— Я уже ни на что не надеюсь… — с грустью во взгляде признается Даниэль. — Да, я безумно люблю Анну и хочу заботиться о ней. Но шанс вернуть ее слишком мал. Она не простит меня за измену. Мой поступок испортил все, что я долго выстраивал и разрушил в одно мгновение.

— Я согласен, что измена – это плохо , — соглашается Максимилиан. — Но Анна прекрасно понимает, при каких обстоятельствах она произошла.

— Нет, мистер Сеймур… Я даже не жду от нее никакой благодарности за спасение от Джулиана… Э-э-э… Я просто выполняю свой долг перед ней и вами.

— Анна – девочка благодарная и не забывает, что для нее делают. Даже если мы с Лилиан были не самыми лучшими родителями, она все равно находит то, за что благодарит нас.

— Повторю еще раз, я делаю все это не ради благодарности.

— Ты пойми ее. Моя дочь имеет право злиться. Мы ее не осуждаем. Но мы надеемся, что рано или поздно злость перестанет затуманивать ее разум и позволит ей увидеть то, что происходит на самом деле. А не то, что ей хочется думать.

— Я уже ничего не жду, мистер Сеймур, — низким голосом говорит Даниэль. — На данный момент я просто хочу покончить с этой ужасной историей и позволить ей жить нормальной жизнью. Чтобы ваша дочь спокойно гуляла по улицам, общалась с друзьями и не боялась угроз и издевательств.

— Не расстраивайся, Даниэль, еще не все потеряно, — мягко погладив Даниэля по плечу, с грустью во взгляде отвечает Лилиан. — В глубине души Анна все еще любит тебя и много раз говорила это нам с Максимилианом. Сейчас она ни за что не признается в этом кому-то еще, но ее чувства все еще живы.

— Это ни на что не повлияет.

— Кстати, а ты случайно не заметил, как она реагировала на твое появление? — задумчиво спрашивает Максимилиан. — Когда ты решил спасти от Джулиана…

— Э-э-э, первой реакций я не заметил… — неуверенно отвечает Даниэль, нервно перебирая пальцы. — Но как только Джулиан начал угрожать мне ножом, то… Анна кричала и умоляла его отпустить меня… А перед тем, как потерять сознание, она сказала что-то вроде « не прощу, но боюсь потерять и видеть убийство ». Но я не советую воспринимать эти слова всерьез. Может, это был бред.

— Нет, дорогой мой, это не бред, — уверенно качает головой Лилиан. — Она выразила свои чувства к тебе. Если ты правильно ее услышал, то Анна любит тебя и боится потерять, но пока не может простить.

— Анна не вспомнит эти слова, когда она придет в себя.

— Моя дочь не равнодушна к тебе, Даниэль, — уверенно говорит Максимилиан. — Она бы вряд ли кричала и говорила такие слова, если бы ей было все равно на тебя.

— Она отреагировала так, как отреагировал бы любой человек. Который испугался холодного оружия…

— Ты просто пытаешься убедить себя в том, что Анна испугалась за тебя не потому, что не хотела потерять тебя.

— Беда объединяет людей… Произошла ситуация, когда люди одержимы мыслью только лишь о спасении и благополучии. В таких случаях и враги могут объединиться.

— Верно, но…

— Анна испугалась бы, будь на моем месте любой из ее друзей или кто-то из вас. Так же, как и я, если бы увидел, что близкому мне человеку угрожают ножом или пистолетом.

— Да, ты прав насчет испуга, — спокойно говорит Лилиан. — Но как сказал Максимилиан, будь ей все равно на тебя, Анна бы и бровью не пошевелила.

Даниэль ничего не отвечает и лишь качает головой с грустью во взгляде, который он переводит на Анну.

— Послушай, Даниэль, перестань искать слова для обоснования ее безразличия к тебе, — мягко говорит Максимилиан. — Уверен, что все твои друзья придерживаются того же мнения, что и мы с Лилиан.

— Я просто не хочу тешить себя надеждами, — тихо признается Даниэль. — Не хочу строить никаких иллюзий и жить мечтами.

— Мы прекрасно понимаем, что тебе сейчас очень тяжело. Но, во-первых, не говори так однозначно. А во-вторых, признайся, у тебя все же есть надежда, что Анна может простить тебя.

— Мистер Сеймур…

— Почему ты еще не сдался? — мягко спрашивает Лилиан. — Почему до сих пор не решил пустить все на самотек? Потому что твои чувства руководят тобой. Заставляют делать ради нее невозможное. Да, может быть, ты не ждешь от нее ничего взамен. В твоих поступках нет корысти. Но глубоко внутри ты надеешься , что твои усилия не будут напрасны.

Даниэль молчит пару секунд, прежде чем перевести свой грустный взгляд на Лилиан и Максимилиана и тихо сказать:

— Вы правы… Я мечтаю о том, чтобы Анна оценила мои старания и вернулась ко мне. Но как я уже сказал, для меня это не главное. Независимо от того, простит ли меня ваша дочь или нет, я доведу это дело до конца. Потому что хочу успокоиться и перестать переживать за нее. Обещаю, я не отступлю вне зависимости от ее желания видеть меня и принимать мою помощь. Помочь вам и спасти ее – мой долг. И я сделаю это, чего бы мне это ни стоило. Один или с друзьями – не имеет значения.

— А ты уверен, что справишься? — неуверенно спрашивает Лилиан. — Сможешь ли ты выдержать это? Я сейчас говорю не про физическую подготовку, а про психологическую. Достаточно ли у тебя крепкие нервы для того, чтобы выдержать столь непростое испытание?

— Я в своей жизни и не такое переживал, — без эмоций тихо отвечает Даниэль. — Например, я не думал, что так рано потеряю своих родителей. Ведь я рос с верой в то, что они помогут мне. Однако болезнь отца перевернула все с ног на голову. А глубокая депрессия матери окончательно погубила все мои планы и надежды.

— Есть люди, которых такие испытания не закаляют, — с грустью во взгляде отмечает Максимилиан. — Сколько бы трудностей с ними ни происходило, они не становятся сильнее.

— Верно… Но я был вынужден взять себя в руки. Потому что мне не на кого было рассчитывать: родители погибли, сестра пропала, а друзьям было плевать на мои проблемы. Почти все дружили со мной только из-за денег. Из-за того, что я никогда ни в чем себе не отказывал. И когда мне так была нужна помощь, все показали свое настоящее лицо. Они… Даже не попытались предложить свою помощь… Я остался совсем один и не мог поделиться с кем-то своими переживаниями.

— Дай бог, тебе хватит сил пережить и это испытание, — мягко выражает надежду Лилиан, погладив Даниэля по руке. — К счастью, у тебя есть прекрасные друзья, с которыми тебе будет намного легче.

— Знаю… Они всегда рядом, когда мне это нужно.

Максимилиан с Лилиан ничего не говорят и лишь тихо вздыхают, а последняя качает головой и немного поправляет прическу.

— Ох, ладно, думаю, нам лучше потом поговорить о твоих отношениях с Анной, — задумчиво говорит Лилиан. — Для начала мы должны разобраться с этими двумя монстрами.

— Разберемся, — кивает Даниэль. — Я обещаю.

— Но ты все равно не сдавайся и надейся на лучшее, как бы тяжело тебе ни было, — уверенно советует Максимилиан. — Я почему-то уверен , что все еще может измениться к лучшему.

— Посмотрим, мистер Сеймур… Посмотрим…

Все присутствующие в палате на несколько секунд замолкают, а Даниэль с грустью во взгляде нежно гладит Анну по голове и убирает в сторону некоторые пряди ее волос. Максимилиан с Лилиан в этот момент держат девушку за руку, гладят ее и запястье и просто держат на ней свои ладони, заострив внимание на небольшом шраме на правой руке, оставшийся у девушки после нападения собаки.

— Кстати, Даниэль, мы тут уже успели повидать твою сестру, — задумчиво говорит Максимилиан, поглаживая Лилиан по голове, что покоится на его плече.

— Правда? — округляет глаза Даниэль.

— Она проходила мимо, когда мы спросили у нее, как найти эту палату, — признается Лилиан. — Ну а она рассказала и заодно добавила, что является твоей сестрой.

— Значит, мне не придется знакомить вас?

— Нет, мы уже видели ее.

— Кстати, твоя сестренка очень милая, — скромно улыбается Максимилиан. — Хорошая, скромная девочка.

— Кэссиди призналась, что тоже переживает за Анну и хочет, чтобы она поправилась, — признается Лилиан.