— С тобой определенно опасно связываться, — скромно хихикает Кендрик. — Людям лучше дружить с тобой.

— Именно, друг мой! Любой, кто пойдет против меня, сильно об этом пожалеет. И я это докажу, когда обнажу гнилую натуру МакКлайфа. Однажды люди узнают, что он тоже далеко не невинный ангелочек, каким его все считают.

— Ты так сильно ненавидишь этих двоих, что хочешь уничтожить их?

— Именно, друг! Именно! Раз я обещал разрушить чью-то карьеру и жизнь, то обязательно сдержу свое слово. Я втоптаю в грязь эту паршивую модельку. И проучи этого самовлюбленного актеришку.

— Полагаю, они оба стоят друг друга.

— О, еще как стоят! Я уверен, что Ракель уж точно не захочется возвращаться в модельный бизнес и давать людям знать о себе после того как в твоем журнале будет напечатаны такие вещи, за которые запросто закидают тухлыми яйцами. Да и Терренс потеряет мотивацию продолжать заниматься своим делом и тоже уйдет в тень.

— И когда ты собираешься остановиться?

— Когда добьюсь своего. В ближайшее время я точно не остановлюсь и пойду еще дальше. До тех пор, пока эти двое не станут изгоями. Пока люди не поймут, что они самовлюбленные, мерзкие гады, которые на самом деле любят только самих себя.

— М-м-м, чувствую, что ближайшие два номера будут очень интересными, — хитро улыбается Кендрик. — А если в статье будут опубликованы комментарии якобы от имени глубокоуважаемого Терренса МакКлайфа, то я заработаю еще больше денег на продажах журнала.

— Разумеется… И ты будешь в плюсе, и я добьюсь желаемого.

— Да уж… — Кендрик тихо ухмыляется. — Чувствую, что мне придется увеличивать тираж, чтобы всем людям достался свежий номер журнала, в котором будут просто сенсационные новости.

— Я готов не только заплатить тебе в качестве благодарности за оказанную мне услугу, но еще и дать денег, чтобы помочь увеличить тираж в несколько раз, — с гордо поднятой головой заявляет мужчина.

— Слушай, мужик, да ты просто мой спаситель! Я буду безмерно благодарен тебе, если ты поможешь мне увеличить продажи журнала.

— Я обязательно помогу тебе. Вместе мы добьемся своих целей.

— Было бы здорово!

— За две недели мы с тобой подготовим такой материал, что все будут в шоке после того что узнают про свою любимую модельку. — Мужчина хитро улыбается. — Которой очень скоро придет конец… Которая никогда не сможет возобновить свою модельную карьеру. Да и вообще, после того что все узнают, никто не захочет видеть ее в шоу-бизнесе. А все ее попытки будут только раздражать общество. Очень сильно раздражать.

Мужчина тихо смеется с гордо поднятой головой, даже не подозревая о том, что Деланси все это время стояла за углом и осторожно записывала их с Кендриком разговор на телефон. И чем больше девушка слышит, тем больше она приходит в ужас. Она понимает, что ей нужно действовать очень быстро и сделать все, чтобы не позволить новому выпуску журнала выйти ни через неделю, ни через две.

«Этот номер выпуска не должен выйти, — думает Деланси. — Не должен! Если в нем будут комментарии якобы от имени Терренса, люди точно ополчатся на Ракель и возненавидят ее. В этом случае ей придется бежать туда, где вообще никто не знает о шоу-бизнесе и не знал бы, какая она якобы плохая.»

Деланси качает головой.

«Мнение этого мужчины всегда высоко ценилось, — думает Деланси. — Ему всегда верили. И поверят, даже если он немного соврет.»

Деланси нервно сглатывает.

«Конечно, я не сомневаюсь, что он не будет молчать, если увидит комментарии якобы от своего имени, и засудит этого Кендрика или заставит его написать опровержение, — думает Деланси. — Но для Ракель это все равно станет огромной катастрофой. Ее репутация будет полностью уничтожена. Она уже никогда не сможет вернуться в шоу-бизнес. Все будут ее ненавидеть. Никто не захочет работать с ней.»

Деланси тихо вздыхает.

«Надо срочно что-то предпринять, — уверенно решает Деланси. — Нельзя медлить и позволить самому ужасному случиться.»

Деланси бросает взгляд на свой телефон.

«Если в этой записи будет прекрасно слышны все слова этого мужика, то у меня будет доказательство невиновности Ракель, — думает Деланси. — Я смогла бы открыть людям глаза и дать понять, что их обманывают.»

Деланси бросает легкую улыбку.

«Уверена, что Стивен обязательно придумает, как воспользоваться этим, — предполагает Деланси. — Он сможет придумать способ остановить этого мерзавца, пока не стало слишком поздно, а карьера Ракель не была разрушены из-за всей этой клеветы. К тому же, Терренс тоже может стать его жертвой, если этот мужик не будет остановлен… А этого никак нельзя допустить. Нельзя!»

Деланси продолжает еще какое-то время стоять за углом и записывать разговор того мужчины и Кендрика на свой телефон. А когда они просто начинают говорить о чем-то другом и тихонько хихикать, девушка выключает запись, отходит подальше и внимательно прослушивает то, что у нее вышло. И в какой-то момент она широко улыбается, потому что каждое слово незнакомого ей человека записалось просто замечательно. Можно легко понять все, что он говорит, и о чем договариваются со своим другом. А это означает, что у нее на руках есть прекрасное доказательство того, что все действия того мужчины направлены на то, чтобы унизить девушку и разрушить ее карьеру модели.

***

— Так вот, часть этого разговора Деланси успешно записала на диктофон, — рассказывает Стивен. — На ней прекрасно слышно все, о чем говорил тот мужик со своим дружком Кендриком. А когда мы с ней встретились, эта девушка дала мне послушать эту запись. И мы решили любой ценой разоблачить этого подонка, который посмел так с тобой поступить.

— А номер журнала с комментариями Терренса точно не выйдет? — приложив руку к сердцу, опасается Ракель. — Ты в этом уверен?

— Абсолютно, подруга! Никаких комментариев якобы от имени этого актера не будет.

— Хорошо бы!

— А если бы номер и вышел, то этот парень обязательно засудил и того мужика, и Кендрика. Он сто процентов потребовал бы извинений и опровержений.

— Ну не знаю… Не удивлюсь, если этот человек все-таки покажет себя и расскажет, что это все его рук дело.

— Нет, Ракель, я тебе точно говорю, Терренс здесь совсем не причем.

— Нет никаких тому доказательств.

— Я скажу тебе больше, тот мужик имеет зуб и на него тоже, — уверенно заявляет Стивен.

— Имеет на него зуб?

— Да. Он решил покончить не только с тобой, но и с ним.

— Вот как…

— Уж не знаю, что там у них случилось, но можешь не сомневаться, Терренс МакКлайф не имеет к этому делу никакого отношения.

— Ну не знаю… — устало вздыхает Ракель. — Я уже ничему не верю.

— Думаешь, я бы стал тебе врать?

— А у тебя есть та запись разговора?

— Она есть у Деланси. Если хочешь, я попрошу у нее копию записи и потом дам тебе ее послушать.

— Было бы неплохо. Может, я смогу узнать того мужика, который, по твоим словам, виноват в том, что произошло.

— Хорошо, как только ты будешь в Нью-Йорке, я попрошу Спеллман дать мне эту запись.

— Да, но откуда у того мужика деньги? Каким образом он мог без проблем платить тому редактору за публикацию ложных статей? Наверняка речь шла о достаточно огромных суммах.

— Кто знает, — пожимает плечами Стивен. — Но не исключаю, что не обошлось без мошенничества. Наверняка, тот редактор журнала не был бы доволен получить всего несколько долларов в обмен на услугу. В этом случае нужны большие деньги. Очень большие.

— Ясно… А что вы с Деланси сделали с той записью?

— Ну так вот… — Стивен быстро прочищает горло. — Мы с Деланси решили, что записанный ею разговор того мужика и Кендрика Диксона – прекрасное доказательство его вины. А немного посоветовавшись, мы вместе пошли к Тристану Коулману, моему другу, который работает на телевидении.