— Твой папа сказал, что ты очень сильно переживала из-за этого и несколько дней не могла прийти в себя, — отмечает женщина.
— Да, мне было очень тяжело.
— А из-за чего вы с ней поругались?
— Просто Ракель обвиняла меня в том, чего я никогда не делала… — Наталия тихо шмыгает носом. — Она такого мне наговорила, что я и вспоминать это не хочу. Знаешь, как мне стало обидно, когда моя лучшая подруга заявилась ко мне домой и обвинила в том, что я хочу разрушить ей жизнь и дико завидую…
— Да, я знаю.
— Эта девушка пришла к нам домой и буквально с порога разразилась целой гневной тирадой.
— Ты была одна дома в тот день?
— Да, папа уехал на работу рано утром, а где-то к обеду как раз приехала Ракель. — Наталия тяжело вздыхает. — Но лучше бы он был дома. Может, ему удалось бы привести эту девушку в чувства…
— Плохо, что вы дрались. Девочки не должны так себя вести и распускать руки. Мы с твоим отцом никогда не учили тебя этому.
— Она умом тронулась, мама! Ситуация с тем Саймоном Рингером окончательно лишила ее ума и превратила в какую-то больную истеричку. — Наталия тихо вздыхает. — Хотя я не удивлюсь, если она всегда такой была.
— Дорогая, не надо так говорить, — мягко просит женщина. — Ракель просто могла быть слишком расстроенной и возбужденной из-за всего, что с ней произошло. Она могла не понимать, что говорила или делала.
— Все она понимала! Рингер настроил ее против меня, а она, дура, поверила!
— Послушай, Наталия…
— Я ни в чем перед ней не виновата. Но она решила, что я не только мечтала отомстить ей из зависти, так еще и положила глаз на ее парня, который всегда был для меня исключительно другом.
— Да, но зачем ты и сама набросилась на нее и еще больше вывела ее из себя? Если бы ты не спровоцировала ее, то дело не дошло бы до потасовки.
— Я не могла просто стоять и слышать, как эта ненормальная обзывает меня так, что мне и говорить не хочется. — Наталия слегка приподнимает голову. — К тому же, я считаю, что эта девушка заслужила небольшую встряску.
— Я все прекрасно понимаю, но ты должна была понимать всю ситуацию, — спокойно говорит женщина. — Должна была молча выслушать все, что она хотела сказать, и просто выпроводить ее за дверь.
— Ты думаешь, я смогла бы вытолкать эту девчонку из квартиры? Если бы рядом был папа, он бы еще смог! Но я бы с ней не справилась.
— В любом случае ты должна была сохранять спокойствие. Потому что знаешь, что ничего не сделала.
— Господи, мама, неужели ты защищаешь ее? — громко недоумевает Наталия. — Если папа не сказал тебе, какими словами она меня назвала, то я могу перечислить все по списку.
— Нет, дочка, я ее не защищаю. Даже больше, я считаю, что она тоже поступила очень плохо. Но в таких случаях лучше просто дать человеку выговориться и дать ему время остыть и понять свои ошибки. Потом бы Ракель успокоилась, сама поняла, какую глупость натворила и пришла извиняться.
— Вряд ли она поймет свою ошибку.
— Все было бы хорошо. Но взаимными оскорблениями и обвинениями вы обе довели все до того, что никто не захочет пойти на примирение.
— По крайней мере, сейчас я не готова мириться с ней. — Наталия тихо вздыхает. — И сомневаюсь, что буду готова хотя бы просто выслушать ее.
— Но рано или поздно эту проблему придется решать.
— Знаю. Но пусть она разрешит проблему с Саймоном и немного успокоится. А там, может, что-то будет ясно… Сейчас я даже и пытаться не хочу разговаривать с ней и тем более извиняться за то, чего никогда не делала.
— Я рада, что ты хочешь подождать. Сейчас тебе и правда не надо с ней контактировать. Не самое лучшее для того время. Ты можешь только больше усугубить ситуацию.
— Просто понимаю, что мне и самой надо остыть… — Наталия замолкает на пару секунд. — К тому же, пару недель назад я была готова выдрать ей все волосы. Но сейчас отношусь к этому спокойнее. И иногда могу немного посочувствовать этой девушке.
— Ты правильно поступаешь, милая. Я полностью поддерживаю тебя.
— Спасибо, мама…
Во время короткой паузы Наталия скромно улыбается и бросает взгляд на человека, который проезжает мимо на нее на велосипеде.
— Знаешь, милая, когда я узнала всю эту историю, то хотела все бросить и приехать к тебе, чтобы немного поддержать, — с грустью во взгляде признается женщина. — Но твой отец с трудом отговорил меня от этой затеи и пообещал, что сделает все, чтобы помочь тебе.
— Да, папа действительно очень помог мне, — с легкой улыбкой отвечает Наталия. — Да и мои друзья тоже не остались в стороне… Без их поддержки я бы точно не смогла пережить это…
— Кстати, я слышала, что в последнее время Терренс очень много поддерживает тебя.
— Он – чудесный человек, который сделал для меня очень многое.
— Полагаю, у него и самого непростой период. Твой отец как-то обмолвился о его проблемах в отношениях с Ракель.
— Они расстались.
— Что? — удивляется женщина. — Расстались?
— Однако меня это не удивляет. Я подумала, что в их отношениях что-то не так после моего первого визита к ним домой после возвращения в Нью-Йорк.
— Надо же… Как жалко… А ведь такая красивая пара была…
— Да, но ее больше не существует. Точнее, ее никогда и не существовало.
— А почему они решили разойтись?
— Думаю, вы с отцом были правы, когда как-то сказали мне, что отношения не могут существовать лишь благодаря одному физическому влечению, — задумчиво отвечает Наталия. — Вот ситуацию с этими двумя можно объяснить так.
— Понимаю…
— К тому же, Кэмерон призналась, что никогда не любила его и встречалась с Терренсом только для того, чтобы ее семья отстала от нее.
— Да ладно?
— Это были ее слова. И Терренс сказал то же самое после одной из их ссор.
— Ничего себе… Но знаешь, в принципе я почему-то с самого начала не очень верила в их пару…
— Да?
— Между ними не было настоящей любви – только лишь, как ты сказала, физическое влечение. Мы с твоим отцом всегда так считали, хотя и считали, что они красиво смотрятся вместе. Эти двое могли бы быть счастливы, если бы захотели. Но раз, по крайней мере, Ракель не хочет, то этот роман уже давно был обречен.
— Ты права. Их пути уже разошлись. Они наконец-то исправили ту ошибку, которые совершили.
— И правильно! Не стоит мучить друг друга, если совместная жизнь только в тягость.
— Терренс еще встретит девушку, которая будет любить не только лишь его внешность и не будет играть с его чувствами.
— Конечно, найдет. Он парень очень красивый и молодой, а девушки всегда проявляли к нему интерес. Так что Терренс не останется один.
— Хотела бы я, чтобы ему повезло. Терренс заслуживает счастье, которого ему не дала Ракель… Которая выбрала свою карьеру и наплевала на него… Воспользовалась тем, что он испытывал к ней настоящие чувства.
— Обязательно повезет.
— Я очень хочу, чтобы он нашел настоящую любовь и был счастлив.
— Ах, милая… — скромно улыбается женщина. — Тебе бы не о чужом счастье думать, а о своем…
— Боже, мама… — смущается Наталия.
— Кстати, твой папа рассказал мне, что ты недавно познакомилась с каким-то молодым парнем.
— Да, это правда… — со скромной улыбкой подтверждает Наталия.
— Он сказал, что ты проводишь очень много времени и часами можешь стоять у зеркала, чтобы выглядеть как можно лучше. А еще Энтони добавил, что ты сияешь от радости, когда говоришь о нем.
— И все-то папа замечает…
— Неужели он настолько хороший, раз твое настроение становится лучше, когда тот парень куда-то тебя приглашает?
— Он очень хороший! Очень добрый, заботливый и внимательный… Я с радостью провожу с ним свободное время, когда этот человек приглашает меня куда-нибудь погулять.
— И он тебя слушает?
— Еще как! Этот человек всегда очень внимательно выслушивает меня и старается как-то поддержать. Заставляет меня улыбаться.
