Эдвард и Питер начинают медленными шагами идти куда-то по прямой. МакКлайф-младший крепко придерживает своего приятеля и по пути регулярно справляется и его здоровье, не спуская с него глаз и ни на секунду не оставляя в одиночестве. Пока Роуз хоть и испытывает небольшую слабость, головокружение и боль во всем теле, но все же старается не жаловаться и казаться другу нытиком. Он полностью доверяется парню и старается делать все, что тот говорит, не скрывая своей радости по поводу того, что все это время находится не один.

***

Сегодня Ракель и Терренс решили остаться у себя дома, никуда не ходить и заняться кое-какими домашними делами, до которых ранее руки никак не доходили. Несмотря на то, что у них есть помощники, которые могут этим заняться, будущие супруги все же предпочитают сами наводить порядок в своей комнате и следить за чистотой. Так они тратят некоторое время на то, чтобы как следует помыть полы и вкусно пахнущего моющего средства, поменять постельное белье и собрать всю грязную одежду. Время за уборкой проходит совсем не скучно, и молодые люди охотно болтают о чем-то веселом и интересном, решив хотя бы сегодня на зацикливаться на плохом и насладиться совместным времяпрепровождением, о котором в связи с высокой занятостью они в последние несколько недель могут лишь мечтать.

— М-м-м, обожаю спать на новом постельном белье! — с широкой улыбкой отмечает Терренс, взбивая подушки после того как он меняет наволочки на обеих. — Такое кайфовое чувство…

— Запах нового кондиционера для белья оказался просто великолепным, — отвечает Ракель, шваброй тщательно протирая полы под каждой мебелью в комнате. — Не так ли?

— Согласен, я благодарен Виолетте за такую чудесную рекомендацию. Потом скажу ей и остальным девушкам, чтобы они брали только такой.

— Да уж, пришло время для некоторых перемен. А то старый запах уже, честно говоря, немного поднадоел. Хотелось чего-то нового.

— Ну вот, с постельным бельем закончили! — с гордо поднятой головой сообщает Терренс после того как разглаживает простыню.

— А я закончила с полами, — скромно улыбается Ракель, напоследок протерев шваброй под письменным столом. — Теперь здесь чисто.

— Конечно, я совсем не фанат уборки, но с тобой она проходит очень даже интересно и легко.

Как только Терренс собирается расстелить на кровати огромное одеяло с только что поменянным пододеяльником, Ракель откладывает швабру в сторону и помогает мужчине справиться с ним, разглаживая все неровности.

— Совместные домашние дела укрепляют отношения, между прочим, — шутливо отмечает Ракель.

— Трудно с этим поспорить, — соглашается Терренс.

— А как насчет совместной готовки? Выберем какой-нибудь рецепт и устроим себе скромный ужин?

— Ты же прекрасно знаешь, что я за любой кипишь, когда дело касается еды. Особенно вкусной еды.

— Ах да, прости, я могла даже и не спрашивать тебя о подобном. И не подумала, что готовить скорее всего придется мне одной, а ты слопаешь все это один и со мной даже не поделишься.

Заправив прядь за ухо, Ракель берет в руки швабру и вместе с ней направляется в сторону ванной комнаты. Терренс же сначала по-доброму усмехается, а затем сгребает в кучу все грязное постельное белье и покидает комнату, чтобы отнести его в прачечную. Девушка оставляет швабру на отведенном для нее месте и промывает под проточенной водой черную от грязи и пыли тряпку. Справившись с этим, она тщательно моет руки с жидким мылом и немного охлаждает горячее от чувства жара лицо с помощью холодной воды. А в последний раз посмотревшись в зеркало и немного поправив забранные в высокий пышный хвост волосы, Ракель покидает ванную и возвращается в комнату, где она видит Терренса, с хитрой улыбкой рассматривая мужчину с головы до ног и мысленно отмечая, что его широкая мощная обнаженная спина выглядит очень даже сексуально.

— Слушай, да мы с тобой отличная команда! — уверенно отмечает Терренс. — Справились быстрее, чем я думал.

— Да, прекрасная работа, красавчик, — с широкой улыбкой отвечает Ракель.

В этот момент Терренс и Ракель дают друг другу пять.

— А иначе и быть не могло! — с хитрой улыбкой скрещивает руки на груди Терренс. — Мне под силу выполнить что угодно: и гайку закрутить, и кран починить, и постель поменять, и вымыть полы до блеска.

— Должна признаться, ты выглядишь очень даже горячо со шваброй и тряпкой в руках, — загадочно улыбается Ракель. — Я прямо-таки засмотрелась, пока ты протирал пыль на верхних поверхностях.

— Ну знаешь, роль заботливой домохозяйки тебе также очень идет. — Терренс нежно гладит Ракель по щеке.

— М-м-м, намек на то, что мне пора засесть дома и целыми днями ублажать твою драгоценную задницу?

— Необязательно, но в этой роли ты сводишь меня с ума ничуть не меньше, чем в роли роковой соблазнительницы с фотографий и подиума.

— Кстати, забыла сказать, что у нас что-то барахлит миксер. — Ракель сначала гладит лицо Терренса, а затем закидывает одну руку вокруг его шеи, продолжая гладить лицо мужчины другой и пристально смотреть ему в глаза. — Да и микроволновка не в порядке. А мне так страшно, когда она искрит и издает какие-то звуки.

— Намек понят, красавица, — уверенно говорит Терренс. — Все посмотрим, все починим, все устраним.

— Спасибо, любимый, — благодарит Ракель и мило чмокает Терренса в кончик носа. — Ты просто прелесть.

— Но когда я все сделаю, то с тебя вкуснейший ужин, состоящий из моих самых любимых блюд.

— Советую оформлять заказы заранее, чтобы они были выполнены точно в срок.

— Как скажешь, дорогая.

— Ну что ж, раз уж мы с тобой так хорошо поработали, то можно и немного расслабиться и отдохнуть.

Ракель медленно отстраняется от Терренса и осматривается вокруг себя.

— Полы чистые, постельное белье поменяно, порядок в вещах наведен… В комнате стало еще приятнее находиться.

— О, я и сам балдею… — соглашается Терренс, немного похрустев пальцами и потянувшись.

— Я очень хорошо понимаю дедушку, который всегда с любовью и заботой убирается у себя дома. У меня появляются очень теплые чувства после того как я в конце вижу идеальную чистоту, которую организовала сама.

— Да, но у мистера Кэмерона полно времени этим заниматься. А мы-то с тобой люди занятые. Когда нам возиться со всем этим, если у тебя регулярные съемки, а я активно готовлюсь к выходу альбома с парнями?

— Знаю, однако сегодня нам очень повезло. И я свободна, и ты никуда не пошел.

— Надеюсь, мои охломоны не натворят никаких глупостей, пока я за ними не присматриваю.

— Все еще играешь в строго папочку? — по-доброму усмехается Ракель и подходит к туалетному столику, чтобы немного поправить свою прическу.

— А как же? — Терренс подходит к своей половине кровати и наводит порядок в тех вещах, которые лежат на столике рядом с ней. — Стоит только ослабить хватку, как они начинают творить всякую дичь.

— А ты у нас, значит, такой ведь правильный и не страдаешь фигней?

— Конечно, нет! Потому что я взрослый, ответственный и мудрый мужчина, который обязан внимательно следить за всякой малышней. Даже если она очень любит действовать мне на нервы.

— Ну а пока твои пацаны любят творить дичь, мои девочки всегда ведут себя хорошо, — с гордо поднятой головой заявляет Ракель. — Мне, как самой старшей среди нас, не приходиться гоняться за ними с веником и учить их жизни.

— Везучая… А вот я страдаю.

— Девчули у меня молодцы. Если надо, могут и сами как следует надрать задницу своим мужчинам.

— М-м-м, кажется, я начинаю понимать, кто побуждает их быть непокорными, — хитро улыбается Терренс. — Понимаю, из-за кого мои парни вынуждены страдать.

— Ха, а позволь спросить, какого черта вы вообще решили, что мы будем милыми и покорными? — округлив глаза, удивляется Ракель и поворачивается лицом к Терренсу. — Откуда все это пошло?

— Учи историю, детка. Девушки во все времена подчинялись мужчинам, которых никто не мог лишить титула главы семьи.