— Ох, слушайте, может, надо было вызывать не полицию, а врачей из психбольницы? — шепотом спрашивает у подруг Хелен. — Эта девчонка явно не в себе.

— Ничего, она и так там окажется, если будет и дальше истерить, — со скрещенными на груди руками отвечает Анна.

— Не завидую ее родителям, — спокойно говорит Ракель.

— Хотя бы ее сестра кажется нормальной, — задумчиво отмечает Наталия.

— Нет, эта девчонка хорошая, — отвечает Анна. — Она сдала Бланку с потрохами.

— Надо же… — задумчиво произносит Хелен.

— Por favor, mi amor, besáme [171]… — с грустью во взгляде умоляет Бланка, против воли Даниэля медленно водя рукой по его торсу. — Я хотеть быть твой… Хотеть, чтобы ты подарить мне лучший секс…

— Я что тебе сказал? — возмущается Даниэль, убирая руки Бланки от себя. — Не трогай меня!

— Пожалуйста, Даниэль… Я хотеть тебя…

— Блять, да ОТВАЛИ ТЫ ОТ МЕНЯ, НАКОНЕЦ! — Даниэль резко отталкивает Бланку от себя. — Клянусь, если ты сейчас не угомонишься, то я вызову скорую! Чтобы тебя увезли в психбольницу!

— НЕТ! Я НЕ ЕСТЬ БОЛЬНОЙ!

— Смирись с тем, что твои мечты никогда не сбудутся.

— Я мочь быть намного лучше, чем все эти безмозглый курицы. Со мной ты быть счастливый.

— Никто не заменит мне мою маленькую девочку.

— Por favor, mi vida… Te quiero… Te quiero mucho… [172] Я люблю тебя… Я…

Бланка не договаривает до конца, потому что Даниэль резко затыкает ей рот рукой, уставив свой испепеляющий взгляд в ее широко распахнутые глаза, пока та что-то громко мычит.

— Значит так, мелкая ты сучка, давай кое-что проясним, — уверенно говорит Даниэль. — Я не люблю тебя. Я не собираюсь на тебе жениться. Я не собираюсь заводить с тобой детей. Меня не волнует то, что ты уже спланировала всю нашу жизнь до конца наших дней. Мне. По хер. У меня есть девушка . Я ее всем сердцем люблю и не собираюсь ни на кого менять. Можешь делать все, что хочешь: хоть орать, хоть топать ногами, хоть махать руками. Но я хочу быть с той, которая уважает меня и мое личное пространство.

Бланка продолжает тихонько мычать с жалостью во взгляде, поскольку ее рот плотно закрыт рукой Даниэля.

— Так что, девочка, хватит доводить всех до нервного срыва. И прекрати оскорблять девушек и парней. Я терпеть не могу, когда кто-то неуважительно относится к моим друзьям. И твои скандалы мне тоже не нужны. Клянусь, Морено, если бы ты не была девушкой, то я бы как следует надрал тебе жопу и научил тому, чему должны были научить твои родители.

Бланка пытается что-то сказать и насильно убрать руку Даниэля, который еще плотнее закрывает ей рот и начинает смотреть с более надменным взглядом.

— Ты даже не представляешь себе, как ты бесишь меня, лживая девчонка, — холодно говорит Даниэль. — Как же я рад, что наконец-то избавлюсь от тебя и буду жить со своей любимой девушкой, встречаться с друзьями и делать все, что моей душе угодно! А еще я ужасно рад, что мне больше не придется терпеть твои поцелуи и объятия, от которых меня реально тошнит. Что никто не будет облизывать меня и умывать слюнями мое лицо. Что мне не захочется сходить в ванную и хорошенько умыться и прополоскать рот. Что не придется терпеть твои уморительные попытки выглядеть как секс-богиня. Наконец-то этот день пришел! НА-КО-НЕЦ-ТО!

Даниэль хватает Бланку под руки и резко тянет на себя, смотря на нее с такой ненавистью, с какой он не смотрел ни на одну девушку.

— И вот тебе мой совет: научись нормально целоваться. А иначе всех твоих парней будет рвать прямо перед твоими глазами. Это я говорю тебе как мужчина, у которого в этом деле опыта будет намного больше, и который хорошо знает, что ему нравится. И когда захочешь лезть целоваться, не надо красить губы липким блеском. Если хочешь знать, я терпеть не могу , когда девчонка лезет целоваться с помадой на губах.

— Чт-т-то? — округляет глаза Бланка. — Т-т-т-ты… Ты не любить мои поцелуи?

— Меня тошнит от них! Да, тошнит ! Когда я вспоминал о них где-нибудь перед обедом, то у меня пропадал аппетит, а к горлу подступал комок.

— Нет… Пожалуйста, Даниэль… Ты причинять мне боль …

— И твои ласки тоже никуда не годятся. Если ты собралась возбуждать парня тем, что умеешь, то я тебе сочувствую.

— Но… Ты никогда… Не говорить это… Ты говорить, что любить мой ласка.

— Потому что ничего не помнил! Хотя и чувствовал, что меня к тебе не тянет. И я просто не хотел обижать. Но сейчас я не собираюсь тебя жалеть. Ты не пожалела меня – значит, я имею право не проявлять милость к тебе.

— Я не верить… — качает головой Бланка.

— Да, может, я поступаю некрасиво, говоря о девчонке подобные вещи. Но если я сейчас не скажу этого, то никто никогда не решится рассказать тебе правду и побудить что-то в себе изменить.

— Нет… — дрожащим голосом произносит Бланка и качает головой, едва сдерживая слезы. — Нет… Н-Е-Е-Е-Е-Т!

Бланка сгибается пополам, падает на колени и продолжает истошно кричать, пока девушки неуверенно переглядываются между собой.

— ТЫ НЕ МОЧЬ ТАК ПОСТУПИТЬ СО МНОЙ! НЕТ! Я НЕ ВЕРИТЬ! ЭТО ЕСТЬ ЛОЖЬ!

— Ох, черт… — резко вдыхает Даниэль. — Я не знаю, как еще донести до тебя то, что мы никогда не будем вместе.

— Я ХОТЕТЬ БЫТЬ ТВОЕЙ ЖЕНОЙ! МЫ БЫТЬ СОЗДАНЫ ДРУГ ДЛЯ ДРУГА! ТЫ ЕСТЬ МОЯ СУДЬБА!

— Это ты так думаешь, — уверенно отвечает Мия, подойдя поближе к Бланке. — Но это лишь твои мечты . Твое больное воображение.

— Я ЛЮБЛЮ ДАНИЭЛЯ! — во весь голос со слезами на глазах кричит Бланка. — Я НЕ ХОТЕТЬ ЖИТЬ БЕЗ НЕГО!

— Знаешь, сестра, ты всегда была неуравновешенной. Но твое нынешнее поведение наводит на мысль, что у тебя гораздо более серьезные проблемы с психикой. Твоя одержимость Даниэлем ненормальная. В любви нет ничего плохого, но не в твоем случае. Твоя любовь больная .

— Я НЕ ЕСТЬ ПСИХ! Я БЫТЬ ЗДОРОВЫЙ!

— Если ты не остановишься, то окончательно запутаешься в том, где реальность, а где – выдумка.

— Я – ЕСТЬ ЖЕНА СВОЙ ЛЮБИМЫЙ МУЖЧИНА! И МАТЬ ЕГО ПОГИБШИЙ РЕБЕНОК!

— У тебя не было, нет и не будет ребенка от Даниэля!

— ДАНИЭЛЬ ЕСТЬ МОЙ ! Я НИКОМУ ЕГО НЕ ОТДАТЬ! НИКОМУ! НИКОМУ!

— ХВАТИТ! — вскрикивает Даниэль, резко подняв Бланку на ноги, схватив за плечи и сильно встряхнув ее. — ЗАТКНИСЬ! ТЫ УЖЕ ВСЕХ ДОСТАЛА! ТУТ И СПОКОЙНЫЙ ЧЕЛОВЕК НЕ ВЫДЕРЖИТ И РЕХНЕТСЯ ИЗ-ЗА ТАКОЙ НЕНОРМАЛЬНОЙ ДЕВЧОНКИ, КАК ТЫ!

— Я СПРАШИВАТЬ ТЕБЯ В ПОСЛЕДНИЙ РАЗ: ТЫ ХОТЕТЬ БЫТЬ СО МНОЙ ИЛИ С ЭТОТ ОЩИПАННЫЙ КУРИЦА?

— Я уже все сказал. Я. Буду. Со своей. Любимой. Девушкой. И это не обсуждается. ПОНЯЛА МЕНЯ?

— ¡PERRA[173]! — вскрикивает Бланка, указав пальцем на Даниэля, которого она теперь начинает ненавидеть. — ТЫ ВЫБРАТЬ ЭТОТ БЕСПОЛЕЗНЫЙ ШВАБРА! ОТКАЗАТЬСЯ ОТ ТОТ, ЧТО МОЧЬ СДЕЛАТЬ ТЕБЯ СЧАСТЛИВЫМ.

— Я стану счастливым только рядом со своей девушкой.

— ¡TE ODIO, TRAIDOR, TE ODIO! [174]

Бланка наносит Даниэлю очень сильную пощечину, от которой его разворачивает в другую сторону. Он хватается за щеку, почувствовав, как она начинает гореть от столь крепкого удара, который, впрочем, никак на него не влияет.

— СВОЛОЧЬ! — со слезами истерично вскрикивает Бланка, надрывая свои голосовые связки. — ПРЕДАТЕЛЬ! БУДЬ ТЫ ПРОКЛЯТ, PERRA [175]! Я ДЕРЖАТЬ ЗЛО НА ТЕБЯ! ТЫ ПОЖАЛЕТЬ, ЧТО ВЫБРАТЬ ЭТОТ ВЫДРА!

Мия подходит к Бланке и пытается как-то успокоить ее, пока та сгибается пополам и кричит так громко, что у нее начинает сильно першить горло и вызывает у нее желание кашлять. Тем временем Анна подходит к Даниэлю и нежно гладит его щеку, на которую пришелся удар, а тот обеими руками обнимает ее, мило целует в лоб и гладит по голове. За ней сразу подтягиваются Наталия с Ракель и Хелен, которые гладят или хлопает мужчину по плечу.

— Не слушай ее, Даниэль, — мягко советует Наталия. — Она больная .

— Все в порядке, — спокойно говорит Даниэль. — Пусть делает что хочет.