— РОТ ЗАКРОЙ, ПОКА Я НЕ ЗАШИЛ ЕГО!

— Сам закрыл свою пасть! — громко, раздраженно требует Даниэль.

— А ТЫ ЗАБИРАЙ СВОЮ ГРЕБАНУЮ ШАЙКУ И ПРОВАЛИВАЙ ОТСЮДА!

— Только с Анной!

Пока Даниэль уверенно подходит к сидящей на пеньке Анне, Джулиан успевает подобрать свой нож, который он направляет на Перкинса.

— ОТОШЕЛ ОТ НЕЕ, УБЛЮДОК! — требует Джулиан. — ОТОШЕЛ, Я СКАЗАЛ!

— Она уйдет только со МНОЙ и моими ДРУЗЬЯМИ! — уверенно заявляет Даниэль.

— У тебя нет никаких прав на эту девчонку, нищеброд! Она только моя! И если бы ты, сука, не встал у меня на пути, то я бы получил над ней полную власть. Независимо от того, за кого она вышла бы!

— Но к счастью, она вовремя унесла ноги, — сухо бросает Терренс. — Став членом твоей семьи, ты и твой папаша превратили бы ее жизнь в сущий ад. И не факт, что твой брат смог бы защитить ее!

— Это ты верно подметил, — ехидно ухмыляется Джулиан. — Райан – жалкое ничтожество. Маменькин сыночек, который никогда не станет настоящим мужиком.

— Этому парню повезло, что у него была мать, которая сумела научить его правильным вещам. И что он захотел их понять.

— Этот сопляк – подобие девочки, который до сих пор плачет горькими слезами из-за своей любимой мамочки. Прошло уже хер знает сколько времени с момента ее смерти, а Райан все еще вспоминает о ней.

— Зато если с твоим папашей что-то случится, то он точно не будет страдать и носить траур, — уверенно отвечает Питер. — Не будет вспоминать ублюдка, который сделал из своего старшего сыночка очередного мудака, не знающий, что такое уважение к девушкам.

— Не смейте оскорблять моего отца! В отличие от всех вас, он – очень уважаемый человек с кучей связей и прекрасным источником доходов.

— Да, а среди кого он уважаемый? — сухо спрашивает Эдвард, скрестив руки на груди. — Среди всех ваших друзей, которые либо поддерживают все ваши гадости, либо ничего не знают о том, как вы оба издевайтесь над слабой девушкой? Или ты просто пускаешь нам пыль в глаза? Надеясь, что нас испугает вид мешка с пачками долларов!

— Слышь, сопляк недоразвитый… — Джулиан презренно усмехается и осматривает Эдварда с головы до ног. — А ты чем-то похож на моего братца. Такой же бесполезный и безмозглый дебил, который был рожден для того, чтобы всем мешать.

— Ты называешь меня сопляком лишь потому, что я в свои двадцать шесть выгляжу намного моложе?

— Тебе двадцать шесть? — Джулиан громко смеется с широко раскрытым ртом. — Не смеши меня, малыш. Тебе еще и восемнадцати нет!

— Ну извини, я документы с собой не таскаю. Хотя если бы знал, что встречу тебя, то обязательно взял бы свои водительские права и сунул их тебе в рожу. Впрочем, я не уверен, что ты сможешь от двух тысяч семнадцати отнять тысяча девятьсот девяноста один. Ведь ты тупее любой обезьяны.

— Ты че, берега попутал? А? БОРЗЫЙ, Я СМОТРЮ!

— Впрочем, в тридцать пять лет, да еще и с такой уродливой рожей даже наличие интеллекта и мешка бабок не поможет тебе найти хотя бы одну отчаянную девчонку.

— Слышь, малой… — Джулиан быстрым, резким шагом подходит к Эдварду, уставив свой леденящий душу взгляд в его глаза, пока тот, однако, остается хладнокровным и уверенным в себе. — Не закроешь хлебальник – твоя мамочка будет рыдать над твоим гробом.

— О да, ты такой грозный! — хитро улыбается Эдвард. — Вот уж точно, чем больше человек выпендривается и говорит о своих несуществующих богатствах и достижениях, тем выше вероятность, что он пытается скрыть свою неуверенность и может похвастаться лишь тем, что он благополучно встал с кровати и доковылял до туалета.

— Зато у тебя из достижений только лишь одно – тебе не надо трахаться с актрисульками и певичками, чтобы чего-то добиться. Ибо у тебя есть братик, который все сделает.

— А меня забавляет то, что сорокалетний мужик все еще живет со своим папашей и даже не думает съезжать с его хаты.

— Слышь, мелкий, а давай поспорим, что ты сдохнешь уже после первого удара? Хочешь я докажу, что для этого мне не понадобятся много усилий?

— Ну вперед! — уверенно предлагает Эдвард и расставляет руки в бока. — Давай, ублюдок! Попробуй врезать мне! Чего же ты ждешь? Вперед!

— Давай же, девочка, начинай визжать: « МАМОЧКА, СПАСИ МЕНЯ! Я – ТРУСИШКА! Я ОПИСАЛ ШТАНИШКИ! ».

— А ты меня развеселил, — ехидно усмехается Эдвард. — Мог бы пойти работать клоуном вместо того, чтобы перебирать бумажки в душном офисе.

— Что, ножки уже дрожат? Ручки запотевают? Сердечко бьется и вот-вот выпрыгнет из груди?

— Эй, а чего ты не врезаешь мне? Не уж-то боишься ? Боишься драться с мужиком? С более сильным противником?

— Ты-то сильный? Ха! Рассмешил!

— Ну тогда нападай! Вперед, Поттер, покажи все, на что ты способен!

— Может, хватит уже выпендриваться перед своими дружками и доказывать, что ты не трус?

— Что ж… Значит, бить беззащитную девушку у тебя совести и смелости хватает . А как мужика ударить, так сразу хвостик поджимаешь? Да… Твой папочка хорошо тебя надрессировал. Представляю, сколько он дубасил тебя ремнем! Сколько сил потратил на то, чтобы слепить то, что превзошло самого создателя.

— ЗАТКНИСЬ, СОСУНОК! — громко рявкает Джулиан. — МАЛЕНЬКИЙ СУКИН СЫН! БЕСИШЬ ТЫ УЖЕ!

— Тогда садись в тачку и улетай отсюда на всех порах!

— Вот скажи это себе и своим дружкам! — Джулиан бросает короткий взгляд на Даниэля, все еще стоящий рядом с Анной. — И СКАЖИ ЭТОМУ УБЛЮДКУ, ЧТОБЫ ОН ОТОШЕЛ ОТ ДЕВЧОНКИ!

— Мы пришли сюда, чтобы помочь Анне! И больше не позволим тебе причинить ей вред.

— Тебя и твоих дружков не касаются дела между мной и этой девчонкой!

— Нас касается все , что происходит с нашими друзьями!

— Катись отсюда, малыш, катись. Лучше иди к своей мамочке или проводи время со своей безмозглой блондинкой. — Джулиан ехидно смеется. — Походу, девчонка так сильно захотела замуж, что в отчаянии даже согласилась быть с мамкиным сыночком.

— Не вздумай оскорблять мою невесту, — сжимая руку в кулак и угрожая Джулиану пальцем, низким, грубым голосом говорит Эдвард. — А иначе ты – труп. Клянусь, Поттер, ты будешь ТРУПОМ ! Вместе с еще одним ублюдком, который поплатился за то, что с ней сделал.

— Сбавь обороты, мальчик, — уверенно говорит Джулиан. — Эта кукла Барби меня не интересует. У меня не встает на глупых, писклявых и вечно ноющих дур. Наподобие вашей любимой Анны.

Эдвард со всей силы бьет кулаком Джулиана по лицу так, что тот резко отворачивается в сторону.

— ЗАТКНИСЬ, МРАЗЬ! — вскрикивает Эдвард. — КЛЯНУСЬ, ТЫ – ТРУП, ЕСЛИ СКАЖЕШЬ ЕЩЕ ХОТЬ ОДНО СЛОВО ПРО НЕЕ!

— Подобная ненависть к девушкам – уже болезнь! — восклицает Терренс.

— Твоя всемирно известная моделька тоже и ногтя не стоит, — с презрением фыркает Джулиан. — Бездарная, тупая пустышка, которой просто крупно повезло. Понятия не имею, за что ее так прославили и прозвали едва ли не секс-бомбой!

— Что ты там вякаешь? — крепко сжимает руки в кулаки Терренс, напрягая все свои мышцы и начиная тяжело дышать.

— Одна из самых сексуальных женщин на планете! Ха! Посмотреть бы на дебилов, которые назвали эту анорексичку таковой! Наверное, отсосала кому-то как следует. Вот ее и возвели в ранги богинь.

Буквально позеленев от злости, Терренс наносит Джулиану еще более крепкий удар по лицу.

— Еще… — сквозь зубы цедит Терренс, угрожая Джулиану пальцем. — Одно. Слово. Про. Мою. Невесту. И я сотру тебя в порошок. Ты понял, сука? ИЛИ ПОВТОРИТЬ, БЛЯТЬ?

— Не вопи, истеричка, — сильно морщится Джулиан. — Дурка находится в нескольких милях отсюда. Тебя там уже ждут со смирительной рубашкой в руках!

— Замолчи, Джулиан! — со слезами на глазах вскрикивает Анна. — Не смей говорить такие вещи о моих подругах!

— Да ты такая же, как и они! — грубо заявляет Джулиан. — Такая же бесполезная, как и кукла, которая не приносит никакой пользы.