— Мы с твоим дедушкой Фредериком должны были расспросить тебя и убедиться в том, что твое желание встречаться с этим человеком осознанное.

— Никто этого не заметил. А я не решилась рассказать о своих сомнениях вслух.

— Мы были так ослеплены той радостью, что ты наконец-то начала с кем-то встречаться и не будешь одинокой, что совсем не подумали о том, что могло произойти что-то плохое. Да и внешне вы с Терренсом казались такими счастливыми и влюбленными, что это усыпляло бдительность и вселяло в нас уверенность в том, что вы будете счастливы.

— Я и сама долгое время пыталась убедить себя в том, что это просто нервы. Мол, я просто переживаю из-за резких перемен. Перееду из дедушкиной квартиры в дом своего парня. Казалось бы, еще вчера я была маленькой девочкой и по ночам крепко обнимала дедушку после того как мне приснится что-то страшное. Но тут я вдруг начала жить казалось бы с чужим человеком. В другом месте. Далеко от того, с кем я выросла. Это… Это был для меня огромный шок. Я не была к этому готова.

— Да, но ты ведь не могла всю жизнь жить рядом с дедушкой. Рано или поздно тебе пришлось бы уйти от него. Птенчик всегда покидает гнездо, когда он вырастает.

— Я знаю, — с легкой улыбкой сквозь слезы произносит Ракель и тихо шмыгает носом. — Тем не менее сейчас я не жалею о том, что все так сложилось. Сейчас я наконец-то поняла, что это такое. И… Готова меняться и становиться лучше. Тем более, что… Рядом со мной находится прекрасный человек, который сделает меня счастливой. На этот раз я буду намного заботливее и внимательнее. Я не буду такой эгоисткой и… Возьму на себя эту ответственность. Я и правда уже не ребенок и должна жить своей жизнью. Мое время пришло .

— Главное, чтобы это твое осознанное решение.

— Сейчас – да. Я знаю , на что иду.

— Рада, что ты это поняла.

Алисия с легкой улыбкой мягко гладит Ракель по щеке, пока та с грустью во взгляде делает небольшой глоток воды из стакана.

— И да, тебе также надо перестать быть такой упрямой, — уверенно предупреждает Алисия. — Ты должна хорошенько думать перед тем, как что-то делать, потому что это может быть тебе во вред. Да, конечно, иногда твои решения оказываются верными, но бывают моменты, когда ты можешь навлечь на себя беду.

— Я стараюсь, тетя Алисия, но не всегда получается, — пожав плечами, тихо отвечает Ракель. — Моя интуиция может говорить мне, что лучше чего-то не делать, а я все равно иду и делаю. Даже если разум кричит, что мне не надо это делать.

— Ты просто не умеешь прислушиваться к своим ощущениям. Хотя у тебя явно хорошо развитая интуиция. Прямо как у твоей мамы.

— Я знаю.

— К тому же, ты у меня очень рассудительная и умная девочка. Тебе под силу принять довольно верное решение. Хотя если ты что-то захочешь сделать, это не значит, что ты сделаешь.

— Моя мама была такой же?

— Возможно… Хоть и редко, но Элизабет могла так поступить. Могла думать одно, но делать другое.

— Ясно.

— Тебе нужно бороться с этим, Ракель, — уверенно настаивает Алисия. — Если ты не научишься быть менее упрямой и хоть немножко думать и прислушиваться к другим, однажды это может плохо кончиться. Ты могла бы многого избежать, если бы делала все правильно.

— Вы правы… Я сделаю все, чтобы измениться, но это будет не так-то просто.

— Девочка моя, тебе не нужно полностью меняться. У тебя отличный характер, а многие твои черты здорово помогли тебе добиться успеха. Целеустремленность, преданность, доброта, сила духа, храбрость… Если бы не это все, ты бы не выдержала все, что с тобой произошло.

— Да?

— Единственное, что тебе нужно изменить – это стать менее упрямой и эгоистичной, но более мудрой, заботливой, уметь разрешать конфликты и уступать, когда ты не права. Если не хочешь потерять Терренса, ты должна научиться всему этому и быть для него не только прекрасной любовницей, но и самым лучшим и преданным другом.

— Я не потеряю его, тетя Алисия, — уверенно обещает Ракель. — Потому что люблю. Теперь мои чувства более осознанные.

— И когда ты чувствуешь, что вот-вот выйдешь из себя, норовя что-то разбить или же на кого-то накричать, просто уходи в другую комнату и попытайся успокоиться. Если видишь, что сам Терренс может взорваться, тоже уходи.

— Я поняла, — кивает Ракель.

— Учись разрешать конфликты и сама не провоцируй парня. Если понимаешь, что ему трудно сдерживать себя, молча покинь комнату, чтобы не спровоцировать еще более серьезный скандал.

— Всегда буду жалеть о том, что тогда положила ему начало, — тихо вздыхает Ракель. — И никогда не прощу себе эту ошибку…

Ракель уставляет свой грустный взгляд в одну точку.

— Если бы я не зашла туда и не начала бы доставать Терренса, то все могло бы быть иначе, — тихо добавляет Ракель.

— Не надо стыдиться своих ошибок, — мягко говорит Алисия, мило приобняв Ракель за плечи. — Ошибки нужно совершать. Нет ничего постыдного в том, что ты поступаешь неправильно и учишься понимать, что можно делать, а что нельзя. Ведь жизнь состоит из того, что мы постоянно что-то пробуем, часто с чем-то экспериментируем, много учимся, и, используя свой опыт, начинаем делать ее лучше. Если мы не будем совершать их, то потеряем возможность совершенствоваться.

— Я знаю… — с грустью во взгляде кивает Ракель.

— Жизнь – это опыт, который мы приобретаем в результате многочисленных моментов невероятного везения и крупных неудач. А опыт – это прежде всего поступки, которые мы совершаем, независимо от того, хорошие они или плохие.

— В любом случае теперь я буду намного умнее и не упущу свое счастье, — скромно улыбается Ракель.

— Я не сомневаюсь. Ведь нельзя совершать ошибки дважды. По крайней мере умный человек поймет, что сделал не так, и больше не будет так поступать.

— Произошедшее стало для меня хорошим уроком, который я запомню на всю жизнь.

Алисия ничего не говорит и с легкой улыбкой на несколько секунд заключает Ракель в свои нежные объятия, нежно погладив ее по голове и поцеловав в щеку. А затем женщина отстраняется от девушки, немного поправляет ей прическу и убирает слезы с глаз своей племянницы.

— Ладно, милая, давай больше не будем плакать и говорить о плохом, — мягко предлагает Алисия и берет Ракель за руки. — Надо думать только о хорошем и о том, что тебя ждет в будущем.

— Вы правы, — с легкой улыбкой соглашается Ракель и тихо шмыгает носом. — Не хочу больше плакать… Я и так выплакала слишком много слез за последние пару месяцев.

— Ну тогда больше не плачь и постарайся успокоиться. Вот сейчас вернемся мы с тобой в гостиную, а у тебя глаза опухшие и красные от слез. Да и макияж весь испортится. Хотя ты так долго его делала.

— Кстати, а сколько времени прошло с того момента, как мы пришли сюда? — аккуратно вытирая слезы под глазами и шмыгая носом, интересуется Ракель.

— Не знаю, — пожимает плечами Алисия. — Но почему-то мне кажется, что мы находимся здесь целую вечность.

— Мне тоже…

— А вот лично мне интересно, как долго будет длиться разговор Терренса и мистера Кэмерона. Они что-то там разговорились, раз не зовут нас к себе.

— Мы можем подойти поближе, послушать их разговор и узнать, остался ли дедушка доволен.

— Хочешь поиграть в шпионов? — скромно хихикает Алисия.

— Что-то типа того, — с легкой улыбкой говорит Ракель.

— Ладно, давай проверим. Только очень осторожно. Твой дедушка ведь хотел поговорить с Терренсом наедине.

— Мы только посмотрим.

— Ну ладно, пошли.

Ракель и Алисия с легкими улыбками встают из-за столика, выходят из кухни и тихонько направляются в гостиную, внимательно прислушиваясь к звукам, доносящиеся из нее. Очень быстро они узнают голоса, принадлежащие Фредерику и Терренсу, которые непринужденно о чем-то беседуют и негромко смеются.

— Что? — удивляется Ракель. — Они смеются?

— Разве они уже поговорили? — шепотом спрашивает Алисия.