— Кажется, скорая уже едет. Я слышу сирену…

— Хорошо, тогда мы встретимся уже там, — резко выдыхает Эдвард, приложив руку ко лбу. — И да, а остальные уже знают про Перкинса?

— Мы ни до кого не смогли дозвониться. Анна не отвечает, а Терренс и Ракель вообще отключили свои телефоны.

— Значит, Анна еще не знает о произошедшем с Даниэлем? — обеспокоено спрашивает Наталия.

— Нет, и мы понятия не имеем, как сказать ей об этом, — с грустью во взгляде отвечает Хелен. — Хотя нам придется это сделать.

— Ладно, ребята, вы пробуйте дозвониться до Анны, а мы с Наталией будем искать Терренса и Ракель, — говорит Эдвард.

— Окей, идет! — соглашается Питер.

— Все, мы отключаемся, — уверенно говорит Хелен. — Надо объяснить врачам, что произошло.

— Хорошо, увидимся в больнице, — спокойно говорит Эдвард. — Только в какую нам ехать?

— Мы думаем, что в центральную. Но если врачи повезут его в другую, то мы дадим знать. Позвоним или напишем SMS.

— Спасибо, Хелен. Спасибо, Питер. Скоро увидимся.

Эдвард отключает звонок, пару секунд сидит молча, сжав в руке телефон, и резко выдыхает с прикрытыми глазами.

— Да уж, вот тебе и спокойный денек… — задумчиво говорит Эдвард. — А так все хорошо начиналось…

— Мне трудно в это поверить… — с грустью во взгляде качает головой Наталия. — Даниэлю и так не везло в последнее время, а тут его машина сбила.

— Это еще неизвестно. Хелен и Питер и сами не уверены в этом. Даниэля могли и сбить на машине, и крепко избить и бросить умирать.

— Боже мой…

— Да уж… Похоже, у нас снова появляются проблемы.

— Я надеюсь, что с Даниэлем все будет хорошо, — с жалостью во взгляде выражает надежду Наталия. — Никто из нас не хочет потерять его. А бедняжка Анна будет убита горем, если с ним что-то случится.

— О, черт, что за денек… — Эдвард с тихим стоном проводит руками по лицу, пока Наталия мягко гладит ему плечи и целует его в щеку. — Ладно, некогда болтать… Надо ехать в больницу… И дозвониться до Терренса с Ракель.

— Это будет трудно, раз Питер сказал, что Терренс и Ракель отключили телефоны, — задумчиво отвечает Наталия.

— Попробуем позвонить им, а потом будем разговаривать с Блер, Виолеттой или Кристианой.

— Да… Я об этом не подумала…

— Только сначала мне надо переодеться. Подожди, пожалуйста, пару минут. Надену то, что попадется под руку, и мы поедем.

— Хорошо. А я пока попробую поговорить с Ракель и Терренсом.

Эдвард встает с кровати и подходит к встроенному в стену шкафу с одеждой, пока Наталия снимает с себя его толстовку, кладет ее на подушку и надевают свою кожаную куртку, что лежит на крутящемся стуле рядом с письменным столом. Пока мужчина ищет какую-то одежду и спешно переодевается, девушка подходит к зеркалу и поправляет свои волосы и макияж, достав какую-то косметику из своей небольшой сумочки, лежащей на столике рядом с кроватью.

***

Терренс и Ракель ни о чем не догадываются и проводят вместе незабываемое время. Девушка лежит на диване и обнимает мужчину, который возвышается над ней и с огромным удовольствием покрывает поцелуями все части ее лица, шеи и ключиц, не забывая ласкать их руками, гладя ее колени, бедра, живот и нежно сжимая ей грудь. Любое его действие заставляет брюнетку неровно дышать, издавать чувственные стоны, испытывать сильную дрожь во всем теле и извиваться словно змея – под звуки флейты. Впрочем, мужчина испытывает все то же самое и даже не пытается хоть немного сдержать свое влечение к этой красавице, что возбуждает его одним лишь взглядом.

— О, детка, сегодня ты еще более неподражаема, — с широкой улыбкой слегка хриплым голосом говорит Терренс, довольно тяжело дыша и щедро покрывая шею и ключицы Ракель нежными поцелуями, пока та выгибает спину с томными вздохами. — Ты в ударе…

— А ты – еще более ненормальный… — с закатанными глазами тихонько стонет Ракель и чуть сильнее вцепляется ногтями в заднюю часть шеи Терренса.

— Наверное, пройдет лет двадцать, но ты все равно останешься такой же привлекательной сексуальной чертовкой, которая способна возбуждать за считанные секунды.

— Черт, Терренс… Черт…

— Тише, красотка, тише… — шепчет Терренс, губами нежно касается уха Ракель и пару раз целует место за ним, пока его рука уверенно массирует ей грудь, а большой палец – стимулирует ее твердый сосок. — Расслабься…

Терренс задирает худи Ракель, чтобы обнажить ее живот, который он нежно ласкает руками и щедро покрывает поцелуями, пока та чувствует приятное тепло где-то в нижней части тела.

— Я хочу тебя… — более низким голосом произносит Терренс, пока его руки придерживают Ракель за бока, а губы медленно скользят по нежной коже на плоском животе, ощущая потрясающее сочетание естественного запаха и аромата геля для душа. — Хочу прямо здесь и сейчас…

— Я тоже… — с прикрытыми глазами томно вздыхает Ракель. — Я тоже…

— Ты делаешь меня диким… — Терренс запускает одну руку под худи Ракель и нежно сжимает ей грудь, пользуясь тем, что на ней нет бюстгальтера, и проводит кончиками пальцами другой по ее промежности.

— Гаденыш… — резко выгибается Ракель, сильно напрягая бедра. — Мерзкий гаденыш…

— Всего лишь гаденыш? — хитро улыбается Терренс и начинает более активно ласкать промежность Ракель.

— Ар-р-р… Чертово похотливое животное…

— Давай, детка, разозлись… — Терренс запускает уже вторую руку под худи Ракель и обеими ласкает ей грудь и твердые на ощупь соски. — Ну же…

— Ублюдок…

— О да, еще! — хитро улыбается Терренс, когда слышит еще более громкий стон Ракель, вызванный тем, как умело он обращается с ее грудью. — Ты выглядишь такой сексуальной, когда ведешь себя как грубая сучка.

— Ты, сука… Ответишь мне за это… Я… Заставлю тебя пожалеть…

— Только тогда, когда я раздену, отшлепаю и оттрахаю тебя так, чтобы ты завизжала от удовольствия во все горло.

Терренс сначала покрывает живот Ракель поцелуями и кончиками пальцев медленно проводит по ее промежности. А затем резко вовлекает девушку в настолько волнительный и страстный поцелуй, что ее сердце на мгновение замирает, все тело сильно напрягается, а голова начинает сильно кружиться. То, как умело он оттягивает, кусает и облизывает ее губы не оставляет красавицу равнодушной. А то, как он работает языком у нее во рту и ласкает самые чувствительные места, дарит ей всеобъемлющий экстаз. Она даже и не думает о сопротивлении и безотказно отвечает на каждое его действие, будучи готовой полностью отдаться этому уверенному в себе человеку, знающий, как свести ее с ума.

— Пожалуйста, Терренс… — с томным вздохом слегка дрожащим голосом произносит Ракель. — М-м-м…

— Думаю, самое время переместиться в спальню, — с загадочной улыбкой низким голосом отвечает Терренс, берет Ракель за руки и тянет ее на себя. — Здесь – не самое лучшее место.

— Да… Не самое лучшее…

Ракель садится к Терренсу на колени, не спуская с него томного взгляда, и одаривает его страстным поцелуем, пока одна ее рука ласкает ему лицо, а другая – находится у него на груди. Тот держит ее за ягодицы одной рукой и запускает другую под ее худи, уверенно наглаживая спину. Но вскоре они немного отстраняются и просто смотрят друг другу в глаза, не скрывая своих широких улыбок.

— Мне не терпится избавить тебя от этой одежды… — тихим низким голосом говорит Ракель, просунув руку под худи Терренса и нежно растирая его грудь. — Хочу одарить твое шикарное тело той любовью, которую оно заслуживает.

— И я мечтаю поскорее увидеть то, что доступно только лишь мне, — с самодовольной улыбкой уверенно отвечает Терренс и по-хозяйски сжимает оголенную грудь Ракель, проскользнув под ее худи.

Но едва Ракель сползает с колен Терренса и вместе с ним собирается уйти в спальню, как вдруг в гостиную немного неуверенно заходит Блер, которая видит происходящее и поначалу даже сомневается, стоит ли ей беспокоить их. Однако что-то заставляет ее перебороть эту неловкость, и она медленно, но уверенно идет в гостиную.