— Так, девочки! — взволнованно произносит Ракель. — Если Терренс сейчас не ответит мне, значит, с ними точно что-то не так.
Ракель трясущимися руками берет свой телефон, набирает номер Терренса и нетерпеливо ждет ответа.
— Ну давай же, Терренс, давай, ответь мне… — нервно дергая ногой, дрожащим, тихим голосом произносит Ракель.
Однако спустя несколько секунд Ракель также никто не отвечает, и она сбрасывает звонок и медленно прикладывает телефон ко рту.
— Терренс тоже не отвечает, — едва шевелит губами Ракель. — Но гудки есть…
— Ладно, попробую позвонить попозже, — резко выдыхает Хелен. — Может, и правда не слышат…
— Нет-нет… С парнями точно что-то произошло… Я абсолютно уверена в этом…
— Но что могло с ними произойти? — разводит руками Виолетта.
— Не знаю, Виолетта… — качает головой Ракель. — Но у меня ужасное предчувствие. Оно не покидало меня еще с того дня, когда мне приснился тот кошмар.
— Связанный с гибелью Терренса? — неуверенно уточняет Наталия.
— Да… Я знала , что это что-то означает… Это был какой-то сигнал … Я пыталась предупредить Терренса, но он мне не поверил и сказал, что это лишь мои фантазии.
— Да нет, это всего лишь сон, — уверенно говорит Кристиана. — Даже если он был о смерти вашего жениха, не стоит воспринимать его всерьез.
— Нет, Кристиана, я не могу. — Ракель медленно выдыхает, начав нервно потирать руки. — Я точно знаю, что это знак. Знак того, что что-то должно случиться.
— Но, Ракель, почему вы думайте, что Терренс должен так или иначе пострадать? — неуверенно спрашивает Блер. — Он ведь умеет постоять за себя в случае опасности! Да и Эдвард с Питером не дадут себя в обиду, если кто-то нападет на них.
— Я никогда не ошибаюсь, когда предчувствую беду, Блер, — взволнованно отвечает Ракель. — Как и моя мама. Каждый раз, когда я чувствовала что-то плохое, Терренс так или иначе страдал . Потому что не слушал меня и считал мои слова бредом.
— Перестаньте, Ракель, не надо заставлять себя нервничать и подружек волновать, — мягко говорит Виолетта. — Все будет хорошо. Просто подождите немного, а потом снова позвоните.
— Мне страшно… Страшно от мысли, что с Терренсом что-то случится…
— Нет, Ракель, не надо об этом думать, — тихо отвечает Хелен, приобнимает Ракель за плечи и пытается как-то утешить ее, даже если она сама нервничать. — Я подожду немного, а потом еще раз позвоню Питеру.
— Вот именно, — уверенно произносит Блер. — Парни просто не слышат звонок и поэтому не берут трубку.
— Ох, должна признаться, что я тоже чувствую что-то нехорошее… — с тревогой признается Наталия, обхватив горло рукой. — Вроде бы ничего подозрительного, но мне как-то неспокойно… Не знаю, почему…
— Господи, неужели вы хотите сказать, что все трое во что-то ввязались? — удивляется Кристиана.
— Все может быть… Я не удивлюсь.
— Девушки, успокойтесь, пожалуйста, — спокойно просит Виолетта. — Мы не видим повода для паники. Вы же сами сказали, что телефоны всех троих включены! А значит, они просто могли отключить звук. Ребята и так переживают из-за проблем с Даниэлем. Можно запросто сойти с ума, если они будут и дальше все время думать об этом.
— А если они и правда куда-то влипли? – выражает беспокойство Хелен и проводит руками по своему лицу. — Нам и так хватает проблем с Даниэлем и Анной, а если еще и эти трое заработают себе проблемы, то мы вообще с ума сойдем.
— Господи, да куда они могут влипнуть? — недоумевает Блер. — Вы так говорите, как будто на них кто-то нападет и собьет на машине.
— А вдруг так и будет? — взволнованно задается вопросом Ракель. — Вдруг кто-то нападет и на парней?
— Перестаньте, Ракель, все будет хорошо, — мягко, уверенно говорит Кристиана. — Вот увидите.
Не то из-за влияния девушек, не то из-за каких-то своих ощущений, Сэмми и сам становится очень беспокойным и начинает громко лаять и тихонько поскуливать.
— Тише, мальчик мой, тише, — тихим, мягким голосом говорит Хелен, нежно поглаживая Сэмми по голове. — Все хорошо.
Однако Сэмми продолжает вести себя беспокойно, бегая из стороны в сторону и будто желая куда-то побежать и что-то сделать.
— Сэмми, не надо так переживать, — мягко говорит Блер. — Все будет хорошо. Парни просто где-то загулялись и не слышат звонка.
— Слушайте, а что если Сэмми тоже предчувствует какую-то беду? — задается вопросом Наталия. — Чувствует, что что-то могло случиться, по крайней мере, с Питером?
— Скорее всего, — взволнованно произносит Хелен. — Раз Сэмми тоже нервничает, значит, с Питером точно что-то не так.
— Но что? — недоумевает Кристиана. — Во что мог ввязаться этот парень?
Хелен пару секунд молча смотрит в одну точку, а затем переводит взгляд на с жалостью смотрящего на нее Сэмми.
— Сэмми, малыш, как ты думаешь… — взволнованно говорит Хелен. — Что происходит с Питером? Он мог во что-то влипнуть?
Сэмми два раза взволнованно подает голос.
— Может? — уточняет Хелен.
Сэмми снова подает голос, слегка подпрыгнув.
— Ладно, а что с Эдвардом и Терренсом? — интересуется Хелен. — Они тоже в опасности?
И снова Сэмми два раза подает голос.
— Все верно, — с тревогой говорит Хелен, переведя взгляд на Наталию и Ракель. — С парнями точно что-то случилось. Сэмми не будет просто так нервничать. С Питером, Эдвардом и Терренсом либо уже что-то происходит, либо они могут оказаться в беде в ближайшее время.
— Но что нам тогда делать, если они действительно в беде? — разводит руками Наталия. — Если это так, то мы должны принять какие-то меры!
— Но какие? Мы даже не знаем, где их искать!
— Господи… — тихо издает всхлип Ракель, несколько секунд смотрит в одну точку с зажатым рукой ртом и смотрит на всех по очереди. — Я знала … Знала, что мой кошмар что-то означал… Он предсказывал беду… Большую беду…
— Нет-нет, подружка, не говори так! — с жалостью во взгляде умоляет Наталия, крепко приобнимает Ракель и пытается утешить ее, даже если она и сама едва сдерживает слезы. — Все будет хорошо. Мы с Хелен тоже переживаем. Но давай не будем паниковать раньше времени.
— Я потеряю Терренса… Потеряю…
— Необязательно, что беда должна произойти именно с Терренсом. Кто угодно может пострадать: и Терренс, и Эдвард, и даже Питер. Раз они находятся вместе, значит, им всем может угрожать опасность.
— Беда произойдет именно с Терренсом. Я знаю это! Знаю! — Ракель закрывает лицо руками и сгибается пополам, даже не пытаясь сдержать горькие слезы. — Господи… Нет… Нет… Я не хочу…
— Ракель, дорогая… — дрожащим голосом произносит Наталия.
— Ну почему это дурацкое чувство появилось у меня только сейчас? Почему? Если бы я знала это раньше, то уговорила бы Терренса остаться дома. Пошла бы на обман, лишь бы не дать ему уйти! Теперь с ним что-то происходит, а я не могу помочь ему.
— Ракель, не надо так говорить, — с грустью во взгляде говорит Хелен, подсаживается поближе к Ракель и гладит ее по плечу или спине. — Ты не Нострадамус, чтобы что-то предсказывать.
— Он попадет в беду, я это знаю… И я не смогу ему помочь…
— А может, Терренс избежит беды? Что если твой кошмар – либо просто кошмар, который ничего не значит, либо знак, что какая-то беда находится близко, а пострадать может кто угодно?
— Нет, это не так. Раз в моем кошмаре погиб Терренс, значит опасность угрожает только ему.
— Господи, да ничего эти сны не значат! — уверенно вставляет Кристиана. — Сколько ни читаю значения в сонниках, ничего не сбывается. Бред все это! Бред для наивных людей!
— Я не хочу потерять Терренса и остаться одной, — со слезами дрожащим голосом говорит Ракель. — Не хочу… У меня не будет смысла жить, если его не будет рядом…
Ракель еще больше сгибается пополам, запускает руки в свои волосы и несильно оттягивает их, чувствуя, как каждая мышца ее тела дрожит и горько плача из-за одной только мысли, что она может потерять Терренса.
