— Неправда! Я всегда делал то, что ты просила, и возился со своим ребенком. Мне жаль, что ты обо всем этом забыла.
— Я ничего не забыла! — грубо бросает Лилиан. — Я не забуду то, что ты никогда не был хорошим отцом и лишь пытался притвориться им.
— Не надо меня оскорблять и говорить так, будто я бросил свою дочь и наплевал на нее.
— Ты фактически это сделал! А иначе бы ты лучше понимал, с кем Анне можно общаться, а с кем – нет! Взрослый мужик, а мозгов как у ребенка! Не может понять, когда ему улыбаются фальшиво!
— Если бы Джулиан действительно был плохим, я бы запретил Анне приближаться к нему.
— Но он ужасный и опасный! А ты продолжаешь наплевательски относиться к своему ребенку! Сам позволяешь ей губить себя и подталкиваешь к пропасти, из которой моя дочь уже не выберется. Такого наговорил моей бедной девочке, что она согласна выйти замуж за того подонка!
— Джулиан не подонок!
Максимилиан и Лилиан продолжают ссориться и обвинять друг друга в том, что были и есть плохими родителями для своей дочери, которая страдает немного сильнее, чем они могут себе представить. Бывшие супруги настолько одержимы желанием высказать все, что у них накипело, что ни один из них не беспокоится о том, что Анна может услышать их разговор. Впрочем, девушка и так слышит все, что они говорят, сидя на кровати, прислоняясь спиной к ее изголовью, прижимая согнутые в коленях ноги к себе и безутешно плача. Она как будто медленно сходит с ума и считает, что на самом деле все происходит в ее голове, а не наяву. Анне очень больно слышать, как ее родители кричат друг на друга и обвиняют во всем, чем только можно. Тем более, что Максимилиан и Лилиан раньше старались никогда не выяснять отношения, если знали, что их дочь находится поблизости и как-то сдерживали себя.
Анна очень хочет рассказать родителям всю правду о том, что с ней делает Джулиан. Однако девушка не может. Потому что Поттер может снова сделать ей что-то ужасное. Бедняжка безутешно плачет и чувствует себя беззащитной в этом жестоком мире. Ей кажется, что нет никакого выхода из сложившейся ситуации, ее никто не сможет спасти и защитить, а любое сопротивление может закончиться плачевно. Но несмотря на страдания и боль, Анна готова жертвовать собой и своей жизнью ради жизни Максимилиана и Лилиан и позволять Джулиану делать с ней все что угодно, прекрасно осознавая то, что ей точно не стоит ждать искреннего проявления любви. А в те моменты, когда ей так нужна любовь и защита, девушка всегда вспоминает о Даниэле, который буквально боготворил ее и был готов на все, лишь бы она была счастлива. Ей сейчас сильно не хватает всего этого… И становится еще обиднее от осознания того, что ей уже никогда не представится шанс пережить все эти незабываемые чувства вновь… Девушка уже никогда не будет счастлива, улыбаться и чувствовать покой.
— Мама, папа, простите меня… — со слезами, которыми она буквально захлебывается, дрожащим голосом произносит Анна и тихо шмыгает носом. — Простите… Я должна молчать… Я жертвую собой ради вас… Ради вашей жизни… Мне придется быть во власти Джулиана, чтобы спасти вас от него и его отца… Если я расскажу всю правду, то потеряю вас… А я не хочу этого… Вы – единственные мои близкие люди, которые у меня остались. У меня нет другого выхода, кроме как терпеть всю эту адскую боль… Простите …
Анна на секунду утыкается носом в колени, а затем медленно ложится на живот и сжимает в руках простынь, все также продолжая безутешно плакать и дрожать от страха и осознания того, что никто не может помочь ей.
— Никто не сможет мне помочь и спасти меня от этого кошмара… — со слезами говорит Анна. — У меня нет никого … А если кто-то и есть, то они все бессильны … Я беззащитна и одинока … Одна со своим страхом и желанием спасти родителей… Даже если мама и верит мне, она тоже ничего не сможет сделать… Мне придется смириться со своей судьбой… Я в руках Джулиана… К сожалению…
Анна прячет голову руками и продолжает горько плакать и страдать от вынужденного одиночества, не зная, как долго будет продолжаться эта пытка, и есть у нее ли шанс хоть как-то спастись ото всего, что сейчас кажется ей страшным ночным кошмаром. Есть ли шанс проснуться и понять, что все происходящее оказалось ее сном.
***
Неожиданное появление Даниэля несколько удивило Терренса, Питера, Эдварда, Ракель, Наталию и Хелен. Они чувствуют себя ужасно неловко из-за того, что мужчина смотрит на них с таким презрением, обрадовавшись возможности высказать все, что у него накипело. Несколько секунд в воздухе стоит неловкая тишина, во время которой все неуверенно переглядываются между собой, пока их друг с гордо поднятой головой медленно подходит поближе, а Сэмми все еще пытается привлечь его внимание негромким лаем. А вскоре Терренс становится первым, кто все-таки решается нарушить эту тишину и немного неуверенно произносит:
— Даниэль… Что ты здесь делаешь?
— Э-э-э… — запинается Даниэль, почесывая затылок, и бросает неуверенный взгляд в сторону. — Проезжал мимо…
— Был в том торговом центре? — слегка хмурится Эдвард.
— Э-э-э… Да… Я был там.
— Ладно, тогда присоединяйся, раз уж решил подойти, — пожимает плечами Питер.
— Несомненно, — немного сухо произносит Даниэль и скрещивает руки на груди. — Тем более, что у меня есть к вам разговор.
— Разговор? — слегка хмурится Терренс.
— Мы ведь не договорили в прошлый раз. И сейчас я собираюсь покончить с этим раз и навсегда.
Эдвард, Питер и Терренс, слегка нахмурившись, переглядываются между собой, как будто чувствуя, что Даниэль собирается еще раз предъявить им обвинения во лжи. Наталия, Хелен и Ракель решают не отмалчиваться и присоединяются к разговору, надеясь хоть как-то уладить неприятную ситуацию.
— Не стесняйся, Даниэль, — с легкой улыбкой произносит Ракель. — Давай поболтаем немного.
— Да, Даниэль, расскажи, изменилось ли что-нибудь за все это время, — предлагает Наталия. — Может, тебе удалось что-то вспомнить или узнать?
— Э-э-э… — запинается Даниэль и слегка прикусывает губу. — Нет, ничего… Пока что никаких изменений…
— Парни сказали, что ты быстро убежал из кафе во время вашего разговора, — задумчиво говорит Хелен.
— Да, у меня голова разболелась… — врет Даниэль, пока его глаза бегают из стороны в сторону. — Вот я и… Вернулся домой…
— Мы с парнями тоже быстро свалили, ибо не могли выносить того маленького паразита, который всю плешь нам проел, — хмуро говорит Питер.
— Того парня, который к нам подошел?
— Да, — кивает Терренс. — Блейк Коннор, помощник нашей группы. Ненавидит нас с самого начала, хотя мы не делали ему ничего плохого.
— И я так понимаю, вы тоже не любите его.
— Шутишь? — удивляется Питер. — Да ему уже давно пора хорошенько треснуть кувалдой по башке! Этот сопляк совсем обнаглел и позволяет себе слишком многое.
— А что он такого сделал? — Даниэль медленно подходит к одному из камней, на которые сидят все остальные, и тоже присаживается.
— Он обожает оскорблять парней, припоминать им ошибки прошлого и обвинять во многих вещах, — спокойно говорит Хелен. — Парни говорят, что он – нечто, всасывающее счастье из человека.
— Это правда, — уверенно кивает Эдвард. — После встречи с ним мы всегда чувствуем себя опустошенными . А в прошлый раз он достал нас настолько сильно, что мы врезали ему пару раз.
— Да, и плевать, что на глазах у всех, — добавляет Терренс. — Нам ничуть не стыдно. И напоследок заявили, что он уволен и может искать себе другую работу.
— А может, он не такой плохой, как кажется? — слегка хмурится Даниэль.
— Перкинс, не будь таким наивным идиотом! — хмуро бросает Питер. — Этот паразит ненавидит нас с самого первого дня знакомства. Завидует, что он не смог ничего добиться за всю свою жизнь, кроме как перебрать кучу девчонок.
— Мы с девочками сами не раз становились свидетелями того, как Блейк оскорбляет их, — уверенно говорит Ракель. — Хотя к нам он относится хорошо.
