— Прости, Питер, но мне придется это сделать, — сдержанно говорит Даниэль. — У меня нет выбора.

Даниэль резко разворачивает Питера спиной к себе, достает из кармана куртки найденный неподалеку электрошокер, приставляет его к шее блондина и на несколько секунд зажимает кнопку, чтобы пропустить через него электрический удар. Он с безразличием смотрит за тем, как парня начинает сильно трясти, пока все его мышцы сжимаются до болезненных ощущений, а сердце работает на пределе своих возможностей. А как только Перкинс отпускает кнопку, то Роуз без всякого сопротивления камнем начинает падать на пол. Даниэль тут же подхватывает Питера под мышки, плавно опускает его обмякшее тело на пол и укладывает на бок, придерживая голову. После чего он без эмоций во взгляде секунду или две смотрит на своего бессознательного приятеля.

— Мне жаль, но так будет лучше, — говорит Даниэль. — Может, потом ты все-таки придешь в норму.

Даниэль хлопает Питера по плечу.

— Поистерил немного и хватит. Пора и отдохнуть.

После того как он переводит взгляд на все еще связанных Эдварда и Терренса, которые задыхаются от того, что у них на шее крепко затянута веревка, Даниэль быстрым шагом спешит к ним, опускается на колени и пытается их развязать.

— Тихо-тихо, парни, все хорошо. Не двигайтесь! Сейчас я вас освобожу. Только не двигайтесь! А то вы причиняйте друг другу вред. Не двигайтесь, я говорю!

У Даниэля уходит несколько секунд на то, чтобы развязать узлы и снять веревку с шеей своих друзей, которые начинают жадно заглатывать воздух и громко прокашливаться.

— Ох, твою ж мать! — задыхаясь, бросает Терренс. — Так и копыта можно двинуть!

— Дышим, ребятки, глубоко дышим! — восклицает Даниэль, похлопав негромко прокашливающихся Терренса и Эдварда по плечу. — Не вздумали мне тут вырубиться! Давайте-давайте! Дышите! Все хорошо, все хорошо!

Как только Даниэлю удается без особых усилий развязать веревку, связывающую Эдварда и Терренса, он быстро от нее избавляется и поднимается на ноги перед тем, как помочь парням сделать то же самое.

— Эй, вы как, живые? — проявляет беспокойство Даниэль и сначала помогает Терренсу встать на ноги, крепко схватив его за руку, а затем они вдвоем поднимают и Эдварда.

— Кажется, да… — задумчиво отвечает Эдвард и громко прокашливается. — Но мы словно ходили по лезвию ножа… Еще немного и…

— А ты сам-то как? — спрашивает Терренс. — Тебе лучше?

— Все в порядке, минутная слабость, — отнекивается Даниэль. — Мне уже намного лучше.

— Ох, хорошо, что ты вырубил Роуза, — резко выдыхает Эдвард, оперевшись руками о колени и переведя взгляд на лежащего на полу без сознания Питера. — Надо было давно это сделать.

— Ага, у этого психа совсем крыша поехала, — соглашается Терренс, расставив руки в бока. — Поверить не могу, что он всерьез пытался нас убить.

— Это был единственный выход из ситуации, — отводит взгляд в сторону Даниэль. — Я совсем не хотел причинять ему вред и бить электрошокером, но эта была вынужденная мера. Для того чтобы не сдохнуть по вине нашего дружбана.

— Не переживай, Дэн, ты все сделал правильно, — подбадривает Эдвард, похлопав Даниэля по плечу. — Не ты, так мы с Терренсом трахнули бы его стулом по башке.

— Никто из нас не хотел этого, — подмечает Терренс. — Но речь шла о спасении наших шкур. А как известно, на войне любые средства хороши. Даже самые грязные.

— Окей, и каков наш следующий план? — потирает лоб рукой Даниэль и вытирает остатки крови под носом. — Не будем же мы стирать руки в кровь и крутить вертушки до самого вечера.

— Подвал заперт, мы отсюда никак не выберемся. Только если попробовать выломать запасную дверь.

— Как бы то ни было, мы не можем бросить здесь Питера, — задумчиво говорит Эдвард. — Он стал вести себя как последний мудак, но этот парень все еще наш друг.

— Как думайте, он станет нормальным, когда очухается? — с тревогой спрашивает Даниэль.

— Истерики не длятся вечно, — подмечает Терренс. — Пит уже достаточно намахался руками и ногами и наорался. А значит, он скоро должен успокоиться.

— Мне показалось, что в конце его удары были уже не такие сильные, — добавляет Эдвард. — Гнев в нем как будто бы утихал.

— Или мы настолько задолбались, что уже не чувствуем боли, — предполагает Даниэль. — Забыли о том, что у нас все лица в крови, все тело в синяках, а кое-где даже есть ожоги.

— В любом случае пока Роуз в отрубе, мы можем немного расслабиться и выдохнуть, — резко выдыхает Терренс. — Сейчас отправлять нас на тот свет некому.

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, а затем ее нарушает чей-то мужской голос, раздающийся со спины:

— Ты так в этом уверен, дружок?

Даниэль, Терренс и Эдвард резко разворачиваются и видят перед собой вполне себе бодрых, еще не утомленных борьбой Дэвида, Шона и Даррена, одним лишь своим видом говорящие о том, что они готовы сравнять всех троих с землей.

— Вы опоздали, ребята! — с гордо поднятой головой восклицает Эдвард. — Вечеринка, посвященная великому мордобою, уже закончилось.

— О нет, она не закончилась, — с хитрой улыбкой возражает Шон. — Вечеринка в самом разгаре!

— Хотя нам и жаль, что мы пропустили момент, когда Роуз решил пойти по пути своего отца и начать безжалостно убивать всех, кто стоит у него на пути, — добавляет Даррен, бросив взгляд в ту сторону, где лежит бессознательный Питер.

— Ага, только заебался маленько и решил, походу, прилечь немножко отдохнуть, — ехидно хихикает Дэвид.

— А ваши дружки обоссали от страха все штаны и решили свалить отсюда на хер, — язвит Даниэль. — Даже ваш любимый Маркус не смог заставить их восстать против его сыночка.

— Не волнуйся, Перкинс, мы ни за что не свалим с этой веселухи, — с гордо поднятой головой заявляет Лютер, появившись вместе с Бобом и Рональдом из-за угла.

— Раз уж Роуз устранен, значит, для нас никакой угрозы нет, — добавляет Рональд. — Ну а с вами мы с корешами порешаем в два счета.

— Да что ты говоришь? — расставляет руки в бока Терренс. — А откуда такая уверенность, уважаемый?

— Вот именно! — восклицает Эдвард. — По-вашему, мы с парнями не сможем надрать вам задницы с такой же злостью, как и Питер?

— Вы для нас неопасны, — уверенно заявляет Боб. — Тем более, нас с пацанами в два раза больше. Так что у вас нет никаких шансов против нас.

— О-о-о, парни, смотрите-ка, как эти трусишки распушили свои перышки после того как к ним присоединилась подмога, — презрительно смеется Даниэль.

— Может, ребята немного уставшие, но зато мы очень даже бодренькие, — отвечает Лютер. — После того как по очереди оттрахали девчонку. Теперь уже мертвую.

— Покойся с миром, куколка! — восклицает Дэвид, послав воздушный поцелуй в потолок. — Ножки ты раздвигала просто ахрененно!

— Да, а где вы еще одного своего дружка потеряли? — слегка хмурится Терренс, скрестив руки на груди. — Того ублюдка, который так яро облизывает Маркусу всю задницу, что она аж вся облысела. И помнится мне, у вас был еще один дружбан. Вроде бы Айван…

— И правда, попрыгунчики, чего это вы не позвали его на нашу вечеринку? — ехидно усмехается Эдвард.

— Ага, что-то ваш господин совсем про него забыл. Неужели недостаточно хорошо отполировал его задницу языком, и она не заблестела ярче алмаза?

— Не беспокойся, МакКлайф, как только Элайджа закончит свои дела, он с радостью присоединится к нам и отпразднует с нами долгожданный триумф Маркуса Лонгботтома, — уверяет Даррен.

— Ну а Айван… — задумчиво произносит Лютер. — Айван – предатель. Он и правда предал господина, когда посмел пойти против него, возжелав встать на вашу сторону. И дорого за это поплатился. Мы с ребятами об этом позаботились.

— М-м-м, надо же… — расставляет руки в бока Эдвард. — Неужели у вас с господином негласное соревнование по тому, кто быстрее поставит мировой рекорд по количеству убитых людей? Хотя я сомневаюсь, что вы победите, учитывая, что этот старый мудак потратил несколько лет на то, чтобы грохнуть больше двухсот людей. И то согласно официальной версии. Может, число жертв там и вовсе к пятистам приближается.