— От всей души поздравляю вас всех с рождением прекрасной девочки, — скромно улыбается врач. — Думаю, теперь вам пора выбирать ей имя.
— Конечно, мы обязательно это обсудим, — уверенно обещает Тимоти.
— Думаю, молодые уже знают, как хотели бы назвать свою дочку, — слегка улыбается Фредерик, с гордо поднятой головой приобняв своего сына Джексона за плечи.
— Выбирайте самое лучшее, — дружелюбно говорит врач. — Такой хорошенькой девочке нужно дать самое красивое имя.
— Разумеется, доктор, — широко улыбается Джексон. — У нас с женой есть парочка идей…
— Вот и прекрасно.
— Еще раз спасибо вам за то, что помогли моей дочери появиться на этот свет.
— Благодарю за теплые слова. А сейчас простите, я должна проверить состояние новоиспеченной мамы и ее малышки.
— Хорошо… Я вас понял.
— Как только их перевезут в палату, я тут же подойду к вам и сообщу об этом.
— Спасибо.
Врач с легкой улыбкой разворачивается и уходит по своим делам, а Джексон снова начинает принимать поздравления и теплые слова от всех своих счастливых родственников, которые также приятно взволнованы рождением маленькой девочки, что должна принести свет и радость в жизнь каждого из них.
***
Двадцать седьмое июня тысяча девятьсот девяносто первого года.
— Боже, какая же она хорошенькая! — с широкой улыбкой умиляется Алисия, сидя на кровати Элизабет, которая лежит на ней вместе со своей маленькой дочкой на руках, что завернута в белоснежную простыню. — Моя племянница просто очаровательная. Эта красавица взяла от мамы и папы все самое лучшее.
— Я влюбилась в нее с первого взгляда, — признается Элизабет. — И теперь совсем не хочу отпускать ее от себя.
— Невозможно не любить эту очаровательную крошку. — Алисия нежно гладит новорожденную девочку по голове. — Я уже уверена в том, что она вырастет очень красивой девочкой.
— Все врачи, которые принимали у меня роды, признались, что буквально влюбились в нее, — скромно говорит Элизабет.
— Неудивительно!
Легко заметить, что после родов Элизабет выглядит довольно усталой и нуждается в хорошем отдыхе. Однако ее глаза полны искренней радости и яркого блеска. Молодая мама не обращает ай внимания на то, что у нее практически не осталось сил, и не скрывает своей широкой улыбки. А с какой нежной любовью она смотрит на свою маленькую доченьку, что завернута в белую простыню и сейчас находится у мамы на руках! Кажется, что если сюда придет кто-то из врачей и заберет малышку, то эта девушка наотрез откажется отдавать ее, ибо она никак не может налюбоваться ею.
Пока что трудно сказать, на кого похожа новорожденная малышка, но она действительно очень милая и не может оставить кого-то равнодушным. Никто из родственников Элизабет не может сдержать своих эмоций, глядя на эту крохотную девочку, которой от роду буквально несколько часов. А гордый счастливый отец Джексон ни на секунду не отходит от жены и ребенка, с нежностью во взгляде смотрит на обеих и либо одаривает их милым поцелуем в макушку, либо мягко гладит по голове.
— Мне кажется, что она больше похожа на маму, — задумчиво предполагает Тимоти, сидя на стульчике рядом со своей женой и с нежностью во взгляде смотря на свою внучку в руках его дочери.
— Я тоже так думаю, — широко улыбается Тиффани, держа своего мужа за руку и пару раз поправив простыню, в которое завернута маленькая девочка. — Когда я рожала Элизабет, она была точно такой же куколкой. До сих пор помню, как также лежала с ней в палате и прижимала к груди.
— Она такая теплая… — скромно улыбается Элизабет, смотря на Тиффани полусухими глазами и едва ли не плача от радости. — И… Вкусно пахнет…
— Потому что это твоя дочка. Твоя плоть и кровь.
— Она такая красивая, мама. Такая хорошенькая. Я буквально не верю, что родила такую красавицу.
— Поверь мне, когда моя внучка подрастет, то она станет еще красивее. Разобьет сердце еще не одному парню.
— В моей семье рождаются только самые красивые девочки, — с гордо поднятой головой заявляет Тимоти. — Уж мои дочки красавицы, а внучка будет еще прекраснее.
— По-моему, у нее папин носик, — задумчиво предполагает Фредерик, получше рассматривая свою внучку и нежно погладив ее по голове. — И его щечки были очень похожи на ее. Джексон тоже был щекастым мальчиком, когда только родился.
— О да, папа прав, — скромно улыбается Джексон, позволяя маленькой девочке взять его палец, который она слегка сжимает своими малюсенькими пальчиками. — У нас дома много фотографии, на которых я был еще совсем маленьким. Щеки у меня были, конечно, большие, но потом сдулись сами собой.
— Это детская припухлость, не переживай, — машет рукой Алисия. — Видел бы ты, какая я была пухленькая, когда мне было лет восемь-девять. Но зато ближе к подростковому возрасту я подросла, похудела и изменилась.
— Не говори ерунду, Алисия, — возражает Элизабет, мягко прижимая к своей груди маленькую девочку и нежно гладя ее ручку. — Ты никогда не была пухленькой! Ни мама, ни ты, ни я!
— Вот именно! — соглашается Тиффани. — Не надо наговаривать на себя, дорогая моя. Вы с Элизабет всегда были худенькими красавицами. И мы с вашим папой всегда это говорили.
— Да, у нас было две красивые и умные девочки, а теперь появилась еще одна, — с гордо поднятой головой говорит Тимоти, погладив своих жену и дочерей по руке. — Не сомневаюсь, что моя внучка вырастет такой же умной, красивой и воспитанной, а ее мама с папой сделают для этого все возможное.
— Разумеется, мистер Томпсон, — уверенно отвечает Фредерик. — Мы все будем давать этой малышке самое лучшее.
— И поможем молодым воспитать ее хорошей скромной девочкой, — добавляет Алисия.
— Обязательно, — уверенно произносит Тиффани.
— Да, только вот есть один маленький вопрос!
— Какой?
— Как будут звать эту малышку? Молодые родители должны дать этой девочке имя.
— Да, Джексон, Элизабет, а вы уже решили, как назовете свою дочку? — проявляет интерес Алисия.
— Решили, — со скромной улыбкой уверенно произносит Элизабет. — Мы с Джексоном хотим назвать нашу дочку Ракель.
— Ракель? — переспрашивает Тиффани. — Ну что ж… Лично мне очень нравится это имя!
— Да, мне тоже, — уверенно кивает Фредерик. — Имя редкое, но очень красивое. По крайней мере, в моем окружении никто не носит такое имя и не называет так своих дочерей.
— Ладно, а что со вторым именем? — интересуется Тимоти.
— А ее вторым именем будет Эллисон, — с легкой улыбкой сообщает Джексон.
— Эллисон? Значит, вы хотите назвать свою дочку Ракель Эллисон Кэмерон?
— Да, мистер Томпсон, нашу дочку будут звать именно так.
— Ну что ж, прекрасный выбор! — широко улыбается Алисия.
— Мы уже решили это еще до рождения дочки, — признается Джексон. — Кроме того, у нас с Элизабет была договоренность, что она выберет ребенку первое имя, а я – второе.
— Вот как! — восклицает Фредерик.
— А поскольку мы не знали пол малыша и решили узнать его только в день рождения ребенка, то выбирали по два имени для мальчика и девочки. Выбирая имя для девочки, Лиззи понравилось имя Ракель, а я присмотрелся к имени Эллисон.
— А вы не возражайте, что вашу дочку будут так звать? — уточняет Тимоти. — Вдруг кто-то из вас хочет назвать малышку по-другому?
— Нет-нет, папа, не беспокойся, мы с Джексоном уже все обсудили и согласны на эти имена, — уверенно отвечает Элизабет. — Так что нашу дочь зовут Ракель Эллисон Кэмерон.
— Что ж… — широко улыбается Алисия. — В таком случае добро пожаловать в этот мир, наша дорогая Ракель.
