Ракель переводит испуганный взгляд на Терренса, который нервно сглатывает и качает головой перед тем, как начинает читать вслух:
— Скрывают некоторые люди, которые окружают тебя. Какие-то тайны могут сильно удивить тебя, какие-то приведут в ступор, а какие-то шокируют настолько сильно, что ты не сможешь сказать ни единого слова. И я советую тебе не зевать и получше осматриваться по сторонам, когда ты ходишь по улицам. Ведь кто знает, что или кого ты можешь встретить на своем пути. Может случиться все что угодно… Помни это.
— Господи, что это такое? — недоумевает Ракель. — Какие тайны мы можем узнать, если поймем, что нужно делать?
— И почему мы должны осматриваться по сторонам? — задается вопросом Терренс и бросает короткий взгляд на письмо в руках. — Не понимаю… Это что, чья-то злая шутка? Какие-то больные фанаты умудрились узнать наш домашний адрес и прислали эти угрозы?
— Возможно… Но я не удивлюсь, если это некий привет от Саймона Рингера.
— Не говори глупостей! — хмуро бросает Терренс. — Этот человек уже давно получил по заслугам и сейчас отбывает свое наказание. Тем более, что он не может обходиться без посторонней помощи.
— А вдруг сообщники Рингера решили добить нас по его приказу?
— Нет, я уверен, что все, кто когда-либо работал на него, уже заплатили за все, что сделали.
— Ну не знаю… — тяжело вздыхает Ракель. — Я уже ни в чем не могу быть уверена…
Услышав текст обоих писем, Эдвард еще больше распахивает свои ошарашенные глаза и с чувством нехватки воздуха обхватывает горло рукой. До последнего момента мужчина пытался так или иначе скрывать свои эмоции, но сейчас ему слишком трудно это сделать. Да и его мнению, в этом нет никакого смысла.
— Э-э-э, ребята… — неуверенно произносит Эдвард. — Эти письма… Они…
— Я ничего не понимаю… — качая головой, тихо говорит Ракель. — Кто написал это? Что от нас хотят на этот раз? Кому мы так сильно навредили?
— А позволь мне взглянуть на твое письмо?
— Да, конечно…
Ракель отдает Эдварду письмо. Мужчина забирает его и быстро пробегается глазами по содержимому, больше всего заинтересовавшись почерком, которым написан текст.
« Твою мать, нет-нет, этого не может быть… — ужасается Эдвард. — Неужели эта гнида говорила правду и все-таки взялся за Терренса и Ракель? Это его почерк! Почерк этого ублюдка Майкла! Он знает, что эти двое могут обо всем узнать, просто расспросив меня. »
Спустя пару секунд Эдвард медленно отрывает взгляд от письма и переводит его на Терренса.
— Э-э-э, Терренс, а можешь показать свое письмо? — интересуется Эдвард.
— Ну ладно… — спокойно отвечает Терренс. — Если тебе это так интересно…
Терренс протягивает Эдварду письмо, которое тот быстро берет и перечитывает его, став еще более бледным из-за тревоги. А затем Локхарт с частым дыханием дрожащими руками соединяет два фрагмента текста вместе и перечитывает весь текст. Прочитав последнюю строчку, он нервно сглатывает и понимает, что ему будто бы не хватает воздуха. А видя то, каким взволнованным и бледным становится Эдвард после прочтения писем, Терренс и Ракель мысленно ликуют, что их план сработал. Пока Эдвард, чьи глаза быстро бегают из стороны в сторону, задумывается о чем-то ужасном, влюбленные переглядываются между собой и скромно улыбаются.
« Черт, оба этих письма написаны им! — ужасается Эдвард, прикрыв рот рукой. — Этот ублюдок был прав, когда сказал, что будет действовать намного раньше, чем я успею узнать о его планах. Теперь это точно – я бессилен перед ним! И я больше не могу молчать. Пора рассказать Терренсу и Ракель про Майкла… »
— Согласись, Эдвард, все это очень странно, — продолжает притворяться Терренс. — С чего бы кому-то присылать нам какие-то анонимные письма на наш домашний адрес? Мы же не делали никому ничего плохого! Как ты думаешь, что это может быть? Чья-то злая шутка? Или нет?
— Э-э-э… — запинается Эдвард и нервно сглатывает, довольно тяжело дыша. — А раньше… Раньше вам не присылали ничего подобного? Или… Может, кто подходил к вам на улице?
— Да нет, такого не было… К нам подходят только поклонники, которые просят сфотографироваться с ними или что-нибудь подписать.
— А конверты… — Эдвард бросает взгляд на конверты, один из которых в руках держит Ракель, а другой – Терренс. — На них что-нибудь написано?
— Мое имя и домашний адрес…
— Только твое… А Ракель?
— Есть… — тихо говорит Ракель. — На этом конверте есть мое имя…
Эдвард пару секунд немного подозрительно смотрит на Терренса и Ракель, а затем откладывает письма в сторону, резко выхватывает конверты из рук обеих и начинает изучать их, сразу же обнаружив то, что подписи на них были сделаны вовсе не рукой Майкла.
— Подождите, но здесь все написано другим почерком. Не таким, каким написаны письма… — Эдвард медленно переводит взгляд на Терренса. — Это ведь твой почерк, Терренс! Эти подписи сделаны тобой! На обоих конвертах!
— Э-э-э, правда? — изображает удивление Терренс, округлив глаза. — Мой почерк?
— Неужели ты не узнаешь свой собственный почерк? — Эдвард начинает трясти одним из конвертов. — Эти надписи сделаны твоей рукой.
— Может, просто очень похожий? Конечно, я безусловно неповторимый и единственный на всем свете. Но я думаю, что у кого-то вполне мог бы быть почерк, похожий на мой. Или хотя бы близкий к моему.
— Прекрати делать из меня дурака, Терренс! Я не безмозглый и не слепой! И прекрасно знаю, какой у тебя почерк! И да, даже не вздумай уйти от ответа разговорами о своей неотразимости.
— Эй, Эдвард, чего ты так завелся? — сохраняет спокойствие Ракель. — Успокойся, все хорошо… Может, ты и правда перепутал почерки и решил, что это было написано рукой Терренса?
— Еще и ты считаешь меня глупым идиотом? Ребята, хватит! Я прекрасно вижу, что письма и подписи на конвертах написаны двумя разными людьми. Один из которых это Терренс. И тем более, что письма явно были написаны левшой. А уж мой приятель точно не левша и всегда пишет правой рукой.
— Эй-эй, брат, успокойся, — спокойно говорит Терренс и бросает мимолетную улыбку. — Ну даже если бы я и сделал это, то чего так волноваться из-за этого. А если ты не перестанешь нервничать, то я начну подозревать, что у тебя уже очень давно есть какой-то заговор против нас.
— Так значит, вы получили эти письма раньше? — начинает догадываться Эдвард, сопоставляя все факты и будучи все более уверенным в том, что Терренс и Ракель сейчас пытаются обмануть его. — И знали о содержании?
— Ну допустим, знали … — без эмоций отвечает Ракель, скрестив руки на груди. — А почему тебя это так волнует?
— Сейчас же отвечайте на вопрос: когда вам прислали эти письма на самом деле?
— Примерно неделю назад, — спокойно отвечает Терренс, едва сдерживая желание применить силу и узнать все секреты Эдварда, и немного приподнимает голову. — И да, конверты подписал я.
— И раз вам письма вам пришли уже давно, то значит, ваша служанки были с вами за одно. Правильно? Вы подговорили их сделать вид, что их только что прислали! Одна встретила с милой улыбкой, другая предложила выпить, а третья принесла письма. Да это все похоже на какой-то заговор !
— Ну раз ты обо всем догадался, то это избавит нас от нужды что-то объяснять, — невинно улыбается Ракель. — Ибо ты вряд ли нуждаешься в этом.
— Тогда зачем вы это сделали? — Эдвард кладет конверты на столик и, немного прищурив глаза, хмуро смотрит на Ракель и Терренса. — Зачем? Для чего вам нужно было притворяться, что вы только что получили письма с угрозами?
— Возможно, это был единственный способ узнать то, что нам нужно, — уверенно заявляет Терренс, начав разговаривать уже более холодным тоном. — То, что ты знаешь.
— Да, может быть, ты хочешь что-нибудь рассказать нам? — спокойно интересуется Ракель, скрестив руки на груди. — А, милый мой Эдди? Тебе есть что сказать?
