— Не сомневаюсь в этом.
— Рядом с тобой он все больше взрослеет и становится мужчиной. Ты очень хорошо на него влияешь. Благодаря твоей любви к нему он стал совершенно другим человеком. Не таким, каким я знал его несколько месяцев назад.
— Я знаю, Терренс, — скромно улыбается Наталия. — И знаю, что не могу жить без этого человека. Он – все для меня. Без него я не могу быть счастливой… Ни с кем более мне не было так хорошо, как с Эдвардом. Твой брат – удивительный человек. Которого я больше не хочу терять.
— Нет, Наталия, вы никогда не расстанетесь, — с легкой улыбкой говорит Терренс, мягко взяв Наталию за руки. — Эдвард безумно любит тебя и сделает все, о чем ты его попросишь. И доказал это своими поступками, которые совершил ради твоего благополучия. Ради тебя он пошлет все свои страхи к черту и будет горой стоять за тебя.
— И останется сильным, храбрым и счастливым, как любит говорить наша милая Ракель.
— Да. В любом случае я от всей души поздравляю тебя и Эдварда! Вы заслужили быть счастливыми. Пусть этот брак станет для вас наградой за всю боль и все страдания, что каждый из вас пережил.
— Спасибо огромное, Терренс, — с легкой улыбкой благодарит Наталия и мягко гладит Терренса по плечу. — Ты всегда был потрясающим другом для меня.
— Ты здорово смотришься с моим братом. Вы приносите радость и свет даже в самые темные уголки. Я всегда буду за ваши отношения и с радостью принимаю тебя в свою семью.
— Я рада, что мы с тобой станем родственниками.
— Теперь я могу сказать это вполне официально… — Терренс расставляет руки в стороны. — Добро пожаловать в семью МакКлайф, подруга. То есть… Невестка…
— Спасибо, приятель… А точнее, будущий деверь…
Наталия и Терренс скромно хихикают, обмениваются дружеским поцелуем в щеку и заключают друг друга в крепкие объятия, не скрывая своих широких улыбок. А когда они отстраняются спустя несколько секунд, к ним подходят Эдвард и Ракель.
— Еще раз поздравляю вас обоих, — с широкой улыбкой бодро говорит Терренс. — Я полностью одобряю ваше решение и надеюсь, что оно принесет вам лишь радость.
— Если бы я не был в этом уверен, то вряд ли решился сделать предложение, — уверенно отвечает Эдвард, приобнимая Наталию за талию.
— А я бы не приняла его, если бы не хотела, — добавляет Наталия.
— Да куда бы ты делась! — скромно хихикает Ракель. — Стоило бы Эдварду поманить тебя пальчиком, как ты бы побежала регистрировать брак, едва зная его.
— Так говоришь, будто я была готова буквально наброситься на этого красавчика, когда он встал у меня на пути, — по-доброму усмехается Наталия.
— Отчасти это так. Не обижайся, дорогая, но я не могу промолчать.
— Ну а чего же не набрасываться! Если бы я вовремя не отхватила себе такое сокровище, то какая-нибудь другая девчонка положила на него глаз. А я бы не хотела этого.
— Это я вовремя подсуетился и забрал себе эту блондиночку, — с гордо поднятой головой вставляет Эдвард. — А она у меня сногсшибательная красавица, на которую заглядываются все, кому не лень. Упустил бы момент – кто-то более шустрый забрал бы ее себе.
— В любом случае эта история точно сулит хороший конец, — уверенно отвечает Терренс. — И еще раз повторю, я рад, что это случилось именно сейчас.
— Что ни делается, все к лучшему, — с легкой улыбкой говорит Ракель.
В воздухе на несколько секунд воцаряется пауза, во время которой все скромно улыбаются друг другу и приобнимают своих вторых половинок.
— Эй, а ваши родители уже знают о том, что вы решили пожениться? — интересуется Терренс.
— Еще нет, — качает головой Наталия. — Но я скажу родителям сегодня вечером, когда они вернутся домой. Отец с матерью должны были уехать на встречу где-то часа в четыре. Ну а когда вернутся – обрадую их новостью о помолвке и покажу свое шикарное колечко.
— Мама еще не знает, — признается Эдвард. — А вот отец – да.
— Отец знает? — округляет глаза Терренс. — Но как?
— Просто пару недель я приехал в « The MacClife Shipping ». Хотел расспросить его о том, как он сделал маме предложение, но сделать это так, чтобы не выдать себя. — Эдвард на секунду бросает взгляд на свои руки. — Правда, отец сразу обо всем догадался. Поначалу я не хотел говорить, но потом все-таки рассказал ему, что хочу сделать Наталии предложение, но не знаю как.
— Значит, он еще ничего не сказал маме?
— Я попросил его не говорить. До тех пор, пока сам не сделаю это. Конечно, пришлось немного подождать, пока он сделает пару звонков, но потом отец попросил принести нам по чашке кофе, и мы все обсудили.
— Он все еще целыми днями находится на работе? — интересуется Ракель.
— Да, отец очень много работает: то документы изучает, то звонит кому-то, то следит за чем-то, то контролирует работу сотрудников и ребят, которые стажируются в компании. В общем дел хватает!
— И что, мистер МакКлайф не жалуется?
— Нет, отец не жалуется и делает то, что должен. Он любит свое дело и отдает ему все силы. У него буквально глаза горят, когда он приходит домой. Конечно, не мучает нас с мамой разговорами о делах, но не скрывает, как счастлив продолжать дело дедушки Мануэля.
— Здорово, когда человек любит свою работу, — скромно улыбается Наталия. — Когда она ему только в удовольствие.
— Кстати, а что он рассказал тебе про свою помолвку с мамой, если это не секрет? — интересуется Терренс.
— Нет, не секрет, — пожимает плечами Эдвард. — Оказалось, что отец сделал предложение спонтанно. То есть, он хотел жениться на маме, но не мог подобрать подходящего момента. Да и ситуация с потерей дома и компании тоже заставляла его сомневаться. Он боялся, что не сможет дать матери все, что она хочет. Тем не менее отец сказал, что все-таки его любовь к ней оказалась намного сильнее, и он на последние деньги купил недорогое колечко.
— Удивительно, что мама осталась с ним, прекрасно зная всю ситуацию, и не испугалась того, что будет жить с отцом в нищете по вине этого старого ублюдка Майкла.
— Она любила его и была готова идти за ним хоть на край света. Даже смирилась с тем, что у нее не будет шикарной церемонии и пышного белого платья, и легко согласилась на очень скромную церемонию, ради которой им даже пришлось просить у мистера Джонсона в долг.
— Как говорится, с милым рай и в шалаше, — задумчиво говорит Ракель. — Миссис МакКлайф знала, на что шла, но все равно не бросила своего любимого человека и оставалась с ним до самого конца.
— Да, и я прекрасно понимаю ее, — слегка улыбается Наталия. — Когда по-настоящему любишь человека, то тебя не волнует, беден ли он или богат.
— А зная всю историю родителей, я перестал удивляться, что мама всю жизнь так сильно любила отца и ждала, что он вернется к ней, — уверенно признается Терренс. — Даже не думала о том, чтобы посмотреть на других мужчин.
— Кстати, Эдвард, а ты тоже не планировал делать Наталии предложение? — интересуется Ракель. — Или у тебя был план?
— Нет, я как раз планировал это сделать, — качает головой Эдвард. — Знал, где именно хочу предложить Наталии пожениться. Для меня было важно, чтобы это было безлюдное место. Я бы сильно нервничал, если бы на меня пялилась куча людей.
— Это определенно станет причиной чувствовать себя счастливыми.
— Но будто бы ошалевшими, — скромно хихикает Наталия. — Я вот до сих пор не могу поверить, что это правда. И отделаться от мысли, что эта радость будет недолгой.
— Не переживай, Наталия, скоро ты привыкнешь, — с легкой улыбкой отвечает Ракель. — Считай, что это начало нового прекрасного этапа в твоей жизни: ты покинешь дом родителей и будешь жить с мужем.
— Меня это не пугает. Меня пугает то, что предложение Эдварда может оказаться сном. Что я проснусь утром и пойму, что мне это приснилось, и никто не предлагал мне выходить замуж.
— Я прекрасно понимаю тебя, милая. Потому что первое время тоже не могла поверить, что скоро выйду замуж за Терренса и все время щипала себя с целью понять, сон ли это или реальность.
