— И Сеймур в этом случае проигрывает по всем фронтам. Стыдно даже в люди выходить с этой тупицей.

— Увы, Джулиан, но если человек с рождения обделен мозгами, то мордобоем ты их не прибавишь. Тут остается только держать девчонку в ежовых рукавицах и заставить ее бояться тебя. Чтобы она и шагу ни смела без тебя ступить.

— В любом случае Сеймур искренне поверила в свои бездарность и уродство.

— Слово – это твой ключ к контролю над разумом бабы. Все, что ты говоришь, откладывается у них в голове, и они думают об этом снова и снова. Если ты будешь звучать очень натурально, то сможешь за считанные секунды заставить любую уверенную в себе выскочку поджать хвост и почувствовать себя уродиной. Мозг имеет свойство запоминать плохие события и слова. Если ты один раз назовешь бабу уродкой, то она это навсегда запомнит.

— Я знаю, отец… — Джулиан отводит взгляд в сторону, резко выдыхает и отпивает кофе из чашки. — Но свою задачу я выполнил.

— Голодранец так или иначе помог нам, не дав тебе убить девчонку. За что я ему даже благодарен .

— Ты прекрасно знаешь, что я всегда ненавидел эту девчонку! Да, какое-то время она мне нравилась, но ее омерзительное поведение заставили меня понять, что эта пигалица попьет много моей кровушки.

— Знаешь, сынок… Честно говоря, я и сам рад, что ты не женился на ней. Сеймур никогда не стала бы примерной женой и матерью. Эта девчонка так и продолжила бы шляться по клубам со своими подружками, болтать с ними о всяком дерьме и развлекаться с другими мужиками.

— Я оскорблен! Оскорблен, что какая-то жалкая шлюха с мозгами улитки посмела отвергнуть меня! Меня , отец! Самого Джулиана Поттера!

— Я понимаю, что она задела твое достоинство, — уверенно отвечает Норман. — Но ты не должен страдать из-за этой глупой гусыни. У тебя были девушки получше, чем эта типа умница и отличница, которая уже забыла все, чему училась в школе и университете.

— Верно… Не понимаю, как я вообще запасть на нее. Тьфу! — Джулиан презренно фыркает. — Она даже хуже той бабы, что вечно выносит мужику мозг и изводит его своими « хочу побрякушки, хочу шмотки, хочу замуж, хочу ребенка и еще тысяча и одна причина нытья ».

— Бабы никогда не ценят всего, что для них делают мужики. Им всегда мало! Они хотят больше!

— Я всегда закатывал глаза, когда Лилиан или Максимилиан хвастались успехами Анны: ой, она такая умница и красавица, экзамены сдает прекрасно, все умеет, у нее столько талантов…

— Да, девчонку сильно перехвалили. — Норман выпивает немного кофе из своей чашки. — Она должна знать лишь одно – у бабы нет никаких прав. Она – собственность мужика и должна делать все, что он ей говорит. Потому что он главный в доме и сам принимает все решения.

— Это точно! Вот скажи, на кой хер мне слушать ее скучную игру на пианино? Кому это, сука, надо? Да меня тошнит от классики, которую Лилиан сама играет и заставляет исполнять свою бездарную дочурку!

— Лучше бы Лилиан научила свою дочь готовить и следить за домом! Если сравнивать их обеих, то ее мамаша еще на что-то сгодится. Эта хоть умеет быть леди, вовремя заткнуться и в свое время была пай-девочкой. А вот свою дочь она ничему не научила! Или та просто оказалась бестолковой.

— А стряпня этой пигалицы вообще безвкусная! — возмущается Джулиан. — Меня тошнит от того кофе, который она делает! Максимилиан постоянно говорил, что Анна прекрасно умеет готовить, но мысленно я смеялся над этим. И мечтал прочистить желудок, когда она приносила свою херню.

— Эй, а ты помнишь, как эта девчонка однажды положила соль в наши чашки с чаем? — презренно усмехается Норман.

— Пф, да она постоянно это делает! Представляешь, какая она умственно отсталая дура! Не может сахар от соли отличить! Как она своей стряпней не отравила предков или того голодранца?

— Да я и сам удивляюсь.

— И когда она, черт возьми, запомнит, что я не пью чай и кофе с сахаром? Миллион раз говорил, а она все равно продолжает класть его!

— А ты видел лица ее мамаши с папашей, когда они услышали про соль? Я думал, их там удар хватит!

— Да уж, Лилиан с Максимилианом всегда были ужасными родителями, — ехидно усмехается Джулиан и делает глоток из своей чашки. — Их дочь даже простой кофе сделать не может! А что же будет, когда она выйдет замуж?

— Ой, если она не спалит дом, это уже будет хорошо!

— Нет, этой глупой курице нельзя доверять хозяйство! И рожать ей нельзя, потому что она точно не воспитает из пацана – мужика, а из девки – бабу!

— Ну зато она знает все о новых трендах этого сезона и с удовольствием поговорит о прическах, шмотках, брюликах и прочем бабском дерьме.

— Главное – это дрянь непотопляемая! Везучая до безобразия!

— Ничего, Джулиан, — уверенно произносит Норман. — Скоро ты вправишь этой сучке мозги и сделаешь то, что, по твоему мнению, она заслуживает.

— Да скорее бы уже!

— Мне и самому не терпится покончить с ее родителями. Отомстить им за то, что чуть не остался в одних трусах по их милости. Норман Поттер обид не прощает и наказывает тех, кто смеет идти против него.

— Им ничто не поможет! — злостно усмехается Джулиан. — Сеймуры доживают свои последние денечки.

— Да… — хитро улыбается Норман и хмуро смотрит на Джулиана. — Все будет хорошо, если ты не сделаешь ни шагу без моего ведома в течение этих двух дней.

— Да-да, отец, я все понял, — приподнимает руки Джулиан. — Я не буду трогать девчонку. Пусть готовится сдохнуть.

— Смотри у меня! Через два дня ты сделаешь с ней все, что захочешь. Но сейчас не вздумай ничего делать. Тебе ясно?

— Ясно…

Джулиан бросает недовольный, хмурый взгляд в сторону и тихо хмыкает, пока Норман пьет из чашки кофе и прищуренными глазами смотрит на своего сына.

— Я мог покончить с ней в тот раз, — раздраженно говорит Джулиан. — А если бы она не сдохла и после того, что я хотел с ней сделать, так оказалась бы там, где мамочка с папочкой ее бы не нашли.

— Только не говори, что ты собирался похитить ее.

— Нет, не похитить, а увезти куда-нибудь и надругаться над ней. В какой-то момент мне просто снесло крышу от желания оттрахать эту девчонку. Раздеть ее и раздвинуть ей ноги! И мне было по хуй на то, хотела она этого или нет.

— Что ж, сынок, я так понимаю, долгое воздержание все-таки сказалось на тебе, — дружелюбно смеется Норман.

— Может быть. Ведь я уже давно ни с кем не встречаюсь. Слишком занят работой. Да и этим соплячкам подавай молодых, ахренительно красивых мультимиллионеров.

— Ой, они сами не знают, чего хотят! Сначала строят из себя скромниц, а потом начинают предъявлять претензии. То внимания мало, то подарки дешевые, то еще что-нибудь…

— Поэтому мне проще заплатить какой-нибудь проститутке, которая за большие бабки хоть сто раз мне отсосет.

— Этим падшим девкам только на коленях перед мужиками и стоять.

— Хоть Сеймур и фригидная, я все равно представляю ее роковой соблазнительницей, стоящая голой на коленях и делающая мне головокружительный минет. М-м-м… — Джулиан хитро улыбается и нервно ерзает на стуле. — Ох, аж в штанах тесно стало!

— Мечты и фантазии бывают разрушительны.

— Знаю. Но не могу сдержаться. Я тогда был одержим желанием сбросить давление! Но нет, блять! — Джулиан со злостью стучит кулаком по столу. — Одному ублюдку нужно было все испортить! Ему, его дружкам и их вонючей псине, которая оторвала мне рукав рубашки! Ар-р-р… Суки! Убью их всех, если они попадутся мне на глаза!

— Да уж… — злостно смеется Норман. — Похоже, что этот голодранец решил вернуть свою ненаглядную. Надоело ему совать свой хер в других баб!

— Наверняка знает, что Сеймур верит в сказки и до сих пор живет грезами. Бедная несчастная девочка приготовилась к смерти, но тут из ниоткуда появился ее бывший и начал строить из себя жалкого героя. А потом приперлись и его дружки с той гадкой псиной.