— Да ладно, ребята! — слегка приоткрывает рот Наталия. — Вы серьезно?

— Разве мы выглядим так, будто говорим несерьезно? — округляет глаза Терренс.

— Вы разыгрывайте нас. Разыгрывайте.

— Серьезно, Рочестер?

Терренс хитро улыбается и обеими руками крепко обнимает Ракель.

— А ты думаешь, в этом случае твоя подружка брыкалась бы и кусала меня, пока я пытаюсь обнять ее, если бы мы не помирились? — удивляется Терренс и гладит Ракель по голове. — Смотри, какая она довольная и спокойная! Прямо как наевшийся котенок.

— Ну да, Кэмерон не грозится надрать тебе задницу или врезать между ног, — расставляет руки в бока Наталия. — Хотя тебе это не помешает. Для профилактики.

— Не-е-ет, подружка… Уж теперь эта брюнеточка с удовольствием позволяет такому неотразимому красавцу, как я, обнимать и целовать ее.

— Ах, так вот оно что… — с хитрой улыбкой энергично кивает Эдвард. — Ну теперь нам ясно, чем вы тут занимались до нашего прихода…

— Точно! — восклицает Наталия. — У них тут были более интересные дела.

— Оказывается, наши голубки тут ворковали, а мы им немного помешали.

— Ага, а я-то думала, почему твой дружок был такой недовольный и возбужденный, когда встретил нас, — скромно хихикает Наталия.

— Это точно! Мы пришли не вовремя.

— Эти голубки, понимаешь, ли захотели любовью заняться, а тут приперлись его друзья и все ему испортили.

— Вообще-то, да! — уверенно заявляет Терренс. — У меня, между прочим, были грандиозные планы на этот вечер! А вы, ребята, нагло их испортили !

— Ну извини, МакКлайф, мы не хотели мешать вашей прелюдии.

— Да и вообще, откуда мы знали? — удивляется Эдвард. — Мы-то думали, что ты тут грустишь и страдаешь, и хотели немного скрасить твое одиночество. Но видно, что тебе это не очень-то и не нужно.

— В любом случае я уже получил свой самый лучший подарок на прошедший день рождения, — с гордо поднятой головой отвечает Терренс, обеими руками прижав Ракель к себе, пока та немного трется носом об его плечо. — Лучшего я и пожелать не мог.

— А очень скоро я снова перееду сюда и буду жить рядом с любимым, которому нужно немного любви и заботы, — уверенно сообщает Ракель.

— Очень нужно… — Терренс мило целует Ракель в макушку. — Очень…

— Ну вот! — с широкой улыбкой хлопает в ладони Наталия. — А вы говорили, что примирение между вами невозможно!

— Если очень захотеть – возможно все.

— Это верно! — Наталия уверенно подходит к Терренсу и Ракель и кулаком ударяет их в предплечье. — Да вы друг без друга жить не можете! Я так и чувствую, как из вас прет бешеная энергетика и сильная страсть… Среди моих знакомых, вы первые, между кем есть такая сумасшедшая химия.

— Самовнушение, подруга, самовнушение, — на секунду закатив глаза, загадочно улыбается Ракель. — Просто каждый из нас пытался внушить себе, что невозможно ничего вернуть, и нам остается лишь смириться с расставанием. Но как говорится, любовь преодолеет все. А та сумасшедшая химия еще больше повлияла на это решение.

— Слушайте, так я теперь могу сказать кое-что!

— Что?

— Текель жив ! — радостно вопит Наталия. — Текель не умер!

— Текель? — слегка хмурится Эдвард. — Что это такое?

— Фанаты так называют эту сладкую парочку.

— Текель?

— Да! Взяли их имена и соединили вместе.

— Вот как…

— А взял бы кто-то наши с тобой имена, то получилось бы что-то вроде… Эталия .

— Эталия?

— Правда это уже придумала я сама.

— О, приятель, а ты как будто не знал, как поклонники называют нашу с Ракель пару, — с хитрой улыбкой качает головой Терренс.

— Нет, вот этого я как раз не знал, — уверенно отвечает Эдвард. — Но раз уж вас величают Текель, то… Окей! Тоже буду так вас называть. Звучит классно !

— Тем более, что он по-прежнему реален, — с легкой улыбкой отмечает Ракель.

— О, боже мой, ребятки, я так рада за вас! — радостно восклицает Наталия. — Вы, конечно, здорово накосячили, но уверена, что больше не повторите прежних ошибок и хорошо усвоили все уроки.

— Можешь лично прибить меня, если я снова встану на путь тьмы, — шутливо предлагает Терренс.

— Или меня! — вставляет Ракель.

— В любом случае, поздравляю вас, ребята, — с легкой улыбкой скромно поздравляет Эдвард. — Хоть я и не знаю всю историю ваших отношений, но тоже чувствую невероятную химию между нами.

— Спасибо огромное, друг, — благодарит Терренс.

— Надеюсь, вы будете счастливы вместе.

— Сделаем все возможное.

Терренс подходит к Эдварду, с легкой улыбкой по-дружески обнимает его, хлопает по спине и быстро отстраняется.

— Ну вот, а ты все ныл, что ничего не получится, — по-доброму усмехается Эдвард. — Говорил, что потерял эту девушку навсегда. Да я как чувствовал, что ни один из вас не сможет это сделать.

— Открою тебе секрет своего успеха, — загадочно улыбается Терренс. — Все дело в моем невероятно сильном обаянии, которому Ракель всегда легко поддавалась. С самого момента нашего знакомства.

— Твой секрет – это лишь пятьдесят процентов успеха. Остальная половина – это чувства, которые проснулись после долгой спячки. Ну и те дела, которые ты сделал ради того, чтобы заслужить ее прощение.

— Можно и так сказать. Но в любом случае я безумно счастлив, что все закончилось хорошо. А поклонники нашей пары могут не бояться, что они перестанут верить в любовь после нашего расставания.

— Тут уже не только любовь, но и сумасшедшая страсть.

— В любом случае, как сказала Наталия, Текель жив.

— Я реально рад за тебя и Ракель и желаю вам всего наилучшего.

— Спасибо, Эдвард. — Терренс с легкой улыбкой хлопает Эдварду по плечу. — Спасибо за то, что верил в нас и не давал мне унывать. Теперь я – твой должник!

— И тебе спасибо за все хорошее, — с легкой улыбкой дружелюбно отвечает Эдвард. — И за то, что также помог не впасть в уныние из-за ситуации с Наталией. Да и твои друзья здорово помогли мне и не давали скучать.

— Этих парней можно назвать нашим спасением от скуки и уныния.

— Абсолютно согласен. Они всегда на позитиве.

А пока Эдвард и Терренс продолжают о чем-то разговаривать, Ракель и Наталия также обнимают друг друга с легкой улыбкой на лице.

— Я знала , что у вас все будет хорошо! — бодро восклицает Наталия. — Вот ты наконец-то преодолела себя и свою обиду и позволила себе быть счастливой.

— Это потребовало много усилий, — отстранившись от Наталии с особым блеском в глазах, признается Ракель. — Однако я поняла, что быть счастливой для меня намного важнее, чем вечная обида и запреты, которые сама себе придумываю.

— МакКлайфу уже и так здорово настучали по башке за все произошедшее. Я уверена, что он хорошо понял свои ошибки и больше не совершит их.

— Ты права… — скромно хихикает Ракель. — Конечно, нам предстоит проделать огромную работу, чтобы окончательно наладить отношения. Но большая часть пути все-таки пройдена, а самый важный сделан. Дальше должно быть легче.

— Главное – не свернуть тогда, когда ты близка к финишу и сделать еще какую-то ошибку.

— Нет, больше я такого не сделаю. Я слишком сильно люблю Терренса и дорожу им, чтобы потерять его. Мне не нужен никто другой, кроме него. Теперь я это хорошо понимаю и говорю с полной уверенностью.

— Приятно это слышать, — скромно улыбается Наталия.

— Эта ситуация дала мне хороший урок и помогла понять все свои ошибки. Которые я вряд ли поняла, если бы не такой мощный пинок под зад.

— В любом случае я от всей души поздравляю тебя и Терренса с долгожданным воссоединением. И надеюсь, что ваша жизнь станет намного лучше и ярче, чем ранее.

— Спасибо огромное, подружка, — со скромной улыбкой благодарит Ракель.

— Купидон не ошибся, когда решил соединить вас вместе. Ведь я еще никогда не встречала парочек с такой бешеной химией.

— Насчет этого ты права, — с легкой улыбкой кивает Ракель. — Уж что, но влечение к Терренсу всегда было невероятно сильным. Даже когда я была ужасно зла на него. Я бы сказала, гнев только больше разжег во мне огонь.