— Ох, Ракель Эллисон Кэмерон неисправима ! — тихо простонав, раздраженно произносит Терренс. — Ну вот скажи мне, что с ней делать? В прошлый раз она свалила куда-то после того, как я просто выставил ее из машины, чтобы эта девчонка успокоилась и прекратила орать. И сейчас убежала известно куда! Ей что опять что-нибудь взбредет в голову, и она начнет задыхаться в приступе паники, а потом еще в обморок свалится?

— Не думаю, что это случится, — задумчиво отвечает Эдвард. — Здесь нет ничего такого, из-за чего она могла бы страдать из-за панической атаки.

— Да я уже вообще не знаю, чего от нее ждать! — немного раздраженно бросает Терренс. — Ракель – просто какой-то ураган : не знаешь, куда пойдет, что сделает, и до чего доведет какое-нибудь дело.

— Тебе виднее, — приподнимает руки Эдвард. — Она – твоя невеста, и ты знаешь ее намного лучше…

В воздухе на пару-тройку секунд воцаряется пауза, а затем Терренс резко выдыхает и проводит руками по своим волосам и лицу.

— Так, все, хватит уже болтать! — сдержанно командует Терренс. — Лучше давай подумаем, куда на этот раз занесло эту беглянку. Надо найти ее, пока она еще чего-нибудь не натворила.

— А тут даже и думать не надо! — с легкой улыбкой отвечает Эдвард и указывает рукой в ту сторону, в которую он сейчас смотрит. — Посмотри туда!

Терренс с недоверием переводит взгляд в ту сторону, куда его просит посмотреть Эдвард. Они оба видят темноволосую девушку, сидящую на песке на коленях и держащую в руках что-то, что явно вызвало у нее огромный интерес.

— Ну вот, кажется, нашлась наша пропажа! — восклицает Эдвард.

— Я вижу, — говорит Терренс, слегка щурится и получше приглядывается к Ракель. — Но что она там делает? И что у нее в руках? Неужели она что-то нашла?

— Ну так давай подойдем к ней и спросим.

Терренс ничего не отвечает и резко срывается с места, направившись в ту сторону, где сейчас находится Ракель. Эдвард же смотрит на того немного хмурым взглядом, но потом быстрым шагом следует за ним. Через несколько секунд они подходят к Ракель, которая сидит на коленях и рассматривает дорогой золотой смартфон, и широкий плетеный браслет из чистого золота, пока сильный ветер обдувает ее волосы и одежду.

— Эй, Ракель, ты что здесь делаешь? — подойдя к Ракель и нагнувшись к ней, раздраженно интересуется Терренс. — Какого черта ты сидишь на грязной земле? Отдыхаешь что ли? Устала?

— Ох… — тихо стонет Ракель, прикрыв глаза и устало посмотрев на Терренса. — Что на этот раз случилось? По какому поводу ты опять возмущаешься?

— По какому? А ничего, что ты опять уходишь неизвестно куда и никому ничего не говоришь? Опять хочешь доставить мне кучу хлопот и вынудить заботиться о тебе как о ребенке?

— Боже мой, Терренс, прекрати устраивать истерику… — устало отвечает Ракель. — Ты мешаешь мне думать над ситуацией.

— Если тебе так нравится меня нервировать и убегать черт знает куда, то мне придется мешать. Чтобы ты не влипла в какую-нибудь передрягу и не устроила мне еще парочку неприятных сюрпризов. Как тогда, когда ты свалила от меня после той гонки.

— Ар-р-р, МакКлайф, не беси меня, пожалуйста… — тихо рычит Ракель, закатив глаза. — Ты теперь будешь напоминать мне об этом до конца жизни? У меня была всего лишь одна паническая атака, которую ты сам же и спровоцировал! А ты устроил такую истерику, будто я страдаю от панического расстройства и не могу контролировать эти атаки.

— Но что-то подсказывает мне, что из того случая ты не извлекла никаких уроков для себя, — сухо отвечает Терренс. — И ничего не поняла после того, как узнала, что твою подругу увезли прямо из этого места! Хочешь нарваться на какого-нибудь подонка и тоже оказаться в руках этих ублюдков? Давай! Продолжай в том же духе!

— По-моему, это ты не понял ничего из того, что с тобой происходило за всю жизнь, — огрызается Ракель. — Все время наступаешь на одни и те же грабли.

— Черт, только не надо начинать скандал на ровном месте и припоминать мне все мои грехи, о которых я и так прекрасно знаю, — устало стонет Терренс. — Я прошу тебя только об одном – держаться поближе ко мне, чтобы ни одна сука не посмела тебя и пальцем тронуть. Вот когда мы покончим с этой историей, ты можешь гулять где хочешь. Но сейчас будь добра делать то, что я говорю, если не хочешь оказаться на волосок от смерти по вине человека, который совсем рехнулся от денег и мести.

— О боже мой… — Ракель с тихим выдохом быстро поднимается на ноги. — Терренс, я не маленький ребенок, чтобы везде бегать и присматривать за мной. Мне, конечно, приятно, что ты переживаешь за меня. Но, во-первых, с моей психикой все в порядке, и я не страдаю от каких-либо расстройств. А во-вторых, я не такая слабая и беспомощная, как ты думаешь, и вполне смогу постоять за себя.

— Ага, на словах мы все крутые, — хмурится Терренс и скрещивает руки на груди. — А как дело доходит до этого, некоторым уже никакое ярое сопротивление не поможет.

— Если мне придется защищать себя, то я готова пойти на это. Уж я-то прекрасно знаю, на что могу пойти, а на что – нет.

— Ну не знаю, что тебе в голову там взбредет! Я же не могу читать твои мысли и предугадывать твои дальнейшие действия.

— Ну и хорошо, что ты не знаешь, что у меня в голове, — будто копируя жесты и мимику Терренса, тоже хмурится и скрещивает руки на груди Ракель. — А иначе ты бы вообще мне проходу не давал и прикрывал свое желание следовать за мной попыткой защитить меня от любого прохожего.

— Хочешь, чтобы тебя тоже усыпили и увезли в неизвестном направлении, как и твою подругу? — раздраженно и громко интересуется Терренс. — Если хочешь, то, пожалуйста, я могу уйти и наплевать на тебя!

— Конечно, не хочу! Но…

Ракель не договаривает свою мысль, потому в ее разговор с Терренсом неуверенно вмешивается Эдвард, который стоит где-то в стороне и слышит то, как они выясняют отношения, медленно подойдя к двоим со словами:

— Эм, ребята… Я, конечно, извиняюсь, что вмешиваюсь в ваши разборки. Но может быть, вы оставите это на какое-нибудь другое время и будете ссориться, когда вернетесь домой?

— А я не знаю, чего он опять взбесился, — сухо бросает Ракель. — Не я начинаю все это. Это ему захотелось немного помотать мне нервы.

— Ха, значит, я начинаю все это? — возмущается Терренс, тыча в себя пальцем. — А ты у нас невинная и пушистая?

— Ар-р-р… Чем больше я с тобой нахожусь, тем сильнее мне хочется тебя придушить !

Пока Терренс с недоумением смотрит на нее и резко мотает головой, Ракель отходит от него и подходит чуть ближе к Эдварду.

— Что-то он слишком нервный сегодня, — бубнит Ракель.

— Не обращай внимания, — тихо отвечает Эдвард. — Перебесится и успокоится.

— Надеюсь. А иначе я прибью его раньше, чем ваш дядюшка Майкл.

Эдвард молча качает головой, а затем решает перевести тему, чтобы не дать Ракель и Терренсу разругаться в пух и прах.

— Ох, ладно, давайте забудем об этом… — задумчиво говорит Эдвард. — Ты лучше расскажи, что тебя так сильно заинтересовало, раз ты ушла от нас и ничего не сказала.

— Ах да! — восклицает Ракель и показывает Эдварду телефон и браслет, который она подобрала с земли. — Смотри, что я нашла! То, что мы искали!

— Надо же… Это же телефон Наталии!

— Именно! Ее вещи лежали здесь, на земле. Я увидела что-то блестящее вдалеке и решила проверить. И вот я обнаружила и телефон, и этот браслет, который и блестел…

— Значит, получается, что мы уж точно не зря приехали сюда?

— Я заметила, что у браслета довольно слабая застежка, и Наталия могла потерять его в любой момент. Не знаю, замечала ли она это, но рано или поздно он бы слетел с ее руки, а моя подруга вряд ли бы это заметила.

Эдвард неуверенно берет из рук Ракель золотой браслет, несколько секунд рассматривать его и уверенно кивает.

— Да, это он, — уверенно говорит Эдвард. — Он был у Наталии на руке! Им она и зацепилась за мою куртку. Вот смотри.