— Может, он и хотел, но ему некому было помочь, — предполагает Даниэль. — Никто не мог оплатить его лечение в клинике, ибо оно очень дорогое. Да и не факт, что он не начал бы принимать наркоту даже после успешного лечения.

— И я это понимал . И от собственного бессилия впадал в отчаяние. Я был готов пойти на все, чтобы помочь брату. Даже грабануть какой-нибудь банк или богатенькую семейку.

— В любом случае об этом не надо было молчать, — уверенно говорит Эдвард. — Даже если ты чувствовал вину.

— Да и вообще, о любой проблеме нужно говорить вслух, — добавляет Питер. — Иногда проблем можно решить лишь с чьей-то помощью.

— Знаю, но даже если бы я пошел на улицу просить милостыню, мне все равно не удалось бы найти и малюсенькую долю денег для лечения, — задумчиво отвечает Блейк. — Да и если бы Мэтт узнал о них, то спустил бы все на наркоту… Он мог перевернуть весь дом верх дном, чтобы найти хоть немного бабла… Особенно в состоянии ломки…

— Мы понимаем.

— Все это реально сводило меня с ума. Однако после классной ночи с какой-нибудь девчонкой или после пары выпитых стаканчиков жизнь всегда становилась лучше. Все плохое забывалось… И мне нравилось это чувство… Нравилось быть в полном беспамятстве. Не думать о том, что мой брат болен, а я не могу ему помочь. — Блейк резко выдыхает. — Правда, утром все хорошее заканчивалось… Похмелье, желание сдохнуть… Агрессивный братец, который в очередной раз переворачивал весь дом верх дном и искал бабки…

— Это всего лишь временный эффект. Поверь мне. Алкоголь и секс не решат твои проблемы. Ничего не изменится, если ты захочешь спрятаться в кусты с надеждой, что появится какая-нибудь фея крестная и взмахнет волшебной палочкой, чтобы все в миг наладилось.

— Знаю, но мне нужно было расслабиться. А иначе бы я уже давно рехнулся и кого-нибудь прибил. Например, Мэтта. Как бы сильно я ни любил его, иногда у меня реально было желание придушить этого парня.

— Понимаю.

— Все это нереально сложно… — жалуется Блейк, проведя рукой по лицу. — Удивляюсь, что я до сих пор не рехнулся…

— Гладя на тебя, мне казалось, что у тебя было все, а твоя жизнь была нереально классной. Я был уверен, что ты – сыночек богатых родителей. И удивлялся, что ты захотел устроиться на работу. Но предполагал, что тебя могли заставить пойти работать.

— Ой, да какой там… — тихо усмехается Блейк. — Быть богатым сыночком – лишь плод моего воображения. На самом деле я – обычный парень, выросший в приюте вместе с братом-близнецом, который погиб при таких ужасных обстоятельствах. Жалкий нищеброд без дома, денег, работы и семьи…

— Но мы все и правда принимали тебя за мажорного мальчика из крутой семьи, — уверенно отвечает Терренс. — Застать тебя грустным и задумчивым было невыполнимой задачей. Ты все время был счастливым и веселым и где-то тусовался с какими-то девчонками… Особенно тебе нравилось проводить время где-то с близняшками из подтанцовки Бри.

— С Кортни и Ханной что ли? — Блейк бросает легкую улыбку. — Ой, да они глупышки! С ними даже поговорить не о чем! Я тусуюсь с ними только потому, что эти девочки очень красивые и сговорчивые. А еще у них классные фигурки… Мы проводим время безо всяких обязательств. Даже если мне захочется переспать с ними, после этого ничего не следует. Мы продолжаем тусоваться, когда сталкиваемся где-нибудь. А что? В постели они великолепны ! Ублажать умеют очень хорошо! Грех отказываться, когда такие красивые цыпочки сами готовы сделать тебе приятно.

— Мы поняли, — кивает Даниэль.

Блейк пару секунд ничего не говорит и с грустью во взгляде о чем-то задумывается, согнувшись пополам и крепко сцепив пальцы рук.

— Эй, а откуда ты знаешь, что мы имеем отношение к Уэйнрайту? — слегка хмурится Эдвард.

— Да я давно в курсе, что вы связаны с ним, — уверенно признается Блейк. — Я слышал про суд над каким-то стариком, на которого работал этот ублюдок. И знаю, что их посадили. Также знаю, что Уэйнрайт сбежал из тюрьмы. И когда я узнал об этом, то понял, что эта история еще не закончилась…

— А ты случайно не встречался с ним? — интересуется Даниэль.

— После его побега? Нет, не встречался! Хотя до смерти боялся, что он может добраться до меня и сделать что-нибудь ужасное. Например, заставил бы отрабатывать деньги, которые Мэтт так и не смог заплатить. — Блейк разводит руками. — Ну а поскольку вы знакомы с ним, то решил предупредить вас об опасности. Думал, что вы не были в курсе и больше интересовались тем, как спасти группу. Как помочь Даниэлю…

— Но как ты понимаешь, мы все знали, — задумчиво отвечает Эдвард. — И желая заставить его ответить за все, мы оказались в сложной ситуации, которая повлекла за собой некоторые последствия.

— Имеешь в виду, что Терренс попал в больницу?

— Ты тоже об этом знаешь? — слегка хмурится Терренс.

— Да все об этом говорили! Пресса не успевала сочинять всякие страшилки! Одна страшнее другой! Тебя едва ли не хоронить начали.

— Но к счастью, все закончилось хорошо, — бросает легкую улыбку Питер. — Терренс быстро выкарабкался, а Уэйнрайт сдох после падения, которое повлекло за собой множество травм, несовместимые с жизнью.

— Воспитательница говорила, что нельзя желать людям умереть, а о мертвых не говорят плохо. Но, ребята… Я ужасно рад , что эта сука сдохла! — Блейк прикладывает руку к сердцу. — Было бы ужасно несправедливо, если бы он сумел отправить на тот свет моего брата, но сам продолжил бы жить.

— Я тоже рад, — уверенно заявляет Эдвард. — Ведь этот ублюдок мечтал изнасиловать мою невесту. Он был помешан на этой мысли. И ему было плевать на то, что она его боялась. Эта тварь думала только об одном – раздеть ее, облапать и засунуть в нее свой гребаный хер.

— Я об этом читал. И рад, что она избежала этой участи.

— Ну а мне жаль твоего брата. Я могу представить, как тебе тяжело, потому что сам сходил бы с ума, если бы что-то случилось с моим.

— Спасибо, Эдвард.

— Знаешь, Блейк, история с твоим братом напоминает историю моей сестры, — задумчиво отмечает Даниэль. — Пока ты рассказывал о нем, я думал обо всем, что пережила она.

— Ух ты, у тебя есть сестра? — округляет глаза Блейк.

— Да. Младшая.

— Неужели она тоже умерла?

— Нет, к счастью, мы вовремя ее спасли.

— А она-то как связалась с наркотой?

— Так же, как и Мэтт. Плохая компания. Она связалась с ними добровольно. Потому что влюбилась в какого-то парня. И страдала от недостатка внимания родителей. И они, кстати, тоже знали Уэйнрайта и доставали наркоту через него. Поначалу каждый платил за себя, потом – только лишь моя сестра. А когда она не смогла платить по счетам, то все ее кинули, а Кэсс стала его рабыней. Уэйнрайт вытворял с ней то, что хотел сделать и с Наталией, невестой Эдварда.

— Ох, бедняжка… — с грустью во взгляде произносит Блейк. — Мне очень жаль… А сколько ей было лет?

— Ей было тринадцать, когда она впервые попробовала травку.

— Такая малышка?

— Она не смогла пережить смерть отца… А после смерти матери ушла в отрыв. Один раз пыталась покончить с собой, а потом ушла из дома и не вернулась. Она нашлась в тот день, когда Уэйнрайт отправил Терренса в больницу.

— Погоди, так значит, оба твоих родителя погибли?

— Да. Оба .

— Надо же… Мне очень жаль, Даниэль.

— Было очень тяжело, но я более-менее смог смириться. Хотя иногда мне хочется вновь увидеть и отца, и мать.

— Понимаю… Но я рад, что с твоей сестрой все в порядке. Ей повезло, что она не стала еще одной жертвой этого ублюдка.

— Стала бы, если бы мы не нашли ее.

— Насколько я понимаю, ей сейчас девятнадцать?

— Да. Как и тебе. Она – твоя ровесница.

— Надеюсь, эта девчонка не пойдет по тому же пути, что и мой брат.

— Я сделаю все, что смогу, чтобы она выкарабкалась. К счастью, я могу помочь ей, и она этого хочет. Так что моя сестра должна выкарабкаться. Это займет очень много времени, но мы оба готовы.