— Ну это не удивительно, — задумчиво говорит Терренс. — Живешь в старом доме, где запросто может быть всякая нечисть.

— Да, я очень часто встречаю всяких крыс, мышей и еще всякую ползучую гадость в подъезде… Но у меня в квартире никогда не было столько тараканов, сколько было тогда. Даже если у меня в квартире всегда идеально чисто.

— И что, их потравили?

— Ага. Так продезинфицировали всю квартиру, что в ней просто невозможно было жить. Не знаю, чем они ее обработали, но я не смог переносить тот запах больше одной минуты. Они обработали квартиру составом, в котором было какое-то вещество, которое мой организм не переносит… Я пару раз вдохнул его, и мне сразу же стало плохо. Так плохо, что я чуть копыта не откинул.

— А разве тебя не предупреждали, что это опасно? — удивляется Эдвард.

— Конечно, они сказали, что мне лучше покинуть квартиру на какое-то время, потому что использовали очень токсичные средства. Правда я рассчитывал, что мне придется погулять где-то лишь два-три часа, а потом просто хорошо все помыть. Но даже после этого я продолжал остро реагировать на тот состав.

— Но насколько я знаю, после обработки помещения нужно подождать всего пару часов, — отмечает Терренс.

— Верно. Но после этого я еще несколько раз вызывал дезинсекторов. И они обрабатывали квартиру все более сильными средствами. Правда тараканы исчезали лишь на время, но потом снова появлялись. Соседи также уже устали с ними бороться. Так что было принято решение провести дезинфекцию абсолютно во всем доме. В каждом подъезде. На каждом этаже. В каждой квартире. Думаю, вы представляйте, какие запахи там стояли, и как плохо мне было.

— Ничего себе…

— И я даже не знаю… То ли к нам приходили какие-то неопытные люди, то ли их развелось и правда слишком много, но даже в этом случае понадобилась не одна обработка. И так продолжалось очень-очень долго. Народ либо ходил в масках, либо куда-то свалил. Некоторых даже увезли в больницу с отравлением. Да и я через какое-то время оказался на больничной койке… Все это я время я жил с постоянным головокружением и чувством тошноты и с трудом мог дышать. Было так плохо, что я в любой момент мог откинуть копыта.

— Так какого черта ты оставался в квартире? — удивляется Эдвард. — Какого черта ты все это нюхал?

— Знаю, я сглупил ! — приподнимает руки Питер. — Но я поначалу не обращал на это внимания! Я понял, что дело серьезно лишь тогда, когда у меня сначала сильно закружилась голова в подъезде, где воняло этой гадостью. А потом зайдя в квартиру, я вообще отключился.

— Ну молодец! — восклицает Терренс. — Что я могу сказать!

— Я сразу заметил, что он выглядел каким-то бледным и больным, — признается Даниэль. — Правда Роуз не говорил, что происходило, и сваливал все на усталость или недосып.

— Ты не знал, что творилось у него дома?

— Нет, не знал. И в итоге узнал не от Питера, а от его соседей, которые выходили из подъезда с чемоданами в руках, когда я приехал к нему в гости. Они настояли, чтобы я не заходил в подъезд, ибо там обработано какой-то гадостью от тараканов. И тогда я понял, что Роуз не собирался никуда сваливать. Так что когда мы встретились в студии Альберта и закончили репетицию, я сказал, что все знаю, и силком потащил в больницу. Благо, все эта чертовщина с обработкой длилась не очень долго до того, как я обо всем узнал. А иначе было бы уже слишком поздно.

— Надеюсь, у него хватило мозгов не возвращаться домой? — спрашивает Эдвард.

— Нет, после выписки он решил на некоторое время перебраться в отель. Ну а я предложил Питеру переехать ко мне. Ну а что? У меня дом большой! Места всем хватит! Вот я и подумал, зачем парню тратить бабки на отель, когда он может бесплатно пожить у меня.

— Поначалу мне было неловко, и я сказал, что не приму его предложение, — признается Питер. — Я вообще не хотел ничего ему говорить и думал, что сам справлюсь. Однако Перкинс оказался настойчивым, и в итоге я согласился . Нам пришлось вернуться в квартиру, надев защитные костюмы, которые мы одолжили у соседей, собрали кое-какие мои шмотки и свалили оттуда к чертовой матери.

— Да, Роуз, не ожидал… — качает головой Терренс. — Я-то думал, ты умный парень…

— Просто я решил, что это шанс покончить со всем этим, — немного неуверенно признается Питер. — В то время я резался и время от времени мечтал сдохнуть. Вот и решил, что… Останусь в квартире и… Позволю себе умереть .

— Я был уверен , что ты это скажешь, — отвечает Эдвард. — В противном случае ты бы свалил намного раньше.

— В любом случае я безмерно благодарен Даниэлю за оказанную мне помощь. За отель и правда надо было платить огромные деньги, а у меня их тогда было не очень много. И в долги не хотелось влезать… Хотя тогда я не очень обрадовался, что мне не дали спокойно умереть.

— Как бы то ни было, Дэн в любом случае получил кое-какую выгоду, — уверенно отвечает Терренс. — В его доме хотя бы на время появился кто-то, кто умеет готовить.

— И кто привел бы его хату в порядок, — с тихим смешком добавляет Эдвард.

— Так, только не надо говорить, что я предложил Роузу пожить у меня лишь ради этого, — приподнимает руку ладонью к Терренсу Даниэль. — Я всего лишь помог другу в трудный момент. Да, его помощь по дому была для меня очень кстати, и мой домик и правда был идеально чистым. Но я сделал это исключительно ради дружбы. И уж точно не посмел бы заставлять его это делать. И отказался от предложения Пита оплачивать половину счетов за воду, газ и электричество.

— Зато я стал не только бесплатной уборщицей и его личным поваром, но еще и эдаким счетоводом: изучал все счета, высчитывал сумму, откладывал в сторону оплаченные… — признается Питер. — А уж поверьте, там был такой бардак…

— Счета всегда были моей головной болью.

— Хорошо иметь друга, который намного умнее и чистоплотнее тебя, — хихикает Эдвард.

— Я не заставлял его ни убираться, ни готовить, ни разбираться со счетами! — восклицает Даниэль. — Он сам вызвался помочь!

— И я же по своей воле согласился дать половину суммы на покупку инструментов, потому что Даниэлю немного не хватало, — уверенно говорит Питер.

— Ох, Питер, опять ты за свое… — тихо стонет Даниэль, проводя руками по своему лицу.

— Готовь моих малышек к переезду, чувак. Когда я куплю себе большой шикарный дом и перевезу все свои вещи, то заберу и свои барабаны.

— Размечтался! — громко ухмыляется Даниэль. — Барабаны останутся у меня дома!

— Слышь, Перкинс, а если Роуз перевезет к тебе свое оборудование для мини-студии, то ты тоже скажешь, что это твое? — задается вопросом Терренс. — Мол, раз находится на твоей территории, то эти вещи принадлежат тебе!

— Ха, да не буду я ничего перевозить к нему! — тихо фыркает Питер. — Пошел он на хер! А то еще и мое оборудование себе присвоит!

— Наш приятель может, — скромно хихикает Эдвард.

— Так, ладно, ребята, посидели немного – и хватит, — пригладив немного непослушные волосы, с гордо поднятой головой говорит Даниэль. — Готовьтесь поднимать свои задницы и ехать репетировать. Внеплановый отдых закончился!

— Ох, избавьте меня от нужды выходить в это пекло… — откинув голову назад, тихонько стонет Терренс. — Там духота похуже, чем в сауне…

— Ладно… Можешь посидеть еще немного. Я как раз хочу купить с собой рыбный бургер. Очень он мне понравился.

— О, а мне надо кое-что обсудить с одним парнем за кассой! — бодро восклицает Эдвард.

— И братца с собой прихвати, — просит Питер. — А то когда я покупал напитки, его там спрашивала какая-то девчонка. Хотела сфоткаться с ним.

— О, я знаю! Она уже миллион раз просила меня привести Терренса к ней. И была еще одна, которая хотела сфоткаться со всеми нами. А один парень хочет получить наши автографы на диске с синглом для своей младшей сестры.

— Слушайте, братцы, наша популярность растет ! — бодро отмечает Терренс. — Я так понимаю, Эдвард здорово пропиарил тут нашу группу.