— А как вы думайте, родители Анны поздравили ее с днем рождения? — неуверенно спрашивает Терренс.

— Я не уверен, — качает головой Питер. — Случившееся с их дочерью было для них важнее. Да и ей было не до этого.

— Надо как-то исправиться, ребята. Нужно поздравить девушек на словах и сказать пару тостов.

— Вот сейчас придут девчонки, и мы поздравим обеих, — уверенно отвечает Хелен. — А когда соберутся все, то подумаем, как можно отметить день рождения Даниэля.

— Думаешь, он захочет праздновать его? — с грустью во взгляде спрашивает Ракель. — Вряд ли у него есть настроение отмечать день рождения после всего, что с ним произошло.

— Не знаю, Ракель… — загадочно улыбается Питер. — Я бы поспорил …

— Что ты имеешь в виду?

— Вряд ли он сейчас такой несчастный, каким кажется.

— Да, вчера Даниэль был в слишком уж хорошем настроении, — с загадочной улыбкой рассказывает Терренс. — Много улыбался, шутил, песенки напевал…

— Это точно! — восклицает Питер. — Перкинс вел себя как-то странно . Странно в хорошем смысле.

— Мы уже давно не видели его таким веселым и бодрым. К тому же, он явно неплохо выспался. И сам это не скрывает.

— А когда Терренс позвонил ему часов в двенадцать, Даниэль еще спал, — добавляет Питер.

— Но что могло с ним произойти? — удивляется Хелен.

— Не знаем, Хелен, — разводит руками Терренс. — Но явно что-то хорошее .

— А разве он не сказал?

— Увы. Молчит как партизан.

— Но мы все равно все узнаем, — уверенно заявляет Питер. — Дэн от нас так просто не отделается.

— А как вы сами думайте, что могло случиться? — слегка хмурится Ракель.

— Есть у нас предположение, что это как-то связано с Анной, — поглаживая подбородок, задумчиво отвечает Питер. — Причем что-то очень хорошее. Это единственное , что может заставить Даниэля воспрять духом.

— Думайте, она простила его? — удивляется Хелен.

— Возможно, — уверенно предполагает Терренс. — Но не беспокойтесь. Сейчас он сам нам все расскажет, когда придет сюда. К тому же, есть шанс, что Перкинс и сам вспомнит про свой день рождения и решит организовать вечеринку. Он как раз вчера горел желанием немного повеселиться.

— Было бы здорово, — с легкой улыбкой говорит Хелен. — И он расслабится, и мы забудем о том, что нам пришлось пережить за эти полтора месяца.

— Да, только дождемся, когда все наконец-то соберутся, — задумчиво отвечает Ракель. — Вон Эдвард с Наталией до сих пор не пожаловали.

— Точно, наши сентиментальные голубки будто бы забыли про нас, — скромно хихикает Хелен.

— Рядом с Рочестер мой братец забывает даже свое имя, — усмехается Терренс.

— По крайней мере, про нас они не забыли, — отвечает Питер и немного приподнимается, уставив свой взгляд куда-то вдаль. — Вон наша лошадка пышногривая идет. Да невесту на себе везет.

Все с негромкими смешками переводят взгляды в ту сторону, из которой можно услышать приближающееся шуршание травы. Друзья несколько секунд прислушиваются к звукам, а затем видят, как к ним подходят Наталия с Эдвардом. Мужчина действительно несет свою невесту на спине, пока та крепко обвивает руками его шею и широко улыбается во все тридцать два зуба.

— Всем привет! — приподняв руку к верху, весело и бодро восклицает Наталия.

— Привет, ребята, — немного скромнее с легкой улыбкой произносит Эдвард.

— Привет, — произносят все, пока Эдвард подходит ко всем поближе с Наталией на спине.

— Что, принц Эдвард, не смог найти белого коня и решил сам им стать? — по-доброму усмехается Терренс.

— Она сама запрыгнула мне на спину, — невинно улыбается Эдвард. — А я с удовольствием прокатил на себе.

Эдвард выпрямляется и осторожно позволяет Наталии встать на ноги, а та еще пару секунд держит его за плечи. А потом они оба приветствуют остальных, заключив всех в крепкие объятия, пока Сэмми с громким лаем весело подбегает к только что прибывшим влюбленным.

— Эй, привет, Сэмми, — дружелюбно произносит Эдвард.

Сэмми два раза подает голос, энергично виляя хвостом, и позволяет Эдварду почесать и погладить себя где только можно.

— Привет, Сэмми, — с легкой улыбкой говорит Наталия, опустившись на колени перед Сэмми и начав начесывать его шерстку. — Привет, мой хороший. Привет.

Сэмми с огромным удовольствием принимает ласку от Наталии и Эдварда, пару раз тычется им в лицо и скромно лижет кончик носа, пока остальные наблюдают за ними с легкой улыбкой на лице.

— Ну все, хватит миловаться там с Сэмми, — с широкой улыбкой бодро говорит Хелен. — Мы тоже хотим вашего внимания.

— Он захотел внимания – мы ему дали, — с невинной улыбкой пожимает плечами Наталия, поднимается на ноги и присаживается рядом с остальными. — Невозможно пройти мимо такого чудесного песика.

— Это точно, — погладив Сэмми по голове и присаживаясь рядом с Наталией, бодро соглашается Эдвард. — Мы Сэмми любим. Да и он нас – тоже.

— Еще немного – и мы начнем ревновать всех к песику, — шутливо говорит Ракель.

Сэмми два раз подает голос, подойдя поближе к друзьям.

— Эй, а о чем вы тут говорили до нашего прихода? — интересуется Наталия.

— О наших днях рождения, — загадочно улыбается Питер.

— Да, братец, ты почему не напомнил нам про день рождения Наталии? — недоумевает Терренс. — Мы умудрились позабыть не только об этом, но еще и о дне рождении Анны.

— Так я и сам вспомнил о нем лишь поздним вечером! — восклицает Эдвард. — Посмотрел одним глазком на календарь и подумал: « Черт, а ведь у Наталии день рождения! » Вот и позвонил ей, извинился, что забыл, и поздравил.

— Я понимаю, что мы все были заняты и потеряли счет времени, но все же.

— Да ладно вам, ребята, забудьте, — скромно машет рукой Наталия.

— Слушай, подружка, нам очень жаль, что мы не поздравили тебя с Анной, — виновато говорит Хелен.

— Проехали, друзья. Я все прекрасно понимаю и ни на кого не обижаюсь.

— Тем не менее, с прошедшим тебя. Желаю тебе осуществить все желания, о которых ты мечтаешь, и стать еще более счастливой.

— С прошедшим! — весело повторяют все остальные.

Сэмми два раза громко подает голос, как бы тоже поздравляя Наталию с прошедшим днем рождения.

— Мы все очень любим тебя, — со скромной улыбкой говорить Ракель. — И хотим пожелать тебе не терять того, что тебе так дорого.

— Оставайся такой же веселой и улыбающейся, какая ты и сейчас, — дружелюбно добавляет Терренс. — Почаще радуй нас своим хорошим настроением и улыбкой.

— Не огорчай свою семью и не разочаровывай своего будущего супруга, — с легкой улыбкой говорит Питер. — Делай все, чтобы твои близкие гордились тобой и не сомневались в твоих прекрасных качествах.

— О боже, спасибо огромное, ребята, — со скромной улыбкой приложив руки к обеим щекам, скромно благодарит Наталия. — Вы у меня самые лучшие!

Все крепко обнимают Наталию и по-дружески целуют в щеку. А после этого Эдвард прижимает ее к себе обеими руками и трется щекой об ее макушку, пока Сэмми несколько раз громко подает голос, дабы пожелать ей что-то на своем собачьем.

— Спасибо, Сэмми, — наклонившись к Сэмми и погладив его по голове, с легкой улыбкой говорит Наталия. — Спасибо, мальчик мой.

Сэмми скромно лижет нос Наталии и продолжает вилять хвостом, пока она гладит его по голове и мягко треплет за уши.

— Может, отмечать это событие уже и правда поздно, но нет ничего плохого в том, чтобы поднять бокалы и сказать пару тостов в честь наших девочек, — бодро говорит Терренс.

— Но сначала предлагаю дождаться еще одну нашу красавицу, — предлагает Эдвард. — Ну… Если она придет, конечно…

— Да, а там глядишь, может, и Даниэль пожалует к нам, — добавляет Ракель. — Хотя… Это, конечно, сомнительно .

— А он вообще придет? — слегка хмурится Наталия, резко выпрямившись.

— Сказал, что придет, — пожимает плечами Питер. — Хотя неизвестно, как он будет вести себя, если Анна тоже присоединится.