— Я уже представляю, как бы ты смотрелась без одежды… — с самодовольной улыбкой шепотом произносит Даниэль. — Как лежала бы на кровати и извивалась словно грациозная кошечка…

— Старайся лучше, чтобы не осталось твоей мечтой, — с хитрой улыбкой низким, соблазнительным голосом провоцирует Анна. — Не лишай меня возможности немного расслабиться…

— Ты почти готова. Я это чувствую. Надо приложить совсем немного усилий, чтобы добраться до сокровенного. И приступить к самому сладкому десерту.

— Ты же не любитель сладкого.

— Зато я обожаю тебя целовать и обнимать. Не могу прожить и дня, чтобы не прильнуть к твоим нежным губкам или тонкой шейке. Чтобы не прижаться к твоему горячему телу.

Даниэль оставляет несколько коротких, дразнящих поцелуев на одном из изгибов шеи Анны и ее ключицах и не может устоять против желания поласкать эти части тела губами, нежно прикусить и немного пососать. Сама же девушка лохматит возлюбленному волосы, уверенно водит теплыми руками по его широким плечам, мощной спине, твердому торсу и крепким рукам или вцепляется пальцами в мужские ягодицы, видя, как после этого он заливается краской, а в глазах появляется полный азарта огонек. Зрачки влюбленных расширены, голова идет кругом из-за волны невероятных эмоций, на ватных ногах непросто твердо стоять, а заставить себя помнить о том, что нужно хотя бы изредка дышать, чтобы не лишиться сознания, не так-то просто. Хотя временами его катастрофически не хватает.

В какой-то момент Даниэль очень медленно приникает к губам Анны для нежнейшего и невинного поцелуя, из-за которого из ее уст вырывается тихий сладострастный стон, чувствуя что-то щекочущее внизу живота и понимая, как по всему телу словно проходит мощный электрический разряд, а сердце уходит в пятки. После чего мужчина подхватывает девушку на руки и направляется к дивану, пока та обвивает его шею руками, оставляет на ней парочку поцелуев, губами едва касается ушной раковины возлюбленного и игриво прикусывает мочку. А как только он аккуратно кладет ее на диван, то склоняется перед ней и приникает к мягким нежно-розовым губам для будоражащего разум поцелуя, который та воспринимает благосклонно, погладив его лицо обеими руками, пропустив пальцы сквозь мягкие темные пряди и притянув того еще ближе к себе.

Когда она откидывает голову назад, Даниэль проводит приоткрытым ртом по передней части шеи Анны, одновременно с этим нежно массируя грудь, которую она гордо выпячивает. Запах ее бархатистой чувствительной кожи все больше пленит мужской разум и вызывает желание прикасаться к ней, целовать и трогать снова и снова. А его бесподобные навыки соблазнения не оставляют ей никакого выбора, кроме как полностью расслабиться и наслаждаться тем, как любимый заставляет ее чувствовать себя богиней с помощью особого языка, который он уже давно освоил в совершенстве. Невозможно даже думать о чем-то постороннем, когда мягкие мужские губы щедро осыпают всю ее шею попеременно напористыми и страстными или нежными и едва ощутимыми поцелуями, решая, стоит ли поднять градус напряжения или же немного опустить.

Немного погодя Даниэль опускается ниже и уделяет внимание груди, изгибам талии и животу Анны, а также бедрам, внутренним их частям и коленям, с особой нежностью наглаживая все эти части и покрывая их невинными, полными любви, поцелуями. Он всем своим видом показывает, что без ума от своей возлюбленной, которая, к его радости, ходит по дому в коротких хлопковых шортах и свободной укороченной майке. Ну а сама девушка в порыве эмоций слегка оттягивает его волосы или вцепляется ногтями в заднюю часть шеи, чувствуя, как мучительное напряжение все больше нарастает в каждой части ее разгоряченного тела, не сдерживая желание издавать полные блаженства стоны и продолжая громко и тяжело дышать с любимым в унисон.

Анна с радостью подбавляет дровишек в огонь, когда Даниэль одаривает ее продолжительным поцелуем в губы, нежно держа ее лицо в руках. Влюбленные издают тихий стон в тот момент, когда их языки соприкасаются и выискивают самые чувствительные места друг у друга во рту, заставляя сердце биться в разы чаще. К этому моменту для них весь мир перестает существовать. Они напрочь забывают о том, что вообще-то должны принимать у себя дома гостя, который, правда, пока что не давал знать о своем приезде. Все их мысли сосредоточены друг на друге. Все их желания связаны лишь с тем, кому принадлежат их сердца. С любимым человеком, которого они однажды могли потерять из-за козней тех, кто не хотел видеть их счастливыми вместе.

Но в какой-то момент, пока Даниэль одновременно ласкает губами место у нее за ухом, искусно ласкает ее грудь и водит рукой по животу, Анна, слегка нахмурившись, начинает внимательно прислушиваться к звукам, которые и вывели ее из блаженного транса. А убедившись в том, что ей точно это не кажется, девушка легонько хлопает мужчину по плечу, чтобы остановить его и сказать:

— Эй-эй, Даниэль, подожди… Подожди…

— В чем дело, принцесса? — растерянно спрашивает Даниэль, резко отстранившись от Анны. — Я делаю что-то не так? Тебе больно?

— Нет-нет, дело не в этом.

— Тогда в чем проблема?

— Послушай внимательно. — Анна на пару секунд замолкает, продолжая внимательно вслушиваться в завладевшие ее вниманием звуки. — Ты слышишь?

— Что я должен услышать? — с учащенным дыханием недоумевает Даниэль, немного туго соображая из-за одержимой им страсти.

— Я слышу собачий лай. Где-то совсем близко.

— Собачий лай?

Еще больше нахмурившись, Даниэль внимательно прислушивается ко всем звукам, что его окружают, и через пару секунд действительно слышит громкое и очень настойчивый лай какой-то собаки.

— И правда… — подтверждает Даниэль, сползает с Анны и присаживается на диван, пока она принимает сидячее положение и немного поправляет свой держащийся на честном слове хвост. — Где-то лает собака…

— За дверью! — восклицает Анна. — Собака лает прямо на нашу дверь!

— Да, точно! Лай идет оттуда!

— Это случайно не Сэмми?

— Не знаю… Вроде похоже на него…

— Значит, Питер уже приехал?

— Честно говоря, я что-то совсем забыл о том, что мы ждали его для репетиции песни.

— Да, но тогда почему Сэмми заливается лаем? — удивляется Анна, слыша, как какая-то собака продолжает настойчиво лаять.

— И почему Роуз не нажал на дверной звонок?

— Он что, сломался? Не работает?

— По крайней мере, вчера с ним все было в порядке.

— Да, верно…

— Ладно, пошли встретим гостей, — уверенно говорит Даниэль и встает с дивана.

— Которые, кстати, что-то задержались.

— Сто процентов Сэмми отказался ехать, пока Роуз не навалил ему полную миску корма.

Одернув свою футболку и поправив растрепанные волосы, Даниэль направляется к входной двери, у которой все еще продолжает раздаваться громкий и настойчивый лай. Кроме того, Анна замечает, как слегка потрясывается небольшая собачья дверка, через которую кто-то будто бы очень сильно хочет пройти. Но не делает этого из-за понимания того, что нельзя вот так без приглашения врываться в чужой дом.

А быстро отперев замок на двери, Даниэль к своему удивлению видит лишь крупного золотистого ретривера с черным ошейником и мягкой, хорошо ухоженной шерсткой, что буквально блестит на солнце. Пес выглядит довольно взволнованным и не перестает громко лаять даже тогда, когда видит уже знакомых ему мужчину и девушку.

— Сэмми? — округлив глаза, удивленно произносит Даниэль. — Ты что здесь делаешь?

— Сэмми, мальчик, привет… — скромно улыбается Анна, склонившись перед Сэмми.

Пес по кличке Сэмми продолжает безудержно лаять, как будто он отчаянно желает сказать что-то очень важное.

— Эй-эй, спокойно, парень, спокойно, — мягко говорит Даниэль, погладив Сэмми по голове. — Успокойся. Не надо так громко лаять.

— Постой, а почему ты здесь один? — настораживается Анна. — Где Питер?

В этот момент Даниэль широко распахивает глаза, а Сэмми все также не оставляет попытки что-то донести до влюбленных.