— Ты еще молодая. Если не будешь употреблять наркотики, то все потихоньку восстановится: и волосы, и кожа, и здоровье. И тогда парни точно начнут бегать за тобой.
— Э-э-э, понимаешь… — неуверенно произносит Кэссиди, рассматривая свои руки. — Есть одна проблема… Я… Я не знаю… Смогу ли я полностью довериться мужчине…
— Если он будет хороший, то ему можно доверять.
— Если честно, у меня нет опыта в любовных делах…
— Ты никогда не влюблялась?
— Влюблялась. Много раз. Но встречалась лишь с одним парнем. С которым, правда, меня объединяли лишь наркотики. Когда у меня кончились деньги, то наши отношения сошли на нет. Да и пока мы кайфовали, то особо не думали о любви. Точнее, я не уверена, что он любил меня. Это я влюбилась, когда мой приятель показал мне того парня. Он показался мне красивым. И я нашла способ влиться в его компанию.
— Вот как…
— Ну а потом… Я встретила Уэйнрайта… Начала пробовать более тяжелые наркотики… И стала его рабыней, чтобы он простил мой большой долг… — Кэссиди тихо шмыгает носом. — Терпела ужасное насилие… Этот человек делал со мной немыслимые вещи!
— И ты терпела все его издевательства? — с ужасом в глазах удивляется Анна.
— У меня не было выбора. Уэйнрайт колол мне какой-то наркотик или чем-то усыплял. А иногда и вовсе привязывал руки к кровати…
— О, господи…
— Я была совсем ребенком. Все происходящее сильно повлияло на меня и… Я боюсь, что спасую, если дело дойдет до интимных отношений. Вот скажет парень, что захочет секса, а я побоюсь. Вспомню все, что со мной делал Уэйнрайт. Из-за него секс ассоциируется у меня с чем-то больным и ужасным. А мне было очень больно… У меня все тело болело каждый раз, когда Уэйнрайт входил в меня. И до сих пор пребываю в шоке, вспоминая этого человека в голом виде.
— Он что, ходил перед тобой голым?
— Да, абсолютно голый… И… Часто ублажал себя… Заставлял наблюдать за этим…
— Боже мой, Кэссиди… — с широко распахнутыми глазами качает головой Анна.
— Если я увижу какого-то парня голым и услышу, что он хочет секса, то точно испугаюсь и буду кричать от ужаса. А как ты понимаешь, это любого отпугнет.
— Интим не должен причинять боль и страдания и происходить против воли. Он должен доставлять удовольствие и дает возможность сблизиться с любимым человеком и предстать перед ним в уязвленном виде.
— Я знаю! Ты не представляешь, как сильно я хочу избавиться от этих страхов! Как сильно хочу вылечиться от наркозависимости, преодолеть вызванную изнасилованием травму и начать новую жизнь! Знаю, что иногда даже профессионал не может помочь, но я готова делать все, что мне говорят. Я хочу жить как все! Хочу наверстать упущенное! Хочу найти друзей, влюбиться, почувствовать себя нужной…
— Уверена, что ты справишься с этим, — слегка улыбается Анна. — Искреннее желание – это самый важный шаг, который нужно сделать, чтобы добиться любой своей цели.
— Знаю. У меня есть старший брат, а все его друзья очень дружелюбны ко мне. С ними я чувствую себя в безопасности и окруженной любовью.
— Знаешь… — Анна на секунду отводит взгляд в сторону и снова смотрит на Кэссиди. — Мне кажется, что в каком-то плане наши проблемы немного похожи. Потому что я тоже имею дело с ужасным человеком.
— Да, я слышала твою историю, — с грустью во взгляде кивает Кэссиди. — И очень хочу, чтобы все это закончилось. Ты не заслуживаешь ничего из того, что с тобой сделал тот тип. И ты не виновата в том, что у того отморозка поехала крыша, а его папаша внушил мысль, что женщина – это кусок дерьма.
— Господи, ну почему мои родители были так слепы и не замечали, какой Джулиан ужасный? — обреченно вздыхает Анна. — Если бы они послушали меня, то все могло быть иначе.
— Сейчас все иначе , Анна. Твои родители уже проснулись и прекрасно знают, что тот мерзавец из себя представляет. Сейчас они пытаются придумать, что можно сделать, а твои друзья и мой брат в любое время готовы помочь.
— Сомневаюсь, что они смогут что-то сделать. Тот тип и его папаша не угомонятся, пока не отомстят нашей семье.
— Рано или поздно все это закончится. Уэйнрайт же получил свое! А значит, и эти люди будут наказаны по заслугам.
— Хотелось бы верить… — Анна тяжело вздыхает с мокрыми от слез глазами, убрав с лица тонкую прядь волос. — Я мечтаю, чтобы все было как раньше.
— Все наладится. Рано или поздно.
— Я даже и не заметила, как резко все изменилось.
— Почему? Твои друзья по-прежнему рядом с тобой, а родители никогда не переставали любить тебя.
— Да, но из-за угроз Джулиана я совсем забыла про ребят. Хотя я до смерти скучаю по старым временам, проведенных в компании тех, кто стал для меня братиками и сестренками. Я доверяю им едва ли не больше, чем родителям. Иногда я могу рассказать им намного больше, чем маме или папе.
— Думаю, тебе стоит излить им душу и раскрыть все свои эмоции, — мягко советует Кэссиди. — Эти ребята поддержат тебя и помогут пережить все, через что тебе пришлось пройти. Они всегда будут на твоей стороне.
— Я знаю… — бросает легкую улыбку Анна. — Без них я бы чувствовала себя беспомощной и одинокой. Я хочу довериться им и… Попросить о помощи …
— Попросить о помощи?
— Да, я нуждаюсь в этом. Я больше не хочу молчать. Я устала. Да и больше нет смысла. — Анна пожимает плечами. — Ведь все уже увидели меня в таком виде, а тот тип избил меня прямо на глазах парней. Я не могу и не хочу делать вид, что ничего не происходит. Хуже уже быть не может.
— Тебе станет намного легче, если ты расскажешь им все, что творится в твоей душе. Лично я почувствовала огромное облегчение, когда рассказала своему брату обо всем, что со мной произошло. Ну а если ты не сможешь справиться, то обратишься за профессиональной помощью.
— Нет, я не хочу изливать душу незнакомому человеку. Только лишь друзья и родители могут меня понять. Только им я могу довериться. Только на их плече я могу поплакать.
— А ты уверена, что справишься?
— Надеюсь, что справлюсь. Наталия же справилась, когда Уэйнрайт чуть не изнасиловал ее. У нее была поддержка родителей, друзей и любимого мужчины. А раз такая ранимая девушка это пережила, то и я справлюсь.
— Может, я мало чем могу помочь, но ты все равно можешь рассчитывать на мою поддержку. Мы обе пережили тяжелые моменты и… Я думаю, что мы можем объединиться , чтобы забыть все вместе. Обсудить все, что нас беспокоит. Я выслушаю тебя, а ты выслушаешь меня. Ну… Если захочешь, конечно…
— Спасибо, Кэссиди, — скромно улыбается Анна. — Ты очень добра к мне.
— Ты не обижайся, если я вдруг обижаю тебя или задеваю за живое. И… — Кэссиди на секунду бросает взгляд на свои руки и неуверенно смотрит на Анну. — Я бы не хотела, чтобы ты относилась ко мне как-то… Предвзято…
— Да нет, все в порядке. Я не обижаюсь на тебя. Ты же не виновата в том, что твой братец оказался подонком.
— И помни, я ни в коем случае не защищаю Даниэля. Да, я очень сильно люблю его, но также понимаю, что он поступил ужасно, и не могу говорить всем, что Дэн – невинный ангел. Ребята это не скрывает, а он сам все понимает.
— В любом случае я не буду презирать тебя из-за его делишек, — дружелюбно отвечает Анна. — Наоборот, ты мне нравишься. С тобой приятно говорить.
— Мне тоже нравится говорить с тобой, — скромно признается Кэссиди. — Мой братик не ошибся, когда сказал, что ты добрая, милая и хорошая. Теперь я и сама убедилась в этом.
— Рада, что мы смогли поладить.
Кэссиди скромно улыбается, и Анна отвечает ей тем же. А во время короткой тишины, что воцаряется в воздухе, рыжеволосая девушка переводит взгляд в одну точку и тихо вздыхает, крепко сцепив пальцы.
— А я любила твоего брата… — тихо признается Анна. — Очень любила… Я была безмерно счастлива с ним… Благодаря ему я впервые в жизни почувствовала настоящую свободу и жила так, как мне хочется.
