— Мистер Сеймур, клянусь вам, я не хотел этого, — с жалостью во взгляде оправдывается Даниэль. — Мне очень жаль, и я признаю свою ошибку. Да, я поступил ужасно… И не хочу оправдываться своей амнезией и тем, что та девушка обвела меня вокруг пальца ради гражданства.

— По крайней мере, у тебя был выбор. Ты мог оттолкнуть ту девушку и сказать ей « нет ». Однако ты этого не сделал и сильно обидел мою дочку.

— Мне очень жаль, мистер Сеймур… — взволнованно говорит Даниэль. — Но прошу вас, поймите меня… Мной воспользовались, когда я не мог возразить. Та иностранка выдавала себя за мою невесту и говорила, что мы должны пожениться. И я ей верил … Хотя бы потому, что все, что она рассказывала мне, происходило со мной и Анной. То есть… Она рассказывала всю нашу историю так, будто это происходило со мной и той девушкой. Я чувствовал, что мне все это было знакомо, но до последнего наивно верил той обманщице.

— Ох, хорошо… — спокойно произносит Максимилиан. — Допустим, я поверю тебе. Но я думаю, ты должен был чувствовать, что тебя не тянуло к той девушке. Да и твои друзья наверняка рассказывали тебе о том, что с тобой происходило.

— Да, все так и было. — Даниэль быстро прочищает горло. — Они рассказывали мне про Анну. Но я не прислушивался к своим ощущениям и до последнего не верил друзьям. Кроме того… Я считал их лгунами. Она не только разлучила меня с Анной, но еще и поссорила с друзьями. По ее вине я наговорил им кучу гадостей и кое-как сумел вымолить у них прощение. Но ваша дочь отказывается мне верить.

— Знаешь, Даниэль, как-то давно один мой знакомый сказал, что сердце помнит многое. Даже если у тебя в голове была пустота, то сердце могло дать понять, где была правда. Однако ты не прислушался к его зову. Я не понимаю, зачем надо было себя насиловать? Если тебя воротит, то надо выражать это открыто и не позволять кому-то обманывать тебя.

— Теперь я хорошо усвоил этот урок. Мне правда очень жаль, что я позволил кому-то играть с собой.

— Буду с тобой откровенен… — Максимилиан быстро прочищает горло. — С одной стороны, я разочарован в тебе. Ты нарушил свое обещание сделать Анну счастливой. Но с другой – мне кажется, что у тебя вряд ли было желание предавать мою дочь. В отличие от нее я могу мыслить трезво и понимаю, что тобою воспользовались.

— Я бы ни за что не сделал этого, если бы знал, что встречаюсь с вашей дочерью. Может, мне бы удалось вспомнить ее, будь она рядом со мной, как и все мои друзья. Будучи в больнице, я видел Анну всего лишь один раз, но уже запомнил ее. А иногда просматривая ее фотографии, думал, что она особенная .

— Я был уверен, что ты не хотел этого и до последнего так думал. Даже если Анна говорит, что ты крутил роман с той девчонкой в то время, когда вы еще жили вместе.

— Нет-нет, это не так! Я знать не знал ту девчонку до амнезии! Она просто приходила ко мне в палату и приставала. Надоедала почти каждый день… Я отдыхал от ее компании лишь тогда, когда врач выгонял эту девчонку из палаты.

— Она что работает в больнице?

— Работала уборщицей. Но мой друг сказал, что ее уволили из-за проблем с документами и жалоб людей.

— И откуда она узнала по тебя? Если эта девушка знает про тебя, значит, ты все-таки с ней знаком.

— Клянусь вам, я понятия не имею, откуда она знала обо мне. Единственное, что я могу сказать, это то, что все это могло бы спланировано. Она как будто хотела приблизиться ко мне. Деньги, дом, гражданство… Все это могло стать причиной.

— Ну и история… — слегка хмурится Максимилиан.

— В любом случае я выведу эту девушку на чистую воду и узнаю, что ей от меня нужно, когда она вернется сюда.

— А где она сейчас?

— Уехала в Испанию с семьей.

— Ты еще не обращался в полицию?

— Пока нет. Но если она объявится и не оставит меня в покое – пойду. В полиции работает человек, который не откажет мне в помощи.

— Хорошо, я понял.

— Что мне делать, мистер Сеймур? — с грустью во взгляде спрашивает Даниэль. — Я очень хочу доказать Анне, что сожалею о своем поступке и не предал бы ее по своему желанию. Но, к сожалению, после последнего нашего разговора она сказала, что расстается со мной.

— Да, Анна говорила об этом. И от нее я как раз и узнал, что ты все вспомнил, а твой друг попал в больницу. Так что я решил воспользоваться шансом и поговорить с тобой.

— Я и сам хотел связаться с вами. Понимал, что рано или поздно мне придется это сделать.

— Я хотел сделать это намного раньше, но решил подождать. Решил, что будет бесполезно что-то говорить человеку с амнезией.

— Я так и понял.

— И как я понимаю, ты во всем признался моей дочери?

— Да… — Даниэль бросает короткий, грустный взгляд в сторону и нервно сглатывает. — Я уже признался Анне во всем, что сделал. Ничего не скрыл… Я считаю, что должен быть честным с ней.

— Она сказала, что ты едва не переспал с той девушкой, — хмуро напоминает Максимилиан.

— Было дело. Но я безумно благодарен ее сестре, что она не дала этому случиться, когда позвонила иностранке.

— И о чем же ты тогда думал?

— Не знаю… В тот момент у меня было какое-то помутнение рассудка… Я… Я видел перед собой не иностранку, а Анну. Это заставляло меня медленно сходить с ума.

— Хорошо, Даниэль, если ты действительно честен со мной, то я это ценю .

— Вы верите, что я сожалею?

— Верю. Потому что оцениваю эту ситуацию трезво, не думая о своем разочаровании.

— Даже если бы Анна не увидела, как та иностранка целовала меня, я бы все равно не стал молчать.

— Честность – это очень хорошее качество, — поправив ремешок от наручных часов на левой руке, отвечает Максимилиан. — Я рад, что ты предпочитаешь быть честным, а не врать, что ничего не происходило.

— Да, но боюсь, мое признание только усугубило ситуацию, — на секунду посмотрев вниз, предполагает Даниэль. — Теперь Анна злится на меня еще больше.

— Ну обещать, что она простит тебя я не могу, но думаю, моя дочь оценила бы твою помощь, — задумчиво с грустью во взгляде говорит Максимилиан. — Если бы ты захотел спасти ее от беды, что ей грозит, она бы не оставила это незамеченным.

— Кстати, о бедах… — Даниэль резко проводит рукой по волосам, нервно потирает ладони и крепко сцепляет пальцы, переведя взгляд на Максимилиана. — Мистер Сеймур… Мне очень неприятно об этом говорить, но… Я должен поговорить с вами кое о чем, что касается Анны… И это не про мою измену.

— Удивительно, но я тоже хотел бы поговорить не только про твою измену, — погладив подбородок и слегка нахмурившись, признается Максимилиан. — Есть еще кое-что очень важное.

— Хорошо, тогда давайте сначала вы объясните ситуацию, а потом и я объясню свою.

Максимилиан несколько секунд ничего не говорит, чтобы собраться с мыслями, но затем он переводит округленные глаза на Даниэля.

— Моя дочь в большой опасности, Даниэль, — дрожащим голосом признается Максимилиан. — Мы можем потерять Анну по вине одного ужасного человека.

— Что? — с ужасом в глазах замирает Даниэль.

— На тебя сейчас вся надежда. Только ты можешь защитить Анну от того, что ей сейчас грозит.

— Э-э-э… — Даниэль замолкает на пару секунд, слегка прикусив губу. — Простите, а вы случайно говорите не про некого человека, который издевается над Анной?

— А откуда ты знаешь?

— Это то, о чем я хотел поговорить с вами. Мой друг рассказал мне и нашим друзьям о том, что он встретил Анну и какого-то подозрительного типа. Тот человек строил из себя хорошего, но начал кричать на вашу дочь, оскорблять ее и даже избивать после того, как они остались одни.

— О, боже… — Максимилиан с ужасом в глазах прикрывает рот рукой и качает головой, на пару мгновений лишившись дара речи.

— Тот тип обращался с ней хуже, чем с половой тряпкой. Он совсем не уважает женщин и считает чем-то вроде пылью.

— Знаю… — Максимилиан тихонько рычит, крепко сжав руку в кулак. — Черт… Как же сильно я ненавижу этого подонка… Этот гад довел мою дочь до такого ужасного состояния и совсем запугал ее.