А дав Сэмми возможность немного передохнуть, когда он устает, Хелен и Ракель покидают это место и медленным шагом начинают идти по прямой асфальтовой дорожке, наслаждаясь приятным журчанием протекающей рядом речки и наблюдая за теми, кто сидит на встречающихся им по пути деревянных скамейках. Размашистые ветки высоких деревьев с толстыми стволами не позволяют палящим лучам солнца опалять кожу жаром, а сильный теплый ветер не дает сильно вспотеть и позволяет людям хоть немного остыть в самые нужные моменты. Впрочем, девушки решили еще немного помочь себе, купив у уличного продавца по стаканчику ванильного мороженого, которое они сейчас с удовольствием поедают.

— Да уж, игры с Сэмми вполне могут заменить полноценную тренировку, — с легкой улыбкой говорит Ракель. — Захочешь посидеть на травке – не даст. Заставит встать и бегать за ним.

— Поэтому я не вижу смысла покупать абонемент в спортзал, — отмечает Хелен, держа в одной руке вафельный стаканчик мороженого, а в другой поводок, на котором ведет Сэмми за собой. — Сэмми каждый день устраивает мне такие тренировки, что у меня все тело потом болит.

— Он еще маленький, можно сказать. Энергии у него полно, ему все интересно, на месте сидеть не может…

— Когда я мечтала завести себе собачку, то не думала, что буду так сильно уставать после игр с ней.

— Зато парням нашим хорошо, — скромно хихикает Ракель. — У них дури полно, а игры с Сэмми – отличный способ ото всего этого избавиться.

— Ну не спортивный я человек! — резко выдыхает Хелен. — Я никогда не занималась в спортзале серьезно, да и не собираюсь.

— Вы с Даниэлем в этом похожи. Он ведь у нас тоже ненавидит тренировки и проклинает все на свете, когда парни все-таки затаскивают его в спортзал.

— Меня уж точно никто туда не затащит. Даже Наталия, наша одержимая спортом подружка. Я даже и не хочу начинать. Максимум могу лишь найти какие-то упражнения в Интернете и позаниматься дома.

— А как же фигура?

— Да у меня она и так неплохая. Вешу я немного, талия есть, бедра красивые, грудь хорошая. Все прекрасно!

— Уверенность – это хорошо. Но как известно, нет предела совершенству.

— Я и так красивая! — с гордо поднятой головой заявляет Хелен. — Меня все устраивает. Тем более, я не любительница какой-то вредной пищи и в основном предпочитаю все полезное. Хотя и не отказываюсь себя побаловать, если очень уж хочется.

— Полностью тебя поддерживаю.

— Самое главное – поддерживать себя в форме. А у меня с этим и так все в порядке. Сэмми не дает расслабиться и лишний раз поваляться на солнышке.

Сэмми тихонько подает голос, переведя взгляд на Хелен.

— Самое главное – чтобы ты себе нравилась, — со скромной улыбкой отмечает Ракель. — Ну и чтобы Питер тобой восхищался.

— Ему и так все нравится. А раз так, то зачем мне что-то в себе менять?

— Кстати, как там у вас дела? Он все еще смотрит на тебя волком?

— Нет, в последнее время Пит снова стал очень ласковым ко мне. И уже не устраивает скандалы, обвиняя в предательстве и наглой лжи.

— М-м-м, здорово…

— Думаю, он начал понимать, что погорячился. Тем более, никто так и не представил ему никаких доказательств моей вины. Вот Роуз и начал подозревать, что его хотят одурачить.

— Похоже, Даниэль здорово промыл ему мозги, раз Роуз начал менять отношение к тебе после их спора. Пит немного подумал, подумал и понял, что его друг может быть прав.

— Дай бог, если так. — Хелен тяжело вздыхает. — Хотя я очень боюсь, что на этом дело не кончится. Маркус вполне может зайти намного дальше и обвинить меня в таком, что Пит придет в бешенство.

— Надеюсь, Роуз не поверит в это, если Маркус не предъявит никаких доказательств. Он должен понимать, что на одних лишь словах далеко не уедешь.

— Ох, не знаю, Ракель. Но меня всерьез беспокоит вся эта ситуация. Я очень боюсь потерять Питера из-за клеветы этого ужасного человека.

— Пока он более-менее спокоен, ты можешь рассказать ему обо всем, что произошло между нами в школьные года. Раз уж блондина это так интересует.

— Я уже думаю об этом. Уж лучше Пит узнает обо всем от меня, чем от кого-то, кто может обернуть все против меня.

— Я понимаю, что нам всем больно об этом вспоминать. Но если ты хочешь спасти отношения и хоть как-то себя обелить, то ты должна рассказать правду. Чтобы раз и навсегда со всем этим покончить.

— Да, только я пока не знаю, когда это сделать. И как.

— В самое ближайшее время. Ничего не скрывай, говори как есть. А если Пит захочет, то мы с девочками все подтвердим и напомним, что наш конфликт уже давно разрешен.

— Боюсь, он бросит меня после того, как узнает обо всем. Ведь я сделала кое-что пострашнее издевательств над тобой и Рочестер. Пит больше не будет считать меня идеальной.

— Если он тебя любит, то рано или поздно простит. Поймет, что к нему это не имеет никакого отношения. Что наш с тобой конфликт – это наш конфликт. А то, что происходит между ним и тобой – это уже совершенно другая история.

— Наверное, надо было во всем признаться еще в самом начале, когда мы только подружились. Пит тогда ничего не знал обо мне и думал, что я милая и невинная. Хотя это совсем не так.

— Все мы не без грехов. Меня тоже святой не назовешь. Не вспомнить, сколько раз я в своей жизни косячила.

— Я знаю, но все же…

— Сейчас ты все еще можешь изменить ситуацию и не дать Маркусу разлучить тебя с Питером. Расскажи все как есть, пока этот человек не вывернул все наизнанку и не выставил тебя подлой и мерзкой дрянью.

— Я это сделаю, обещаю, — неуверенно обещает Хелен. — Мне просто нужно время подготовиться.

— Это ведь может длиться до бесконечности.

— Нет, я не буду тянуть. Я… — Хелен нервно сглатывает. — Я расскажу ему на следующей нашей встрече.

— На следующей встрече?

— Да! Я это сделаю! Обещаю. Он все узнает. Я больше не буду молчать.

— Ты точно это сделаешь?

— Да, Ракель, сделаю. Пора и правда с этим кончать. Не уверена, что мне от этого будет хорошо, но… Так или иначе честность намного лучше. Сам Питер ведь предпочитает быть честным, чем все время лгать. Вот и мне нужно признаться, что я далеко не идеальна.

— У тебя все получится, Хелен, — с легкой улыбкой подбадривает Ракель, приобняв Хелен за плечи. — Просто сделай это и дам ему время все обдумать и принять.

— Да уж… — тяжело вздыхает Хелен. — Похоже, пришло мое время платить за ошибки прошлого. За то, что я незаслуженно плохо вела себя с невинными людьми.

— Всех рано или поздно настигает карма. Наверняка, Эшли тоже дорого поплатилась за то, что всем вредила. Дедушка Фредерик говорит, что жизнь сама воздаст всем по заслугам. Что Бог все видит и уже давно решил, кто за что должен ответить.

— Надеюсь, хотя бы друзья от меня не отвернутся.

— Друзья все поймут. По крайней мере, мы с девочками всегда будем рядом и никогда не упрекнем в том, что произошло.

Сэмми два раза тихонько подает голос.

— Ну а Сэмми вообще все равно, что ты сделала. — Ракель гладит Сэмми по голове. — Он любит тебя просто за то, что ты есть и даришь ему свою любовь и заботу.

— Хотела бы я, чтобы и Пит любил меня за то, какая я сейчас, — с грустью во взгляде вздыхает Хелен. — Не делал выводы о том, какой я человек, по всему, что произошло много лет назад.

— Вряд ли бы он так рвал и метал, если бы не любил тебя.

— Знаю. Он сам об этом сказал.

— Правда?

— Недавно мы откровенно поговорили обо всей этой ситуации. Роуз рассказал, что его беспокоит, а я снова напомнила, что мое сердце разрывается после всех его обвинений и слов о желании разорвать отношения.

— Здорово, что вы оба открыты к диалогу. Ведь в отношениях важно иметь проговаривать свои проблемы и не копить их в себе. Если тебя что-то не устраивает, то нужно спокойно об этом сказать и найти решение.

— Я готова на все, чтобы ему было хорошо. Готова пожертвовать своими личными интересами ради него.