишили родительских прав, а она оформила над ним опекунство. В школе, насколько мне известно, он учился плохо. Вел себя тоже ужасно… И однажды даже имел проблемы с полицией.

— И та девчонка начала с ним встречаться?

— Сам удивляюсь, как он мог ей понравиться! Было столько хороших ребят, но она выбрала именно его .

— Ладно…

— Как-то так… — Терренс на пару секунд замолкает и нервно сглатывает. — Не сказать, что я дружил с ней. Так, проходил мимо и здоровался с ней… А она здоровалась в ответ… Мы что-то друг у друга спрашивали и потом расходились.

— Вы и правда не дружили? — уточняет Ракель.

— Можно и так сказать. Однако она всегда относилась ко мне очень хорошо. А я иногда помогал ей в учебе. Не более.

— А почему не признавался ей в симпатии?

— Просто не решался. Был уверен, что она не очень во мне заинтересована, ибо у нее и так была куча поклонников.

— И ты хочешь сказать, что так сильно переживал из-за того, что та девчонка, возможно, не любила тебя в ответ? — искренне удивляется Ракель.

— Нет-нет, дело не в этом. — Терренс становится чуть более напряженным и крепче сжимает руку Ракель. — Дело в том, что однажды кто-то проболтался ей о том, что она мне нравится. А заодно этот « кто-то » рассказал об этом ее парню. Правда я поначалу об этом не знал… И не знал, кто именно меня сдал, ибо я многим говорил, что она мне нравится.

— И что дальше? — интересуется Ракель.

— И вот однажды та девочка подловила меня после школы и спросила об этом напрямую. Попросила подтвердить, правда ли то, что она мне нравится.

— А ты что?

— Поначалу я как-то отшучивался и отнекивался. Но когда я все-таки решил рассказать ей всю правду, то к нам подошел ее парень и его друзья.

— Упс, ну ты и влип… — прикрывает рот рукой Ракель.

— Это точно! Тот тип был во много раз сильнее и больше меня. Хотя и не такой высокий, как я.

— Вот так…

— Короче говоря… — Терренс проводит рукой по своим волосам. — Он подлетел ко мне и заявил, что знает о моей симпатии к его девушке. И начал угрожать мне. Мол, если я не оставлю его девушку в покое, то сильно об этом пожалею. Тогда я нисколько не испугался и был готов драться с ним… К тому же, он еще и здорово разозлил меня, когда наговорил кучу гадостей обо мне. Однако я сильно переоценил свои силы.

Терренс на пару секунд замолкает, уставив взгляд в одной точке, и нервно сглатывает.

— Он одной рукой толкнул меня так сильно, что я тут же упал на асфальт, — рассказывает Терренс. — Я не стал терпеть и тут же начал толкать его и избивать. Так удар за ударом... И вскоре тот парень приказал своим друзьям помочь ему… И они начали избивать мне все вместе. И я уже не смог противостоять им… Противостоять сразу пятерым… Таким же крепким и большим, как и он сам.

— О, боже мой… — с ужасом во взгляде произносит Ракель.

— Это было ужасно… Я не мог пошевелиться… А все тело болело и было в синяках и в кровоподтеках… Меня еще никогда так сильно не били… И я не был к этому готов… Да, меня и до этого били… Но не так сильно…

— А та девчонка?

— Та девочка просто смотрела на это зрелище и не могла ничего сказать. Она была шокирована увиденным… Хотя один раз и попыталась остановить этого парня и его друзей. Но он просто на нее наорал. Мол, заткнись и не вмешивайся. Ну она и притихла и стояла в сторонке. Плакала… А чуть позже начала звать на помощь. Ибо видела, что если бы этих парней никто не остановил, то они могли бы отправить меня на тот свет.

Терренс с прикрытыми глазами медленно выдыхает, понимая, что эти воспоминания не приносят ему радости. Он все еще очень хорошо помнит каждый удар так, будто все произошло вчера. И мысленно вздрагивает каждый раз, когда представляет себе, как крепкая рука того парня замахивалась на него и со всей силы била его куда только можно.

— Очень быстро на мое избиение сбежалась почти вся школа, — рассказывает Терренс. — Девочки визжали, а мальчишки снимали все на мобильный телефон… Впрочем, мне было все равно. Ибо я думал только об одном – чтобы все это поскорее кончилось. Те несколько минут, что они меня избивали, казались мне вечностью. Мне так больно, что я очень быстро перестал пытаться отвечать и просто лежал. Мучительно постанывая от боли… Вскрикивая от каждого удара…

— О боже… — слегка дрожащим голосом произносит Ракель. — Терренс…

— Вскоре на крики и вопли людей сбежались учителя, директор, охрана школы и еще кто-то. Они пытались оттащить этого человека и его друзей от меня. От человека, на котором уже живого места не было. Правда это удалось сделать не сразу, ибо тот парень и его друзья так разошлись, что их невозможно было остановить. Но благо, что мужская часть школьного коллектива состояла из достаточно крепких людей, и они сумели удержать того парня и его друзей и затем увести их как можно дальше. — Терренс медленно выдыхает. — Кто-то из учителей вызвал скорую помощь. А когда они приехали, то сразу же забрали меня в больницу. Правда к тому моменту я едва мог думать от боли. Да, я был в сознании, но все же плохо соображал и был не в состоянии отвечать на какие-то вопросы. Только лишь кивал или качал головой. И что-то показывал на пальцах.

— А твоя мать знает об этом?

— Знает. У нее чуть сердечный приступ не случился, когда ей позвонил лично директор и сообщил о том, что произошло возле школы. А она тогда была на работе… Но отпросилась и немедленно поехала в больницу. — Терренс замолкает на пару секунд и быстро окидывает взглядом всю гостиную. — После осмотра врачи сказали, что мои травмы могли бы быть куда серьезнее. Много синяков… Крови… Да, к счастью, мне удалось избежать переломов и сотрясения мозга. Но все тело болело так, будто по нему танком проехались. Я едва мог пошевелиться…

— И сколько же ты пробыл в больнице? — интересуется Ракель.

— Очень долго… Из-за этого я пропустил большую часть учебного года. И соответственно, сильно отстал в учебе. То у меня были прекрасные оценки, а то вдруг все изменилось. Я не понимал, о чем говорили учителя, когда вернулся в школу. Было пройдено много тем…

— А ты смог исправить ситуацию?

— Да, со временем мне удалось улучшить свою учебу. Но для этого мне пришлось дополнительно заниматься с учителями. Пожертвовать временем, которое я мог бы провести с друзьями. К тому же, мама и сама внимательно следила за тем, чтобы я не забивал на учебу. Если она могла, то сама что-то мне объясняла. Но в любом случае я так и не стал худшим учеником в школе.