— Но ведь это пока что никак не доказано.

— Да? А ничего, что он сам заявил мне, что разрушит мою карьеру?

— Дорогая, это могло быть сказано со зла.

— Нет, тетя, это было сказано не со зла.

— Подожди предъявлять кому-то обвинения до тех пор, пока у тебя на руках не будет неопровержимых доказательств.

— Я заставлю его признаться в том, что он сделал.

— Нет, Ракель, не надо сваливать всю вину на него. Подозреваемых может быть очень много.

— Больше никто не желает мне зла. В последнее время МакКлайф был единственным, с кем я поругалась. А значит, мотив был только у него.

— Это мог сделать любой из твоих ненавистников. У тебя их едва ли не столько же, сколько и поклонников.

— Да, они и раньше клеветали на меня. Но в этот раз люди поверили лжи.

— В любом случае ты не должна обвинять человека без доказательств.

— Уже долгое время мне на электронную почту приходят письма от анонима, который не скрывает, что это его работа. Да, он не называет своего имени, но я уверена, что это Терренс МакКлайф.

— Мне кажется, он бы не стал скрывать свою личность, если бы это действительно было его рук дело. А раз виновник скрывает свою личность и оскорбляет тебя анонимно, значит, он боится. Понимает, что врет, и боится разоблачения.

— Вот МакКлайф тоже боится, что если ложь раскроется, то его актерской карьере придет конец. Точнее, он потеряет всякую надежду стать известным и получить главную роль.

— Нет, Ракель, я считаю, что это сделал не Терренс МакКлайф, — уверенно говорит Алисия.

— Ну почему никто не хочет мне поверить? Только лишь инспектор Бредфорд поверил, когда я рассказала ему об этой ситуации. Почему все так защищают этого человека? Вы, Наталия, дедушка Фредерик, Лекси…

— Потому что у тебя нет никаких доказательств того, что это сделал именно Терренс.

— А как же анонимные письма?

— Но ведь виновник не называет себя!

— Я уверена, что однажды он раскроет свое имя.

— Обязательно. И уверяю тебя, это будет кто-то другой, а не Терренс.

— Ох, тетя… — устало вздыхает Ракель.

— А вообще тебе не стоило провоцировать этого человека на конфликт.

— То есть, я должна была соврать, что знаю его?

— Нет, врать не надо.

— Я вас не понимаю. Совершенно не понимаю.

— Знаешь, у меня складывается такое чувство, будто ты хотела этого конфликта.

— Что? — широко распахивает глаза Ракель. — Хотела?

— Как будто тебе нужен был этот всплеск эмоций.

— Нет, это не так!

— Повторю еще раз, если бы ты правда хотела, то немедленно это остановила бы. Ты не хотела, чтобы к тебе приставали другие парни, – они не приставали. А раз Терренс приставал к тебе, значит, ты сама этого хотела.

— Да я не хотела я этого! Не хотела!

— Ракель…

— Не могу поверить, что я слышу от вас такие вещи.

— Слушай, а может, у тебя наконец-то появился шанс обрести свое счастье? То счастье, которое мы с твоим дедушкой желаем тебе.

— О каком счастье вы говорите?

— О твоем личном, дорогая моя Ракель.

— Господи… — устало стонет Ракель. — Ну опять вы за свое…

— Думаешь, я не перестану об этом говорить? Нет, девочка! Пока ты не выйдешь замуж и не родишь детей, мы с твоим дедушкой не успокоимся.

— Тетя…

— Тебе уже давно пора задумываться о своей семье и искать себе партнера. Ты не сможешь всю жизнь прожить рядом со своим дедушкой и находиться под его крылышком. Рано или поздно тебе придется начать жить с мужем и воспитывать ваших детей.

— Вы же прекрасно знайте, что я совсем не тороплюсь с замужеством, — скромно отнекивается Ракель.

— А плохо, что ты не торопишься! Плохо!

— К тому же, я еще не совсем к этому готова.

— Такого не может быть.

— Еще как может.

— Я понимаю, тебе страшно. Ты волнуешься. Это нормально . Все когда-то происходит впервые. Однако так положено . Все люди создают свои семьи.

— Я знаю.

— Вот что ты будешь делать, когда останешься одна? Когда однажды у тебя не будет ни меня, ни мистера Кэмерона!

— Я не хочу думать об этом сейчас.

— Знаешь, как плохо быть одной! Человек не может жить в одиночестве. Ему нужна семья. Нужен кто-то, о ком он бы заботился. Тебе нужен крепкий, любящий мужчина, а ему – добрая, заботливая девушка.

— Я знаю, тетя. Но замужество и рождение детей сейчас для меня не главное.

— Тебе уже пора начать задумываться об этом.

— На данный момент я сосредоточена на других вещах. Я совсем не одержима мыслью поскорее выйти замуж и родить ребенка.

— Однако однажды ты поневоле начнешь думать об этом.

— Тогда я буду решать этот вопрос.

— А если ты так никого и не встретишь? Если ты отвергнешь всех парней, которые найдут себе других девушек?

— Значит, не судьба.

— Нет, Ракель, ты не можешь остаться одна.

— Тетя…

— Годы идут, а ты становишься старше. Не молодеешь. Красота тоже с тобой не навсегда. С каждым годом тебе будет все сложнее привлечь внимание мужчины. Им все-таки нужны молодые девочки.

— Но я же никогда не говорила, что вообще не хочу ни мужа, ни детей. Я всегда говорю, что просто хочу подумать об этом позже.

— Нет, милая, надо думать об этом сейчас , пока ты молодая и полна энергии. Пока парни вьются возле тебя и обращают внимание на такую красивую девочку.

— Но я не готова!

— Мы с твоим дедушкой всегда были сторонниками ранних свадеб и раннего рождения детей. Как только ты становишься совершеннолетней, то должна начать думать об этом.

— Я понимаю. Но на этот счет у меня другое мнение.

— Прости, дорогая, но я искренне не понимаю, почему ты откладываешь это на потом.

— Почему вы не хотите меня услышать? Я же говорю вам, что не готова к замужеству!

— А ты думаешь, твоя мама была готова? Твои бабушки были готовы? Нет, солнце мое! Они тоже сомневались и волновались. Но ведь вышли же!

— Это ведь такая серьезная перемена.

— Верно, но молодой девочке гораздо проще привыкнуть к переменам, чем взрослой женщине, у которой уже давно сформированы свои привычки и свой характер.

— Я не хочу менять что-то в своей жизни из-за мужчины.

— Просто ты еще никого не любила. А любила бы – говорила бы иначе.

— Тетя Алисия…

— Сейчас – самое время для начала семейной жизни. Ты вроде бы уже не ребенок, но еще и совсем зрелая женщина. Все прекрасно понимаешь и далеко не глупа… А будет у тебя мужчина чуть постарше, то благодаря ему ты станешь еще мудрее и умнее.

— Да, я знаю…

— И я считаю, что тебе стоило присмотреться к тому актеру. Не конфликтовать с ним, а попробовать подружиться. Может, он оказался бы не таким ужасным, как ты сейчас думаешь.

— Господи, тетя, ну что вы такое говорите? — устало стонет Ракель. — Почему вы буквально выдаете меня замуж за всех мужчин, которых я знаю?

— Я хочу, чтобы ты не прозевала свое счастье.

— Какое я могу обрести счастье рядом с человеком, который оскорбляет и унижает меня перед всем миром?

— Еще ничего точно не доказано.

— Вы говорите так, будто знайте, кто распространил про меня все эти сплетни.

— Нет, я не знаю. Но какое-то чувство подсказывает мне, что это не Терренс.

— Вы так говорите потому, что на горизонте появился еще один мужчина, за которого вы могли бы начать выдавать меня замуж.

— С такими данными ты уже давным-давно могла бы найти себе парня, влюбиться, выйти замуж и воспитывать детишек. Ты молода, красива, умна, прекрасно воспитана… Любой мужчина мечтает о такой девушке, как ты! Для нас не секрет, что все они мечтают быть с тобой и готовы буквально душу продать, лишь бы завоевать твое сердце.

— Да, но пока что мне никто не нравится. — Ракель нервно сглатывает. — К тому же… Никто не захочет быть с моделью, карьеру которой практически разрушили грязные сплетни и обидная клевета.