— Немедленно выведите этого человека отсюда! — громко требует Джейми, сделав жест в сторону полицейских. — Пока он не прикончил кого-нибудь!

Полицейские подходят к Майклу, берут под руки и силой ведут к выходу, однако тот усиленно сопротивляется, хотя в силу возраста и ослабевшего за последние несколько месяцев здоровья не может бороться с молодыми крепкими мужчинами.

— ДЖЕЙМИ, НЕНАВИЖУ ТЕБЯ, СКОТИНА! — во весь голос вопит Майкл. — ТЫ ИСПОРТИЛ МНЕ ВСЮ ЖИЗНЬ! ЧТОБЫ ТЫ, БЛЯТЬ, СДОХ! СДОХ В ОДИНОЧЕСТВЕ! СДОХНИ И ГНИ В ЗЕМЛЕ! ТАК И БЫТЬ, ПОДАВИСЬ ТЫ СВОЕЙ КОМПАНИЕЙ! НО НАДЕЮСЬ, ЧТО ОДНАЖДЫ ТЫ ПОТЕРЯЕШЬ ЕЕ, И ОНА РАЗОРИТСЯ К ЧЕРТОВОЙ МАТЕРИ!

— Иди в тюрьму, подзаборная крыса! — активно жестикулируя, вскрикивает Джейми. — Такие сволочи, как ты, должны быть там! Это возмездие за все эти годы, что я и моя семья страдала по твоей вине!

— Недолго она у тебя будет! Желаю, чтобы твоя женушка развелась с тобой по-настоящему, а детишечки снова отказались общаться с тобой.

— Не надейся, ублюдок! — громко и уверенно заявляет Эдвард. — Больше тебе не удастся разлучить и поссорить нас друг с другом. Надеюсь, что тебя, дядюшка, посадят в самую темную, сырую и ужасную камеру и лишат роскоши, к которой ты привык. Я безумно счастлив во все горло прокричать, что история Майкла МакКлайфа наконец-то завершена! Спустя двадцать с лишним лет мы положили этому конец!

— Заткни свое грязное хавало, щенок! — грубо бросает Майкл. — Сколько бы ты здесь ни пыжился, это никогда не сделает тебя настоящим мужиком. Ты всегда будешь слабым, трусливым и бесполезным куском дерьма, которое появилось на этот свет по ошибке и просто обожает реветь по причине и без. ПУСТЬ ВСЕ ЭТО УСЛЫШАТ И УЗНАЮТ, ЧТО ИЗ СЕБЯ ПРЕДСТАВЛЯЕТ ЭТОТ СОПЛЯК! КОТОРОГО ЮДЖИН ДОЛЖЕН БЫЛ ЗАСТРЕЛИТЬ НАСМЕРТЬ!

— Никто не собирается выслушивать твое мнение о ком-то из нас, — уверенно заявляет Терренс. — Можешь идти в тюрьму, дядюшка Майки, тебя там уже заждались! И я безумно счастлив, что у нас в стране есть справедливые судьи, которые принимают верные решения и поступают так, как велит закон. Мы все готовы поклониться судье Форесту за то, что он покончил с этой историей.

— Давай-давай, говори, жалкое подобие своего больного папаши. Все и так в курсе твоих психических заболеваний и того, что тебя надо поместить в психушку. Как, впрочем, и твоего братца, который недалеко ушел от тебя. Если сплетни не врут о том, что он вел себя неадекватно после оглашения приговора Юджину, то наш малыш становится все более опасным.

— Господи, Майкл, да когда же у тебя язык отсохнет? — устало вздыхает Ребекка. — Все говоришь-говоришь, а толку никакого. Только умеешь оскорблять и унижать моих детей и моего мужа и благодарить тех идиотов, которые восхваляют тебя ни за что.

— А я не виноват, что ты выбрала себе такого муженька, от которого у тебя родились вот эти двое из ларца с проблемами психики. Вот и мучайся с ним! Хотя очень надеюсь, что твое счастье не продлится долго, а твои сыночки однажды так разочаруют тебя, что ты захочешь отказаться от них.

— Все, проваливай отсюда! — сильно морщится Джейми. — У меня и так голова болит с самого утра, а тут еще и ты действуешь на нервы.

— ДА ХОТЬ БЫ ОНА ВЗОРВАЛАСЬ К ЧЕРТОВОЙ МАТЕРИ! — во весь голос вскрикивает Майкл, продолжая сопротивляться полицейским настолько яростно, насколько у него хватает сил. — ЧТОБЫ ВЫ ВСЕ ПЕРЕДОХЛИ! И ТЫ, РАКЕЛЬ, И ТВОЯ ГЛУПАЯ ПОДРУЖКА НАТАЛИЯ! ПУСТЬ ЭТИ ДЕБИЛЫ БРОСЯТ ВАС ОБЕИХ И ЗАСТАВЯТ ПОДЫХАТЬ ОТ ГОРЯ В ПОЛНОМ ОДИНОЧЕСТВЕ! ЖЕЛАЮ ВАМ ВСЮ ЖИЗНЬ СТРАДАТЬ ТАК, ЧТОБЫ НИКТО НЕ СМОГ ПОМОЧЬ ВАМ!

— Вашим мечтам не суждено сбыться, уважаемый, — сухо, уверенно говорит Ракель.

— Только если в ваших снах, — добавляет Наталия.

— ЗДЕСЬ ЛИШЬ ОДНИ ТВАРИ! — вскрикивает Майкл и переводит взгляд на Кэтрин, стоящую в толпе вместе со всеми и уверенно смотрящая на него. — ОСОБЕННО ТЫ, КЭТРИН! ПОГАНАЯ ПРЕДАТЕЛЬНИЦА! БУДЬ ТЫ ПРОКЛЯТА ЗА ТО, ЧТО ПОСМЕЛА ОБВЕСТИ МЕНЯ ВОКРУГ ПАЛЬЦА И РАЗЫГРЫВАЛА ПРЕДАННОСТЬ ПО ПРОСЬБЕ ПОЛИЦИИ. ПО ПРОСЬБЕ ДРУЖКА ДЖЕЙМИ! Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ, ХАДЛИ! НЕНАВИЖУ ВСЕМ СЕРДЦЕМ! НЕ-НА-ВИ-ЖУ!

Майкл бросает короткий взгляд на светловолосого мужчину среднего возраста в коричневом брючном костюме, стоящего недалеко от Джейми и с презрением во взгляде смотрящий на него.

— ААРОН ДОНАЛЬДС, ЕЩЕ ОДИН ПРЕДАТЕЛЬ! — во весь голос вопит Майкл. — ПРИКИДЫВАЛСЯ ВЕРНЫМ МНЕ, РАБОТАЯ В КОМПАНИИ, СКРЫВАЯ ЗНАКОМСТВО С ЭТИМ ПОДОНКОМ ДЖЕЙМИ И ДОКЛАДЫВАЯ ОБО ВСЕМ, ЧТО ТАМ ПРОИСХОДИЛО! ЕЩЕ ОДНА ПАДЛА ОБМАНУЛА МЕНЯ!

Майкл пару раз пытается вырваться из хватки полицейских, которые не дают ему никуда сбежать и насильно ведут его к выходу.

— УБЛЮДКИ! — надрывает голосовые связки Майкл. — ГОРИТЕ ВЫ ВСЕ В АДУ! ЗАПОМНИТЕ, МЫ ЕЩЕ ВСТРЕТИМСЯ, И Я УЖЕ ТОЧНО ПРИБЬЮ ВСЕХ! ЕСЛИ ЭТИ ИДИОТЫ НЕ СМОГЛИ СПРАВИТЬСЯ С ТАКОЙ ЛЕГКОЙ ЗАДАЧЕЙ, ТО Я САМ ПРИКОНЧУ ВАС ВСЕХ!

Пока полицейские с трудом выводят его из зала суда, Майкл все еще продолжает проклинать всех присутствующих, кто может услышать его, когда они отходят уже очень далеко. Почти все девушки и женщины пугаются столь громких криков, слегка трясутся и едва сдерживают слезы. А многие прижимаются поближе к своим вторым половинам, пока те успокаивают их словами и объятиями. Все они спокойно наблюдают за тем, как преступники покидают зал суда и бросают им свой хмурый взгляд. Эрик снова плюет Эдварду в лицо, которое он, однако, с закатанными глазами отворачивает, когда проходит мимо него. А Юджин бросает похотливый взгляд на Наталию, Ракель, Анну и Хелен, будто бы говоря им, что он еще обязательно разберется с ними, и негромко хихикает, когда видит, что братья МакКлайф и Даниэль с Питером встают на дыбы из-за одного только намека на желание причинить боль девушкам, слегка побледневшие от ужаса и прижавшиеся поближе к своим возлюбленным.

Но к счастью, уже через несколько секунд из зала уводят всех до единого преступника, и все тихо выдыхают с огромным облегчением, не веря, что им больше не придется ходить на судебные заседания. Они остаются здесь еще на несколько секунд и переводят дыхание, а затем тоже покидают это помещение по одному или в небольших компаниях и выходят в широкий коридор, где время от времени проходят какие-то люди.

— Ох, черт, не могу поверить… — устало вздыхает Терренс, медленно шагая по коридору вместе с Джейми, Эдвардом, Энтони, Питером и Даниэлем. — Неужели все закончилось?

— Я и сам в шоке, — задумчиво отвечает Джейми, скрестив руки на груди. — Спустя столько лет эта история наконец-то закончена.

— Но сколько нервов она у нас отняла, — тихо говорит Эдвард. — Будем еще долго приходить в себя.

— Согласен. Сколько было ссор и драк…

— Но самая жесткая была между Эдварда и Уэйнрайтом, — отмечает Даниэль, засунув руки в карманы своего распахнутого темно-синего пиджака, отлично подходящий под темно-синие джинсы и белую футболку. — И когда этот ублюдок ранил его…

— Такое невозможно забыть, — уверенно говорит Терренс. — Слава богу, пуля не задела важные органы.

— Случись все иначе, то Эдвард запросто свернул бы ему шею, — уверенно говорит Питер.

— Знаешь, Питер, я бы и сейчас с удовольствием сделал это, — сухо отвечает Эдвард. — Этот подонок опять пялился на девчонок так, будто хотел изнасиловать их прямо там.

— Я бы однозначно помог бы тебе, Эдвард, — решительно признается Энтони после того, как он что-то проверяет в кармане своего кремового пиджака. — Убил бы этого ублюдка за то, что он смел говорить про мою дочь.

— Мы понимаем ваши чувства, мистер Рочестер, — говорит Терренс.

В этот момент вся компания останавливается и встает возле окна, продолжив свой разговор, к которому вскоре присоединяются Кристофер, Бенджамин, Кевин, Герберт, Фредерик, Виктор, Артур, Аарон и Томас.