— Мне кажется, или ты в последнее время стала слишком много спать? — задумчиво интересуется Ракель, приложив палец к губе. — До того, как я приходила к тебе в гости, ты тоже спала.

— Ну да… Не могу поспорить… Я и правда стала слишком ленивой… — Наталия протирает немного слипшиеся из-за сна глаза. — Ой, что это я держу вас на пороге… Проходите, девчонки, не стесняйтесь…

Наталия отходит от порога и пропускает своих подруг в квартиру. А переглянувшись между собой, Ракель и Анна уверенно заходят в нее, по пути рассматривая все, что им попадается на глаза и отмечая, что в квартире стало не очень приятно находиться из-за того, что их подруга уже долгое время не занималась уборкой. Почти на всех возможных поверхностях можно увидеть толстый слой пыли, кое-где царит полный беспорядок, а на полу могут валяться какие-то мелкие вещи, которые девушка, похоже, не собирается подбирать.

— Так здорово, что вы решили зайти, — говорит Наталия после того, как закрывает дверь, подходит к Анне и Ракель и провожает их в гостиную. — А то в последнее время я чувствую себя очень одиноко… Мне ведь приходиться жить совсем одной в такой большой квартире…

— Ну если бы ты выходила куда-нибудь, то не чувствовала себя столь одинокой, — задумчиво отвечает Анна. — Ты же почему-то заперлась в четырех стенах и не хочешь хотя бы просто выйти и посмотреть на других людей.

— Но я же не вижу дома целыми днями! Вчера я как раз прошлась немного в одном тихом местечке… Хоть и было довольно холодно, мне все равно понравилось.

— Что-то с трудом верится! — Анна присаживается на диван, когда вместе с Наталией и Ракель приходит в гостиную, и кладет свою сумочку с небольшим ремешком рядом с собой. — Раз я смогла вытащить тебя из дома лишь пинками, то ты точно не вышла бы сама.

— Неужели ты мне не веришь? — удивляется Наталия, присаживаясь рядом с Анной.

— Прости, подруга… — Ракель тоже присоединяется к своим подругам, присев с ними на диван и положив свою небольшую сумочку рядом с собой. — Но зная, что в последнее время ты стала самой настоящей домоседкой, то нам с трудом верится, что ты реально где-то гуляла.

— Слушайте, не надо делать из меня затворницу! Я не сижу дома целыми днями и часто куда-нибудь выхожу. Вот, к примеру, мне же надо покупать что-нибудь из продуктов, если они кончаются! Я могла бы заказать что-нибудь в Интернете, но иду в магазин и покупаю все, что мне нужно. Слава богу, у меня нет проблем с деньгами, и родители переводят их на мою карту, если я прошу их об этом.

— Кстати, а как там они поживают? Как твоя бабушка?

— Да вроде бы ничего…

— Ты так говоришь, будто родители не звонят тебе, — слегка хмурится Ракель.

— Нет, звонят… Изредка, конечно, но звонят… Чтобы спросить, не нужно ли мне чего-нибудь…

— А ты так и не помирилась с мамой? — с грустью во взгляде интересуется Анна.

— Нет, к сожалению… Правда, теперь еще и отец немного обижен… Мама не звонит мне вообще, а отец только лишь интересуется, не нужны ли мне деньги.

— Постой-постой, ты что, поругалась со своей мамой? — удивленно уставившись на Наталию, интересуется Ракель.

— Да… А разве Анна не сказала тебе об этом?

— Нет…

— Прости, не было момента рассказать, — пожимает плечами Анна.

— Ничего себе… — Ракель прикрывает рот рукой и качает головой. — Но как же так, Наталия? Ты же всегда прекрасно ладила с матерью и была очень близка к ней!

— Просто она считает, что я не все ей рассказываю, и это ее очень расстраивает, — склонив голову и рассматривая свои руки, тихо отвечает Наталия. — И мама настолько обиделась на меня, что назвала меня эгоисткой, думающей только о себе. Хотя вы обе прекрасно знайте, что это неправда!

— Конечно, знаем, милая, — мягко отвечает Анна, погладив Наталию по руке. — Но не забывай, что в порыве злости можно сказать что угодно. Твоя мама скоро успокоится и поймет, что ты совсем не такая плохая.

— Да, подружка, не беспокойся, — вторит Ракель, вместе с Анной делая вид, что они ничего не подозревают, но считая, что мать Наталии абсолютно права. — Наверное, миссис Рочестер просто переживает за твою бабушку и поэтому может срываться на ком-то. Сейчас ей очень тяжело… И было бы намного тяжелее, если бы твой папа не согласился помочь ей…

— Да, я все понимаю… — тихо вздыхает Наталия. — Но… Мне так обидно , что мама сказала такое… Она знает, кто я на самом деле, но говорит, что у меня нет совести… И я якобы не готова ничем пожертвовать ради близких, пока они делают для меня все.

— Не обращай внимания, Наталия, — дружелюбно говорит Анна. — Уж мы нисколько не сомневаемся в том, какая ты хорошая и всегда будем рядом, что бы ни случилось. А с мамой ты обязательно помиришься. И отец по-прежнему любит тебя.

— Кстати, а как давно ты поссорилась с матерью? — слегка хмурится Ракель.

— Э-э-э… — запинается Наталия, почесывая затылок. — Не помню точно, но довольно давно… И с тех пор она больше не звонила мне. А когда я один раз попросила папу позвать ее к телефону, он сказал, что она отказалась со мной говорить.

— Ты думаешь, она долго будет обижаться? — интересуется Анна. — Мне всегда казалось, что миссис Рочестер не очень обидчивая и может быстро успокоиться.

— Не знаю, Анна… — без эмоций на лице пожимает плечами Наталия. — Может, я чуть позже еще раз попробую попросить отца позвать маму и поговорить с ней.

— А ты не попробовала поговорить с отцом и убедить его как-то смягчить твою маму? — интересуется Ракель.

— Да, он пытался поговорить с ней, но она непреклонна… — Наталия тяжело вздыхает и качает головой. — Не знаю, почему мама так обиделась на меня и решила, что я такая плохая… Ведь я не сделала ничего плохого.

— Все будет хорошо, дорогая, — мягко отвечает Ракель, гладя Наталию по руке. — Ты в любом случае сможешь поговорить с мистером и миссис Рочестер, когда они вернутся в Нью-Йорк. Если сейчас они не хотят говорить с тобой телефону, то обязательно сделают это по возвращению сюда.

— Конечно… Отец недавно сказал, что когда они с мамой вернутся сюда, то будут разговаривать со мной обо мне… — Наталия бросает взгляд на свои ладони и рассматривает линии на них. — Правда, я не знаю, что они хотят от меня услышать… Но я постараюсь сделать все, чтобы помириться с ними…

— Ты помиришься с ними, мы уверены в этом, — слегка улыбается Анна и бросает короткий взгляд на Ракель, которая пожимает плечами и мотает головой, прекрасно понимая, почему родители Наталии обиделись на нее, но решая не развивать эту тему.

— Дай бог…

— Эй, а ты не знаешь, как у них там обстоят дела с переездом миссис Ласкано? Они вроде бы были решительно настроены!

— Они уже скоро перевезут ее сюда, — спокойно отвечает Наталия. — Возможно, родители еще пару раз поедут в Мехико, чтобы перевезти какие-то ее вещи, а потом уже и саму бабушку Адриану.

— Да уж… — Анна откидывается на спинку дивана. — Переезд – это довольно непростое дело… А переезд из одной страны в другую – еще сложнее. Но хорошо, что мой переезд в дом Даниэля был довольно спокойным, и я не испытывала особых проблем благодаря его помощи.

— Согласна, это и правда очень сложно… — соглашается Ракель, начав медленно накручивать прядь волос на палец. — Помню, как мы с дедушкой Фредериком потратили целый день, чтобы переехать из нашей старой квартиры в новую… А мы ведь перевозили не только наши личные вещи, но и всю мебель… Сколько же коробок было загружено в ту машину, которые мы заказали! И после этого потратили еще день на то, чтобы все разобрать… Мы чувствовали себя жутко усталыми после этого…

— Ну уж твой переезд в дом Терренса тоже не отнял у тебя много сил, — слегка улыбается Наталия, закинув руку на спинку дивана. — Тем более, что твой красавчик помогал тебе перевозить все твои чемоданы, чтобы ты не тащила их на себе.

— Именно поэтому я прекрасно пойму твоих родителей, когда им предстоит перевозить вещи из одной страны в другую.