— Ничего себе!

— Надеюсь, он проводит последние минуты жизни в роскоши, которая никогда не должна была принадлежать ему.

Через несколько секунд Эдвард и Терренс уверенно подходят к главному входу в дом. И их с легкой улыбкой встречает Кэтрин, стоя на пороге двери.

— Боже мой! — восклицает Кэтрин, приподняв руки. — Кого я вижу! Эдвард Локхарт, собственной персоной! Не уж-то ты снова пожаловал к нам?

— Ну, во-первых, привет, Кэтрин, — задумчиво отвечает Эдвард. — А во-вторых, я приехал сюда по одному важному делу, которое на этот раз уж точно доведу до конца.

— Ох, ну что ты все время приезжаешь ради какой-то цели. Нет бы остаться просто так, выпить с нами чашечку чая или кофе и поболтать… Твое появление ведь всегда приносит свет в этот дом! У всех сразу же улучшается настроение, когда ты появляешься в метре отсюда.

— Зато мне хочется удавиться каждый раз, когда я припираюсь сюда.

— Ну серьезно, парень, между прочим, мы тут все очень часто говорим о тебе и с огромным нетерпением ожидаем твоего визита. А уж как часто о тебе говорит твой любимый дядюшка Майкл. Скучает по своему племяннику…

— Ах, Кэтрин… — Эдвард скрещивает руки на груди, устало смотря на Кэтрин. — Сколько уже можно язвить? Хотя бы ты не опускайся до уровня моего дяди и всех этих дебилов, которые на него работают.

— Но я же тебя никак не оскорбляла! — Кэтрин отходит от порога двери, чтобы позволить Эдварду и Терренсу пройти. — Или твоя душенька такая нежная, что ты воспринимаешь любое слово близко к сердцу и не понимаешь добрых шуток?

— Пф, добрых? — усмехается Эдвард и уверенно заходит во внутрь дома, жестом подозвав к себе Терренса. — Господи, Хадли, не смеши меня! Все, кто живет в этом доме в качестве прихвостней моего больного дяди, просто не могут шутить по-доброму. Все их шутки полны злостью, ненависти и яда, который они разбрызгивают повсюду.

— Был бы ты более воспитанным, то и к тебе относились бы также. — Кэтрин закрывает входную дверь и подходит к Эдварду с хитрой улыбкой на лице. — Ты же ведешь себя как хамло. Неужели ты и правда ждешь, что к тебе будут относиться хорошо?

— Я веду себя так, как ведут все люди в том обществе, в котором сейчас нахожусь. — Эдвард начинает медленно, уверенно расхаживать по гостиной. — Поверь, в отличие от дядюшки я умею быть не только грубым и невоспитанным ради того, чтобы защитить себя, но еще и прекрасно воспитанным человеком, который будет чувствовать себя прекрасно в культурном обществе.

— Поверь мне, мальчик, ты никогда не окажешься в высококультурном обществе. Если и дальше продолжишь всего бояться, бездельничать и сидеть на чьей-то шее, то твоим местом так и останутся городские помойки, где живут бомжи.

— Молодец, девочка, научилась грубить благодаря всем этим отшибленным. — Эдвард резко разворачивается лицом к Кэтрин, приложив палец к губе. — Хотя знаешь… Мне кажется странным, что ты работаешь в этом доме на такого подлого человека, как мой дядя. Зачем тебе это нужно? Неужели ты готова посвятить себя этому старому хрычу и его прихвостням?

Эдвард задумчиво рассматривает Кэтрин с головы до ног.

— Ты же очень симпатичная девчонка. Почему бы тебе не уволиться отсюда и не начать устраивать свою личную жизнь? Найди себе другую работу! Хватит уже лизать задницу этому подонку, который угробил столько жизней и вот-вот может погубить еще целую кучу! Познакомься с кем-нибудь и начни развлекаться.

— Спасибо за совет, Эдвард, — скромно улыбается Кэтрин. — Но у меня уже есть молодой человек, которого я просто обожаю.

— Да ладно? И неужели ему нравится то, что ты работаешь на этого козла?

— Мой любимый во всем меня поддерживает. Так же, как и я его.

— А может, он не знает, где именно ты работаешь, и не подозревает, в какое дерьмо тебя угораздило ввязаться?

— Не беспокойся, Эдвард, мой возлюбленный знает , где я работаю. И иногда я даже спрашиваю у твоего дяди разрешения на то, чтобы либо он приехал сюда, либо я покинула дом на пару-тройку часиков и провела время с ним.

— Хотел бы я посмотреть на того человека, который поддерживает твое желание служить этому больному. Или я чего-то не знаю? Неужели твой возлюбленный – один из этих дебилов, которые работают на него?

— А это уже не твое дело, дорогой мой.

Кэтрин сначала скромно улыбается Эдварду, а потом переводит взгляд на Терренса и начинает рассматривать его, пока тот с интересом осматривает всю гостиную, медленно расхаживая по ней.

— Кстати, Эдди, а кого это ты с собой привел? — интересуется Кэтрин. — Что за двухметровый красавчик, будто сошедший с обложки глянцевого журнала?

— Я думаю, ты знаешь ответ, — уверенно говорит Эдвард. — Ведь дядя доверяет тебе практически все свои грязные секреты. Ты же – вроде его любимица, на которой он бы и сам с радостью женился бы, если бы ты не была занята.

— Черт, а он реально привлекательный. Господи, и где такие красавцы водятся? Бывают же такие!

— В моей семье все люди красивые, за исключением моего дяди, который не блещет ни красотой, ни умом. Да и еще старая развалина!

— В твоей семье? — Кэтрин еще раз смотрит на рассматривающего все, что его окружает, Терренса, слегка раскрывает рот и кивает. — О боже! Как же я сразу не догадалась? Неужели это и есть тот самый парень? Тот, с которым твой дядя так мечтает познакомиться?

— Он самый! — уверенно подтверждает Эдвард.

В этот момент Терренс как раз подходит к Эдварду и Кэтрин, которая еще внимательнее начинает рассматривать этого человека.

— Что ж, значит, вы – тот самый Терренс Джеймс МакКлайф? — задумчиво интересуется Кэтрин. — Я угадала?

— Угадали, — скрестив руки на груди, спокойно отвечает Терренс. — Польщен, что все здесь так хорошо знают обо мне.

— Думаю, мой господин очень обрадуется, когда узнает, что вы все-таки приняли его приглашение и приехали сюда.

— Жаль, что я не могу разделить его радости и мечтаю поскорее свалить из этого дома и отвязаться от этого человека раз и навсегда.

— Сомневаюсь, что вы оба уйдете отсюда просто так. У Майкла будет к вам обоим особый разговор. От которого вы не сможете отвертеться.

— А это мы еще посмотрим, девочка моя, — уверенно отвечает Эдвард, скрестив руки на груди.

— Да, Эдвард… — Кэтрин переводит взгляд на Эдварда. — Оказывается, этот парень очень похож на своего отца… Просто поразительное сходство.

— Вы знайте моего отца? — слегка хмурится Терренс.

— Кто ж его здесь не знает! Мой господин очень хорошо его знает.

— И откуда, позвольте узнать?

— Скоро ваше любопытство будет удовлетворено в полном размере, молодой человек. Не переживайте.

— Ах, Кэт, и откуда ты можешь все это знать? — с легкой улыбкой качает головой Эдвард. — Когда мой дядя затеял всю эту чертову игру, ты еще даже не существовала на этом свете. И уж точно не могла знать ни моего отца, ни моего больного дядю.

— Но я же – любимица твоего дяди, по твоим словам. — Кэтрин опирается рукой о спинку дивана. — Мой господин очень много рассказывал мне о своем брате и показывал его фотографии. Так что я прекрасно знаю обо всем, что мне нужно знать. Обо всем, что мне не нужно знать.

— Послушай, любимица моего дядюшки. — Эдвард, слегка прищурив глаза, расставляет руки в бока. — Я бы настоятельно рекомендовал тебе не совать нос в чужие дела. Хватит уже брать пример со всех этих идиотов и жить чужой жизнью. Займитесь вы все своей. Или думайте, что раз вы все неудачники, то и другим не должно везти?

— Ты это сейчас про себя говоришь, милый мой? — невинно улыбается Кэтрин. — Ты ведь тоже неудачник и стремишься решить чужие проблемы. Конфликт дяди и отца тебя никак не касался, и ты не имел права вмешиваться в него. Но ты решил доказать всем свою полезность с мыслью, что сможешь остановить дядю и спасти семью.

— Даже если бы я не влез, то это все равно не сделало бы отца и дядю друзьями и не спасло всех МакКлайфов от беды.