— Нет, подруга, тебе это было как воздух необходимо, — загадочно улыбается Наталия.

— Мне как воздух нужна помощь близких мне людей. А не предателей, которые лишь выпендриваются и чешут языком.

— Ты лукавишь, подружка, — с легкой улыбкой уверенно отвечает Наталия, поглаживая Анну по плечу. — Ты мечтала об этом. Хотела, чтобы именно Даниэль спас тебя от Джулиана.

— И вот он пришел! — скромно улыбается Хелен.

— Мне ничего не нужно от этого предателя, — сухо отвечает Анна.

— Нужно, Сеймур, нужно . Ты любишь его. Ни для кого это не секрет. Ты просто надела маску, под которой скрыла свои настоящие эмоции, и делаешь вид, что тебе все равно.

— Я не собираюсь портить себе жизнь из-за любви к предателю и не давать шанс более достойным парням.

— Ах, Анна, как же мне все это знакомо… — с легкой улыбкой вздыхает Наталия. — Я ведь и сама прошла через подобное. Хотя тогда в том, что произошло, была моя вина.

— Тебе не изменяли. Эдвард мог замутить с любой другой девчонкой и забыть про тебя, но не сделал этого.

— Ну знаешь, я тоже могла послать его к черту и не сказать о том, как Уэйнрайт подставил меня с помощью Майкла. Могла найти себе другого парня. Но я даже и думать об этом не смела, потому что любила только Эдварда. Когда мне говорили, что у меня будет более достойный мужчина, в глубине души я яро протестовала.

— А я готова сделать все для того, чтобы забыть Перкинса и быть готовой влюбиться в другого! Он может столько угодно строить из себя ревнивца, но это ничего не изменит.

— Он не потерпит другого, потому что любит тебя, — уверенно отвечает Хелен. — Так же, как и ты – его.

— И что теперь? — резко выдыхает Анна. — Простить-то я все равно не смогу! Я много раз говорила Перкинсу, что готова смириться с чем угодно, но только не с изменой.

— Не надо говорить так уверенно, милая, — мягко отвечает Наталия. — Вспомни, и Ракель, и я тоже зареклись, что не вернемся к нашим любимым мужчинам. Однако же вернулись!

— Я считаю себя свободной девушкой.

— Еще рано об этом говорить. Дождись, когда Джулиана и его отца арестуют. Посмотри, что Даниэль сделает ради твоего спасения. А уж поверь нам, он готов на все, лишь бы видеть твои горящие огнем глаза и счастливую искреннюю улыбку и знать, что ты счастлива.

— Не сравнивай мой случай с произошедшим между тобой и Эдвардом, Наталия. Вы едва не расстались, потому что он неправильно понял смысл тех фотографий, а ты не призналась во всем сразу. Хотя ты его любишь. Полюбила так сильно, как еще никого другого.

— Вот почему я ни за что не попрошу тебя забыть Даниэля. Ты должна бороться. Бороться за отношения с ним. Он уже борется. Но чтобы прийти к счастливому финалу, ты тоже должна начать. Вы оба должны сделать это. Вместе . Только так можно разрушить стену между вами.

— Нет… — качает головой Анна. — Я не хочу… Нет… Я не смогу… Это выше моих сил.

— Отношения – это работа , — уверенно отмечает Хелен. — Трудная работа. Залог успешных отношений – это совместная работа над ними. Когда их тянет лишь один, из этого не выйдет ничего хорошего.

— После измены человек теряет доверие, — без эмоций отвечает Анна. — Перкинс уже поплатился за предательство.

— Мы не спорим, что измена – это очень некрасивый поступок, — мягко говорит Наталия. — Однако все поправимо, если у человека есть желание исправить свою ошибку. Злиться, переживать и ненавидеть – это нормально. Но ты не можешь дуться вечно и все время говорить всем, что больше не любишь Даниэля, хотя продолжаешь любить его даже после измены.

— Может, со временем это забудется само… Когда я встречу другого парня, который заставит меня забыть о чувствах к Перкинсу. Но воспоминания все равно будут живы …

— Это самовнушение , подруга, — уверенно отвечает Хелен. — Ты сама себе внушила, что так оно и будет. Иногда мы сами себе придумываем проблемы, а потом сами же из-за них страдаем. А вот ты попробуй перенастроить себя и попробовать забыть обиду. Признаться самой себе, что ты любишь Даниэля, не можешь жить без него и очень хочешь простить.

— Ах, девочки… — устало вздыхает Анна. — Вы бы говорили то же, что и я в случае, если Эдвард или Питер изменили бы вам.

— Согласна, я бы не простила Питера, если бы он изменил мне. Но я полностью доверяю ему и знаю, что он любит меня.

— Пит – просто золото ! — слегка улыбается Анна. — Тебе крупно повезло, что он стал именно твоим.

— Знаю, я до сих пор не верю, что это правда. — Хелен на секунду скромно опускает взгляд на сложенные перед ней руки. — Лучшего парня я и пожелать не могла.

— Эдвард – тоже чудесный парень. Да, может, у него есть свои странности, но он все равно хороший.

— И теперь я понимаю, что могла потерять настоящее сокровище , — с легкой улыбкой признается Наталия. — Теперь я точно знаю, что ни за что не брошу его в трудной ситуации, даже если буду сильно обижена. Я люблю Эдварда и готова на все ради него. Могу смириться с любыми его недостатками.

— И я уверена, что он это высоко оценит. В отличие от господина Перкинса.

— Слушай, Анна, прости, что я это говорю, но у него тоже есть веская причина злиться на тебя, — немного неуверенно признается Хелен. — Ты ведь бросила Даниэля в трудное для него время. Когда он ничего не помнил и нуждался в заботе. Да, ты была обижена и унижена, я понимаю. Но тебе стоило быть рядом даже после той сцены в палате. Может, та иностранка оставила бы его в покое, если бы знала, что этот мужчина уже занят. Вот зашла бы в палату и мигом спугнула эту мадам!

— Не отрицаю, что я поступила с ним не слишком красиво, — с грустью во взгляде тяжело вздыхает Анна. — Однако я сделала это вовсе не потому, что не хотела быть ему нянькой. А потому, что была ужасно зла, обижена и оскорблена после того, как увидела его с той жирной коровой. Тогда я напрочь забыла о его амнезии. И я так и не перестала злиться. У меня перед глазами снова и снова появляется та картина.

— Возможно, он бы быстро вспомнил тебя, если бы ты была рядом с ним. Тем более, что Даниэль спрашивал о тебе. О рыжей девушке, что была в его палате и все время молчала. Его чувства были живы. Он просто их игнорировал.

— Я бы не смогла быть с ним после того, как он поцеловал ту девчонку. Не смогла бы притворяться, что все хорошо… А не сбежала бы в тот день, так ушла бы в другой. Или же после того, как память вернулась бы к нему.

— Тогда Даниэль нуждался в тебе, — с грустью во взгляде отвечает Наталия. — Ты и сейчас нужна ему. Этому парню плохо без тебя, даже если он не говорит о своей боли открыто. Мы не слепые и не глупые и прекрасно все видим.

— Я хочу простить его, но не могу… — сдерживая подступающие к глазам слезы, признается Анна и крепко сцепляет пальцы рук. — Не могу преодолеть себя…

— Не упускай шанс, дорогая, а иначе потом будет поздно.

— Поверьте, девочки, мне и самой очень плохо от того, что я не могу быть с ним… — Анна тихо шмыгает носом. — Я… Я не знаю, что буду делать после того, как история с Джулианом завершится… Когда Даниэль, как он и обещал, исчезнет из моей жизни. Но к сожалению, у меня нет выбора…

— Выбор есть всегда , Анна, — мягко, уверенно говорит Хелен. — Просто иногда нужно приложить усилия, чтобы чего-то добиться.

— Но что я могу сделать, чтобы перестать желать сделать Даниэлю больно? Сказать что-то неприятное или оскорбить его! Я буквально умираю от желания высказать ему все, что о нем думаю… Но… Я буквально умираю от желания обнять и поцеловать его… Если бы вы только знали, как я этого хочу! Как мне сейчас не хватает телесного контакта. С ним …

— Для начала просто послушай своих родителей и не отказывайся от помощи Даниэля, — уверенно советует Наталия. — Сейчас он – твой единственный шанс спастись от Джулиана. Если ты будешь под защитой Перкинса, тот тип и близко не подойдет к тебе.