— Что, уродцы, тоже штаны обоссали от страха? — презрительно усмехается Питер и пытается сначала врезать Эдварду кулаком в челюсть, а затем Терренсу – ногой в грудную клетку. — Как и этот старый хрыч со своей стаей мудаков!

— Можешь провоцировать нас сколько угодно – мы не причиним тебе вред намеренно, — уверенно заявляет Терренс.

— Ох, какое, блять, благородство! Я что, типа должен это оценить?

— Ты должен очухаться и понять, что ты сейчас делаешь! — восклицает Эдвард. — Должен вернуть над собой контроль и вспомнить, кто перед тобой стоит!

— Я прекрасно понимаю, что делаю! Прекрасно понимаю, что должен отомстить за смерть своей девушки. Должен УБИТЬ ВСЕХ, КТО ИМЕЕТ К НЕЙ ОТНОШЕНИЕ!

Подобрав с пола тяжелую цепь, Питер пытается ударить ею и Терренса, и Эдварда, но им обоим удается отскочить в сторону и опуститься на корточки, когда он надвигается на них. Младший из братьев МакКлайф перекатывается в сторону, хватает какой-то небольшой баллончик из коробки, что находится под одним из столов, поднимается на ноги, подлетает к Роузу и без колебаний распыляет содержимое прямо ему в лицо. Блондин с мучительным стоном сгибается пополам и начинает громко кашлять и задыхаться из-за едкого запаха неизвестного аэрозоля.

Ну а Терренс за это время успевает найти и подобрать с пола электрошокер, который он без колебаний приставляет к месту под грудью Питера и секунду или две удерживает кнопку, чтобы пропустить через его тело короткий электрический импульс. Все его мышцы содрогаются, дыхание перехватывает, а сердцебиение усиливается до предела. После этого парень камнем падает на пол и начинает перекатываться то в одну сторону, то в другую, держась за живот и буквально задыхаясь от боли в каждой напряженной мышце тела. Пока тяжело дышащий МакКлайф-старший переглядывается с таким же запыхавшимся Эдвардом, к ним немного неуверенно подходит Даниэль, испуганно посмотревший сначала на братьев, а потом на лежащего на полу приятеля.

— Ну что, отбились? — тихо спрашивает Даниэль.

Несколько секунд Даниэль, Терренс и Эдвард напряженным взглядом наблюдают за тяжело дышащим Питером, который в какой-то момент переводит на них полный злости взгляд, что тут же заставляет их почувствовать легкий мороз на коже и вжать голову в плечи.

— Или нет… — стушевывается Даниэль, сделав пару шагов назад.

— О да, Теодор, это было прекрасное зрелище! — с гордо поднятой головой восклицает Маркус, подходя все ближе к Питеру. — Почти что набить морду тем, кто так героически пытался спасти тебя все это время. Браво! Просто браво!

— Он не Теодор! — грубо бросает Эдвард.

— Ну что, глупцы, все еще готовы рвать жопу ради этого куска дерьма, которое вот так вам отплатило за все хорошее?

— Всегда будем готовы! — гордо приподнимает голову Терренс. — Потому что мы знаем, кто он есть на самом деле. И собираемся ему об этом напомнить.

— Ха, знают они… — низким, грубым голосом бубнит себе под нос Питер, с мучительными стонами медленно поднимаясь на ноги. — Ни хера вы ничего не знайте…

— Не останавливайся, мой мальчик! — подбадривает Маркус, взяв Питера за напряженные от переполняемого им гнева плечи. — Позволь гневу выбраться на волю и направлять тебя. Не сдерживай его. Так ты сможешь оказать мне огромную услугу, собственноручно убив этих трех ублюдков, которые нарушили мои планы по спокойному устранению убийцы Джулии.

— Не волнуйся, папочка…

Питер резко разворачивается лицом к Маркусу и решительно на него надвигается, уставив на него неотрывный, внушающий страх и холод взгляд.

— Я не пощажу никого, кто здесь находится. Никого, из-за кого вся моя гребаная жизнь была полным дерьмом. Никого, кто забрал у меня ПОСЛЕДНЕЕ. Я ВСЕХ, БЛЯТЬ, УБЬЮ!

— Нет, Тео, твоя главная цель – это расправиться с ними, — спокойно отвечает Маркус и разворачивает Питера лицом к Терренсу, Даниэлю и Эдварду. — Девчонка погибла из-за них. Из-за того, что они не смогли понять, где именно ее держали. Где твоя любимая провела свои последние деньки.

— Не слушай его, Питер, он пытается запудрить тебе мозги! — решительно возражает Даниэль. — Это он убил Хелен! Из-за него она погибла в огне!

— К тому же, это из-за них ты до сих пор продолжаешь страдать. Из-за них ты все еще живешь на этом свете, который так тебя ненавидит. Они отчаянно пытаются изменить то, что уже было давно предрешено.

— Хоть его мать и была алкашкой, ей все равно стоит отдать должное, — уверенно говорит Эдвард. — Ведь она фактически спасла Питера от падения в пропасть зла, ненависти и мести, когда согласилась забрать его к себе.

— Мать Теодора не была алкашкой! — взрывается Маркус. — ЭТО БЫЛА МОЯ ЖЕНА ДЖУЛИЯ, КОТОРУЮ УБИЛ ЕЕ СОБСТВЕННЫЙ СЫН!

— Блять, то Питер, то Теодор – ДА СКОЛЬКО МОЖНО? — вскрикивает Питер. — Я ТЕПЕРЬ УЖЕ НЕ ЗНАЮ, КЕМ ЯВЛЯЮСЬ НА САМОМ ДЕЛЕ!

— Ты – Теодор, милый мой. Теодор Лонгботтом.

— Нет, ты – Питер Роуз! — возражает Терренс.

— Ой, да по хуй! — с ехидной ухмылкой бросает Питер. — Главное – я знаю, кто вы. Знаю, что должен уничтожить вас всех.

Окинув всех присутствующих зловещим взглядом, Питер наклоняет голову то в одну, то в другую сторону так, что можно легко услышать хруст его костей. После чего он хватает со стола старый нож и с агрессивным рыком пытается во что бы то ни стало вонзить его в плечо Маркуса, который изо всех ему сопротивляется, обеими руками сжав руку с предметом. В конце концов парень не вонзает его в руку противника, но, крепко ее удерживая, проводит лезвием по коже. В результате чего на ней появляется длинная ярко-красная рана, из которой начинает сочиться кровь, а некоторые ее капельки разбрызгиваются в разные стороны и попадают на лицо блондина, с пугающим хладнокровием наблюдающий за тем, как преступник морщится от боли и едва сдерживает истошный крик. На который в какой-то момент сбегаются обеспокоенные Лютер, Рональд и Боб.

— Черт возьми, мистер Лонгботтом! — с ужасом во взгляде произносит Лютер, осмотрев руку Маркуса.

— Вам срочно нужно обработать рану! — восклицает Боб.

— Надо остановить кровь! — тараторит Рональд. — Нельзя терять время!

— Ар-р-р, я сам этим займусь! — раздраженно рычит Маркус, бросив короткий взгляд на свое окровавленную, слегка дрожащую руку. — А вы пока разберитесь с этим психом.

— Что? — громко взвизгивает Боб. — С ним?

Боб нервно усмехается, Рональд пятится назад, а у Лютера начинает дергаться глаз, когда они испуганно смотрят на Питера, с тихим, зловещим смехом раскручивающий в руке окровавленный нож.

— Н-н-нет, г-г-господин… — дрожащим голосом отказывается Рональд. — Только на эт-т-то… Я его б-б-боюсь…

— Ага, Роуз нен-н-нормальный! — взволнованно бросает Лютер. — Я после его выкрутасов едва ползаю…

— У него реально поехала крыша! — восклицает Боб. — Я не х-х-хочу с ним связываться…

— Что? — громким басом взрывается Маркус. — Вы, блять, совсем АХЕРЕЛИ? БЕРЕГА ПОПУТАЛИ, Я СМОТРЮ?

— Мы сделаем для вас что угодно, мой господин, но только не это… Этот психованный мудак нас точно убьет!

— М-м-м, смотрите-ка, крутые парнишки обосрались и поджали от страха хвосты, — низким, грубым голосом говорит Питер, решительно надвигаясь на Рональда, Лютера и Боба, которые пятятся назад и с широко распахнутыми глазами прячутся за спиной Маркуса. — И это им всего лишь пару раз врезали по яйцам. Что же будет с вами, когда я посею здесь настоящий хаос, из которым вам не удастся выбраться?

Питер с гордо поднятой головой достает из кармана своей джинсовой куртки зажигалку и зажимает кнопку, чтобы выпустить наружу маленький огонек, вид которого заставляет побледневших от страха преступников вжать голову в плечи. Как, впрочем, и Эдварда, Даниэля и Терренса, широко распахнувшие глаза и с негромким охом попятившиеся назад.

— Вот этот маленький огонек может убить вас всех за считанные минуты. Убить так же, как и Хелен.

— Не делай глупостей, Питер! — громко требует Эдвард. — Приди в себя! Не делай то, о чем потом пожалеешь!