Хелен снова негромко вскрикивает и еще крепче сжимает Питера в своих объятиях, когда за окном снова слышится гром.

— Девочка моя… — облегченно выдыхает Питер. — Наконец-то я нашел тебя. Я так переживал… Места себе не находил. Волосы от отчаяния рвал.

— Ты и правда мне не мерещишься? — с недоверием спрашивает Хелен. — Вдруг ты не Питер? Вдруг ты кто-то другой? Что-то другое?

— Нет, Хелен, это я.

Питер отстраняется от Хелен и, взяв лицо девушки в руки, с учащенным дыханием оставляет несколько коротких поцелуев на ее губах.

— Ты со мной… Со мной… Мои поиски закончены…

— Господи… Я… — Хелен шмыгает носом и нервно сглатывает. — Я так тебя ждала… Каждую минуту молилась о том, чтобы ты нашел меня.

— Я шел туда, где слышал голос. Туда, откуда раздавался твой отчаянный крик о помощи.

— Правда?

— Путь был непростым и очень долгим. Но я сделал это.

Питер уже сам заключает Хелен в более крепкие объятия, запустив пальцы в ее спутанные волосы и пару раз нежно поцеловав в щеку.

— Я был готов на все, лишь бы найти тебя.

— Спасибо тебе… Спасибо большое… Я знала… Знала, что ты придешь. Знала, что ты не бросишь меня.

— Нас никто не сможет разлучить. Никакой Маркус и его прихвостни. Наша любовь преодолеет все.

— Я так соскучилась по тебе…

Хелен отстраняется от Питера, берет в руки его лицо, с тяжелым дыханием нежно целует в губы и смотрит мужчине в глаза, которые она может видеть только лишь при вспышках молний.

— Не было ни минуты, когда я не думала о тебе. Я мечтала оказаться рядом с тобой, в твоих крепких объятиях. Хотела прижаться к твоему горячему телу и никогда тебя не отпускать.

— Теперь я и сам никуда тебя не отпущу, — с гордо поднятой головой решительно заявляет Питер. — И буду защищать от любого, кто посмеет обидеть мою маленькую девочку.

— Питер, родненький мой… — Хелен гладит Питера по щеке и пропускает пальцы сквозь его волосы, в какой-то момент с дрожью негромко всхлипнув. — Любимый… Ты здесь…

— Здесь, моя малышка, здесь. — Питер сначала целует Хелен в лоб, а затем опирается на него своим, пока они оба с блаженной улыбкой прикрывают глаза и берутся за руки. — Я всегда буду рядом.

— Забери меня отсюда, — отчаянно взмаливается Хелен. — Пожалуйста, Пит, не оставляй меня. Я больше не хочу здесь оставаться.

— Конечно, милая, конечно.

— Мне здесь очень плохо. Тут холодно, темно, грязно… Меня всю уже искусали комары. А еще здесь все время бегают мыши и крысы. Хотя я их до смерти боюсь. Мне страшно засыпать. Я боюсь, что по мне что-то будет ползать.

— Обещаю, Хелен, больше ты здесь не останешься.

Питер пропускает пальцы сквозь волосы Хелен и холодными руками гладит ее щеки.

— Я тебя заберу. Ты уйдешь со мной и больше никогда сюда не вернешься.

— Не бросай меня, любимый, умоляю. Если я останусь здесь еще ненадолго, то точно сойду с ума. Я уже мало что соображаю.

Хелен, слегка поморщившись, кладет руку на живот, боли в котором снова дает о себе знать.

— А еще я очень голодная… У меня уже живот болит… Эти люди либо вообще ничего не приносят, либо пару ложек какой-нибудь каши не первой свежести и стакан мутной воды.

— Бедная моя девочка…

— У меня постоянно кружится голова и подкашиваются ноги. Я чувствую себя так, словно вот-вот упаду в обморок. Хотя я не могу. Не могу, понимаешь.

— Понимаю.

— Эти люди издеваются надо мной. Не только морят голодом, но еще и могут побить. — Хелен издает негромкий всхлип. — У меня уже все тело болит. И все в синяках. Иногда мне даже рукой пошевелить тяжело.

— Ничего, скоро все пройдет.

— Ради всего святого, Питер, я тебя умоляю… Вытащи меня отсюда. Я хочу домой, к бабушке… Хочу повидаться с девчонками и парнями. Хочу знать, остался ли Сэмми в живых. Помог ли ему кто-нибудь после ранения.

— Все будут очень рады знать, что ты нашлась живой и здоровой, — с легкой улыбкой отвечает Питер.

— Пожалуйста, давай поскорее уйдем отсюда. Я не могу больше здесь оставаться.

— На улице находиться небезопасно. Смотри, какие там сверкают молнии, какой идет ливень… А гром наверняка уже перебудил весь город.

— Мне все равно, — практически шепотом отвечает Хелен. — Я на все готова, лишь бы поскорее сбежать отсюда. Подальше от всех этих мучителей. Которые издеваются надо мной с одобрения Маркуса. Он никак не думает их останавливать. Я ничего не могу против них сделать. Потому что бессильна. Окружена во всех сторон.

— Раз ты готова, тогда мы сейчас же уйдем.

— Да-да, пошли скорее.

— Только ответь мне на один вопрос, пожалуйста.

— Какой вопрос?

Улыбка мгновенно сползает с лица Питера, который резко отстраняется от Хелен и смотрит на нее холодным, презренным взглядом.

— Тебе понравилось раздвигать ноги перед четырьмя мужиками? — низким голосом сухо спрашивает Питер.

— Что? — широко распахивает глаза Хелен, начав часто дышать с чувством, что сердце на мгновение замирает, пока за окном раздается гром.

— Какого тебе было сосать член одному, позволять другому совать его в тебя и получать удовольствие, пока тебя везде лапал и облизывал третий и четвертый?

— Господи, Питер… Э-э-э… О чем ты говоришь?

— Что, думала, я не узнаю? — Питер ехидно усмехается, пока трескучий мороз невидимыми руками окутывает Хелен с головы до ног, заставляя ее сжаться еще сильнее. — Думала, я не узнаю, как ты лежала голой перед этим мудаками и наслаждалась тем, как они тебя трахают?

— Ты что, милый… Я… Я тебя не понимаю…

— Не прикидывайся дурой, Маршалл. Мне уже рассказали и показали, как тебя раздели и отымели во все возможные дырки.

— Я этого не хотела, клянусь! — отчаянно оправдывается Хелен. — Они меня изнасиловали! Не в первый раз! Им было плевать, что мне было страшно и противно. Эти люди лапали меня и раздели насильно.

— Да что ты, дрянь, говоришь!

— Питер, ради бога, не говори так со мной…

— Я видел, как тебе было страшно и противно! Ты, сука, получала удовольствие! Наверное, еще и КОНЧИЛА после так называемого «изнасилования».

— Неправда! — громко возражает Хелен. — Мне было очень больно! У меня сильно болит вся нижняя часть тела. Как будто мне что-то порвали и повредили. У меня даже кровь была!

— Хватит мне сказки рассказывать, предательница! Просто признай, что ты ТРАХАЛАСЬ С КУЧЕЙ МУЖИКОВ СРАЗУ!

— Это было против моей воли! Я ни за что бы на это не согласилась! И я рада, что не помню некоторую часть всего этого кошмара, потому они меня вырубили. Я пришла в себя уже после того, как они сделали свое дело и ушли. И я лежала на кровати голая.

— Как ты могла? — низким, грубым голосом спрашивает Питер. — Как могла так со мной поступить? КАК ПОСМЕЛА МЕНЯ, БЛЯТЬ, ПРЕДАТЬ?

— Я тебя не предавала! Никогда бы не предавала!

— Вспоминаю, как ты ластилась ко мне, так тошно становится. Зная, что в тайне от меня ты трахалась с какими-то мужиками.

— Это было изнасилование! Изнасилование! Я этого не хотела! Не хотела! Прошу, поверь мне!

— Не желаю слушать никакие твои оправдания.

— Я люблю только тебя одного. Мне больше никто не нужен. Если я с кем и хочу спать, то только с тобой.

— А я не хочу! Не желаю раздевать и трахать девку, которую до меня уже облапала и отымела целая куча мужиков.

— Нет, Питер, пожалуйста… — со слезами на глазах качает головой Хелен. — Не говори так со мной… Я этого не заслужила…