Наталия прикрывает рот рукой, довольно часто дыша от огромного волнения.

«И я сама не хочу умирать… Я мечтаю найти способ спастись, но понимаю, что ничего не могу сделать. Если бы я могла хоть как-то повлиять на эту ситуацию, то воспользовалась шансом. Но я не могу! Мы все близки к смерти! Эдвард, Терренс, Ракель… Даже миссис МакКлайф может пострадать… Ведь она… Мать Эдварда?! Черт! Как нам выбраться из этой ситуации? Как? Я никогда не смирюсь с этим! Нет!»

Наталия тяжело вздыхает, безразличным взглядом сканируя потолок и тихо шмыгнув носом.

«Два часа… — с грустью во взгляде думает Наталия. — Через два часа этот тип начнет действовать. Как только Эдвард и Терренс приедут сюда, это станет началом конца. А если еще и Ракель окажется в руках этих бандитов, то нас уже будет некому спасти. Боже… Боже… Что же делать? Что делать? Должен быть какой-то выход! Эта история не может закончиться так печально. Если на этом свете есть справедливость, то Майкл и его дружки обязаны отправиться в тюрьму. Пусть ответят за все, что они нам сделали.»

Наталия резко принимает сидячее положение, снова вытаскивает из-под рубашки свой позолоченный кулон и крепко сжимает его в руке, прикрыв глаза и медленно выдохнув.

« Пожалуйста, пусть все закончится хорошо, — отчаянно умоляет Наталия. — Даже если ситуация, казалось бы, безвыходная, я не должна позволять Майклу выиграть эту игру. Если мне придется защищать себя и даже кого-то спасать, то я сделаю это. Пусть появится хотя бы малейший шанс – и я воспользуюсь им. Даже если это будет рискованно и может стоить мне жизни. Он не должен победить. Мы не должны умереть. Если искренне верить и не переставать надеяться на лучшее, то выход найдется. »

Наталия переводит взгляд на подвеску в форме буквы « N », что лежит на ее ладони, и едва заметно улыбается.

« Есть люди, ради которых я хочу бороться и не сдаваться . И я бы хотела заставить их гордиться мною. Узнать пределы своих возможностей и понять, на что я готова ради любви и дружбы. Смогу ли я забыть обо всех своих страхах и стать смелой хотя бы в такой тяжелый момент. Сейчас я не могу быть трусихой и прятаться за чьи-то спины. Пора выходить и бороться. Время становиться крутой и смелой на деле. И я сделаю это. Ради близких людей я готова бороться. Готова испытать себя. Мы должны довести это дело до конца и выиграть эту войну. »

Позолоченный кулон будто бы придает Наталии смелости, силы и желания бороться до самого конца и вселяет в нее веру и надежду, что все еще может закончиться хорошо. Эта вещь словно на какой-то талисман, что оберегает хозяина от бед, сглазов и того, что способно так или иначе нанести вред. Как будто именно поэтому девушка страшно боится, что у нее отберут эту вещь. Как будто все ее надежды на спасение будут разрушены, и она не сможет стать смелой и решительной, когда придет время забыть обо всех страхах и сомнениях.

***

Время чуть больше пяти часов. Эдвард и Терренс находятся в пути к дому Майкла. Они проехали уже большую часть пути, практически не разговаривая и думая о том, какие сюрпризы им стоит ждать от этой встречи. К этому времени погода довольно резко испортилась. Нет никакого намека, что вот-вот выглянет солнце, что радовало жителей города сегодняшним утром. Серое небо плотно затянуто тучами, через которые не проглядывает даже малюсенький лучик яркого солнца. Эдвард сидит на пассажирском сиденье машины, откинувшись на спинку, и с грустью в уставших глазах смотрит в окно. Его руки сильно трясутся, а он сам с ужасом думает о том, что Майкл может заставить его пойти на то, о чем будет жалеть всю свою оставшуюся жизнь. Однако мужчина прекрасно понимает, что не имеет право бросить Наталию, и всем сердцем желает сделать все возможное, чтобы доказать своей семье, что он не такой плохой и никогда не думал убивать и грабить их.

Положив голову на дверцу машины, оперевшись ею о стекло и крепко сцепив руки, довольно напряженный Эдвард вспоминает все те моменты, которые он провел со всеми своими близкими. Когда он нервничал и страшно боялся быть отвергнутым. Хотя познакомившись со всеми поближе, парень перестал быть слишком зажатым и позволил себе привязаться к ним. У него появилась радость от осознания того, что он не одинок и может рассчитывать на внимание, заботу и любовь. Эдвард по-прежнему жаждет этого. Но понимает, что это может уже никогда не быть возможным, ибо он потерял доверие всех, кто принял его с распростертыми объятиями. А если Майкл убьет Терренса руками своего племянника, то тот навсегда потеряет шанс стать для всех хорошим.

Хоть Терренс и сосредоточен на дороге, он тоже не может спокойно думать о встрече с Майклом, которого вот-вот увидит впервые в своей жизни. Его преследует какое-то беспокойство, что появилось после того, как Ракель умоляла его остаться дома. Есть что-то такое, что порой заставляет его жалеть о решении поехать в дом Майкла. Тем не менее мужчина понимает, что лучше покончить с этим делом сейчас, чем ждать неизвестно чего и надеяться, что все само собой разрешится. Да и его беспокойство об Эдварде также является причиной, почему он согласился на это. МакКлайф уже успел признаться себе в том, что его отношение к Локхарту не изменилось, а желание и дальше защищать и поддерживать его нисколько не ослабело.

В какой-то момент Терренс прекращает думать о том, о чем думал половину дороги и медленно, тихо выдыхает. Немного погодя он бросает взгляд на рядом сидящего тихо, словно мышка Эдварда, чья голова лежит на дверце и опирается о стекло, в которое он смотрит разбитым и потерянным взглядом. Парень выглядит сильно уставшим и измотанным, о чем говорит его бледное лицо, покрытое легкой щетиной, и пустые глаза, которые он время от времени закрывает, борясь с желанием провалиться в сон. Терренс несколько секунд наблюдает за Эдвардом, не забывая также смотреть на дорогу, а потом решает разговорить его с желанием немного подбодрить.

— Эй, ты в порядке? — не спуская глаз с дороги, тихо интересуется Терренс. — Выглядишь подавленным.

— А ты каким бы хотел видеть меня? — продолжая опираться головой о стекло машины, низким голосом без эмоций интересуется Эдвард.

— Собранным и уверенным себе. Хотел бы видеть тебя человеком, который будет бороться до последнего, несмотря ни на что.

— А я и так готов бороться. Как только увижу этого хрыча, то надеру его старый зад.

— Глядя на тебя сейчас, я бы так не подумал. Сейчас ты похож на человека, который едва ли не с крыши хочет сброситься.

— Может быть. Но сейчас я не имею на это права. Сначала я обязан разобраться с этим ублюдком и забрать Наталию из этого гребаного дома.

— Только не говори, что ты собрался помирать после того, как все это закончится.

— Ну когда ты виноват в тех бедах, что происходят с твоими близкими, то тут поневоле захочешь сброситься с крыши, — тихим, разбитым голосом говорит Эдвард.

Терренс на секунду бросает испуганный взгляд на Эдварда, крепко сжав руль обеими руками.

— Эдвард, прекрати так говорить! — резко отрезает Терренс и переключает скорость с помощью коробки передач. — Не веди себя как размазня и не распускай нюни в трудной ситуации. А иначе я начну думать, что Майкл говорил правду, и ты реально прикидываешься смелым и крутым, но на самом деле боишься всего на свете и готов прятаться за чужими спинами.

— Поперся бы я сейчас в дом этого больного ублюдка, если бы реально был трусливым? — без эмоций усмехается Эдвард.

— Ты сам сказал, что боишься этого типа до дрожи в коленях.

— Да, но для меня это не повод прятаться, как говорил дядя, за чью-то спину, и не делать ничего, чтобы покончить с этой историей. Не отрицаю, я реально боюсь его, но зная, что опасность угрожает Наталии и всей моей семье, мне приходиться засунуть этот страх в задницу и продолжать борьбу с этим мудаком. Которую сам же и начал.

— Однако сейчас ты не выглядишь так, будто готов на все сто. Ты боишься и жутко нервничаешь. Смотри, тебя всего трясет. Как руки дрожат. Да и дышишь ты тяжело.