— Мне? — округляет глаза Эдвард. — Э-э-э…
— Да, что-то ты очень сильно волнуешься, дорогой друг, — отмечает Терренс, уставив свой хмурый взгляд на Эдварда. — Уж не имеешь ли ты какое-то отношение к угрозам из этих писем? После всех пережитых нами приключений у нас есть все основания полагать, что в наших кругах появился предатель, который решил помочь кому-то уничтожить нас.
— Что? Т-т-терренс… — Эдвард качает головой. — Терренс, что ты такое говоришь? Почему ты так плохо обо мне думаешь? Что я тебе сделал?
— Не строй из себя невинную овечку, Эдвард. Твоя игра окончена . Мы с Ракель раскусили тебя и можем вполне уверенно обвинить тебя во всех наших бедах.
— Может, тебе и удавалось забалтывать нас и делать вид, что все хорошо, — с абсолютным спокойствием говорит Ракель. — Но больше мы не собираемся верить тебе. Ибо ты явно натворил достаточно, чтобы помочь кому-то уничтожить нас.
— Ребята, вы чего? — недоумевает Эдвард, немного тяжело дыша. — Почему вы смотрите на меня, как на врага?
— Довольно, Эдвард! — чуть громче восклицает Ракель. — Хватит уже водить нас за нос! Ты прекрасно знаешь, кто написал эти письма, и что надо их автору. Я с самого начала была уверена в том, что это как-то связано с тобой. И вскоре мои подозрения подтвердились . Не зря ты мне сразу не понравился. Я была уверена, что ты точно принесешь нам немало проблем.
— Да, когда какой-то ублюдок напал на меня, начав откровенно угрожать и здорово побив, — скрещивая руки на груди, более ледяным тоном хмуро добавляет Терренс. — И подтвердил, что письма написал тот, на кого ты работаешь. А еще он сказал, что у тебя есть важная информация о моем пропавшем младшем брате. Кроме того, тот мужик уверенно заявил, что ты в курсе делишек его босса и знаешь, за что нам мстят. И даже была выдвинута версия, что ты являешься его сообщником. Я наотрез отказывался верить в твою причастность, но убедился в ее правоте после того нападения.
— Не задавался вопросом, почему у него синяк под глазом? Так вот знай – тот мерзавец сильно побил Терренса, и твой друг пришел домой с синяками на теле и лице.
— Только вот это еще цветочки! Ибо потом произошло такое приключение, которое нам мы никогда не забудем. Попытка покушения могла быть совершена на меня и Ракель сразу пятерыми людьми, которые угрожали нам ножами и пытались спровоцировать меня на драку.
— Правда, мы решили сбежать, начать опасную гонку и разогнать машину до огромной скорости, с какой никто не ездит. А все потому, что эти типы преследовали нас на протяжении долгого времени и едва не превратили машину в Терренса в огромную груду метала.
— Нет смысла говорить, что произошло после этого, и какой шок мы тогда испытали. Какой шок испытала Ракель! И как меня трясло от ужаса, что мне пришлось увидеть. Однако после всего этого у нас уже нет ни малейших сомнений в том, что ты можешь рассказать нам очень многое.
— И будь уверен – мы добьемся своего, — уверенно заявляет Ракель. — Мы с Терренсом затеяли все это для не того, чтобы поддаться твоему очарованию и умению убеждать людей в том, что тебе выгодно. Но теперь все, Эдвард. Больше ты не уйдешь от разговора и выложить нам всю правду, которую наверняка скрывал еще с тех времен, когда мы только узнали о твоем существовании.
— Теперь нам ясно, почему ты все это время так странно себя вел, — холодно добавляет Терренс и презренно усмехается. — Даже начал строить из себя скромного и неуверенного в себе парня, чтобы мы не посмели подумать про тебя что-то плохое. Что ж, дружок, твоя тактика сработала, поздравляю. Но любая ложь рано или поздно будет раскрыта, как бы усердно ты ни скрывал ее. Видно, этого ты не учел, когда вступил в сговор с каким-то ублюдком и решил помочь ему уничтожить нас.
— Ребята, пожалуйста, успокойтесь, — взволнованно умоляет Эдвард, буквально задыхаясь от волнения и напрягая все мышцы своего тела. — Все не так как вы думайте! Я могу все объяснить!
— А тебе придется объяснить. Или ты очень сильно пожалеешь об этом. Со мной шутки плохи, Эдвард. Клянусь, если ты выведешь меня из себя, то я не ручаюсь за последствия и хорошенько отделаю тебя уже по-настоящему. А не в шутку.
— Терренс, пожалуйста, не надо заводиться. Я все понимаю, но…
— Интересно, а Наталия в курсе твоих делишек? — задается вопросом Ракель. — Что если именно об этом она молчала все это время? А ты боялся, что она выдаст тебя и расскажет нам обо всем. Вот и начал угрожать ей и так запугал мою подругу, что она и рот боится открыть! Не зря же она так шарахалась в тот день, когда вы были у нас на ужине! Я нисколько не удивлюсь, если ты заставил Наталию молчать и угрожал едва ли не убить ее, если она скажет хоть слово. Однако если это правда, то клянусь, я заставлю тебя дорого заплатить за то, что довел мою подругу до такого ужасного состояния.
— Нет, это не правда! — с широко распахнутыми глазами, полные ужаса, дрожащим голосом громко возражает Эдвард. — Клянусь, Наталия здесь совершенно не причем и ничего не знает о том, что произошло. Она такая же жертва, как и мы все. Опасность угрожает не только мне и вам, но еще и этой девушке.
— Ты больше не можешь молчать, Эдвард. Хватит уже делать вид, что тебе ничего не известно.
— Хватит с ним сюсюкаться, Ракель! — уставив на Эдварда презренный взгляд и продолжая держать руки скрещенными на груди, резко бросает Терренс. — Или он рассказывает обо всем добровольно, или я силой заставлю его раскрыть рот.
— Нет-нет, ребята, прошу вас… — Эдвард медленно встает с дивана и, тяжело дыша, отходит немного в сторону. — Не надо никакого давления! Обещаю, я смогу все это объяснить! Но поверьте, все не так, как вы думайте! Я – такая же жертва, как и вы оба! Клянусь, я вовсе не сообщник того типа и тем более не угрожал Наталии.
Однако Терренс решает начать действовать гораздо жестче, выплеснуть накопившуюся в нем агрессию и проучить своего друга. Тяжело дышащий мужчина резко соскакивает с дивана, подлетает к Эдварду и крепко хватает его за шиворот, уставив на него свой ледяной взгляд. От чего тот еще больше бледнеет и с испугу громко охает.
— Нет, Терренс, не надо! — с жалостью в широко распахнутых глазах умоляет Ракель.
— Слушай, крысеныш, ты уже достал нас своими попытками вывернуться и уйти от ответа, — довольно грубо заявляет Терренс, пока его ноздри раздуваются от злости. — Нам НАДОЕЛО это! Немедленно выкладывай все, что ты знаешь! А иначе клянусь, сука, ты пожалеешь о том, что на свет родился! Ты потерял мое доверие еще в тот день, когда твой дружок напал на меня! И я больше не собираюсь быть хорошеньким к тебе! Даже не смей строить из тебя чертову жертву, потому что ты НИКАКАЯ не жертва! ТЫ – ПРЕДАТЕЛЬ!
Эдвард несильно вздрагивает и со страху забывает как дышать, широко распахнутыми глазами, полные ужаса, смотря на Терренса, который запросто может убить его в порыве гнева.
— Терренс, Терренс, т-ты чего, — дрожащим голосом неуверенно произносит Эдвард.
— Не смей строить из себя невинную овечку, — сквозь зубы цедит Терренс. — Со мной этот фокус не прокатит! НЕ ПРОКАТИТ!
— Успокойся, приятель, прошу тебя. Обещаю, я все расскажу… Все, что вы с Ракель должны знать… Я… Теперь нет смысла скрывать это…
— Тебе придется все рассказать! — Терренс резко и грубо отталкивает Эдварда от себя и угрожает ему пальцем. — А иначе я заставлю заплатить за то, что ты все это время обманывал нас. И клянусь, я лично разоблачу тебя перед всеми и расскажу, что ты не тот, за кого себя выдаешь. Ты, гаденыш, все мне выложишь. И про свои делишки, и про моего брата.
— Пожалуйста, Терренс, успокойся, — немного неуверенно говорит Ракель, подойдя к Терренсу, взяв его под руку и подведя к дивану. — Присядь на диван…
— Вы оба все поймете, когда я раскрою личность того, кто стоит за всеми угрозами, — взволнованно отвечает Эдвард, довольно тяжело дыша, и нервно сглатывает. — И я обещаю, что расскажу вам не только это.
