— То есть, вы считайте, что пора все объяснить Ракель?

— Ракель и так уже несколько раз спросила меня, почему я постоянно плачу и выгляжу таким грустным и совсем не улыбаюсь. Она явно понимает, что происходит что-то ужасное, и наверняка напридумывала себе всяких страшилок.

— Знайте, я думаю, нам надо проконсультироваться с психологом и узнать, как нам донести до Ракель эту страшную новость, — задумчиво говорит Тимоти. — И главное, когда…

— Я боюсь… — тихо произносит Алисия.

— Мы тоже боимся, но согласись, моя внучка имеет право знать, что ее родители погибли. И мы не можем вечно говорить ей, что мама с папой надолго уехали или что-то вроде того. Ракель может захотеть позвонить им или написать письмо.

— Но как мы это сделаем? Ее реакция может быть непредсказуемой!

— Главное – сказать, а там посмотрим, — спокойно говорит Фредерик.

— Надо все хорошенько обсудить.

— Не забывайте, что нам также надо решить, с кем она будет жить, — уверенно отмечает Тиффани. — Либо мы с Тимоти и Алисией можем увести Ракель в Лондон, а вы, мистер Кэмерон, сможете приезжать к ней в любое время и время от времени забирать к себе. Или наоборот: вы остаетесь здесь, а мы навещаем и помогаем вам в воспитании внучки.

— В любом случае я ни за что не брошу свою внучку и буду воспитывать ее, — уверенно заявляет Фредерик.

— Никто ее не бросит, мистер Кэмерон.

— Я безумно сильно люблю Ракель и буду делать все, чтобы дать ей все необходимое. По крайней мере, стараться. Потому что я все-таки не богатый человек и не могу растить ее как принцессу.

— Самое главное – одарить ее любовью и заботой. Дать понять, что мы всегда будем с ней и сделаем все, чтобы ей было хорошо.

— К тому же, она – единственная, кто остался у меня из семьи. Моя внучка – смысл моей жизни. Я буду жить только лишь ради нее.

— Может быть, ей лучше остаться все-таки с вами? — интересуется Алисия. — Вам хоть будет не так скучно жить, и у вас будет какая-то причина жить.

— Как хотите, дорогие мои. Если вы решите воспитывать ее сами, то я не буду против.

— Боюсь, что если мама с папой заберут Ракель в Лондон, то вы будете тосковать здесь и не сможете жить в одиночестве. У вас ведь нет ни жены, ни сына…

— Да, мистер Кэмерон, Алисия верно рассуждает, — уверенно соглашается Тимоти. — Пусть Ракель все-таки живет у вас, а мы с Тиффани и Алисией будем как можно чаще навещать девочку, привозить ей подарки и иногда забирать к себе в Лондон.

— Я с удовольствием заберу ее к себе, — спокойно отвечает Фредерик. — Обещаю сделать все, чтобы вырастить ее прекрасным человеком и дать ей то, в чем она нуждается.

— Мы тоже поможем всем, чем только сможем. Что-то купим, дадим денег, заберем девочку к себе…

— Спасибо большое, мистер Томпсон.

— И вообще, было бы здорово, если бы у нас появилась возможность переехать — признается Тиффани. — Мы бы были намного ближе к Ракель и не тратили кучу денег на перелеты.

— Вы хотите переехать сюда?

— Хотя бы на время. Пока моя внучка не вырастет и не устроится в жизни.

— Да, но к сожалению, у нас нет такой возможности, — огорчает Алисия. — Папа работает в Лондоне, а чтобы купить здесь квартиру, нам потребуется очень много денег.

— Знаю, но я бы очень этого хотела.

— Увы, мы не настолько богаты, чтобы так легко все бросать и переезжать сюда. Иногда нам вообще не хватает денег на перелеты, и мы вынуждены отменять какие-то поездки.

— Я, конечно, и сам не богач, но все же помогу вам оплатить перелет, если вы захотите приехать сюда и навестить Ракель, — дружелюбно обещает Фредерик. — Дам сколько смогу… А если понадобится, возьму у кого-то в долг. У меня есть хорошие друзья, которые не откажут мне в этой просьбе.

— Вы всегда были очень добры к нам, мистер Кэмерон, — бросает легкую улыбку Тиффани.

— Не беспокойтесь, если у вас возникнут проблемы, я помогу вам оплатить перелет и проживание в гостинице.

— Ох, да вы просто золотой человек!

— Приятно это слышать.

— И кстати, спасибо вам большое за то, что вы взяли организацию похорон на себя. За то, что позволили нам внести только лишь половину суммы. И не думать о поиске места на кладбище.

— Да, мистер Кэмерон, спасибо вам огромное, — дружелюбно благодарит Тимоти. — Поскольку наша дочь жила с мужем, то пусть будет похоронена здесь, в Кингстоне. А мы будем приезжать время от времени и проверять ее могилу.

— Мы с вами не чужие друг другу люди, мистер Томпсон, — уверенно отвечает Фредерик. — Может, наши дети и погибли, к огромному сожалению, но мы все равно останемся семьей. Нас всегда будет объединять Ракель. Эта маленькая невинная девочка, которая сейчас особенно сильно нуждается в нашей любви и нашей заботе.

— Вы правы, — соглашается Алисия. — У нас всегда были прекрасные отношения, и мы никогда не конфликтовали по каким-то причинам.

— Все это время мы держались вместе и помогали друг другу пережить это горе. И лично я безмерно благодарен вам за это. Потому что одному мне было бы намного сложнее пережить смерть сына и невестки.

— Согласен! — восклицает Тимоти. — Так что мы должны продолжать держаться вместе, воспитывать Ракель и стараться давать ей все необходимое. Моя внучка должна получить от нас всю любовь, какую уже не получит от своих покойных отца и матери.

— Моя маленькая девочка – единственная причина, которая сейчас может заставить меня улыбаться и продолжать жить, — издает тихий всхлип Тиффани.

— Она для всех нас – причина, чтобы помнить о том, что жизнь продолжается, — задумчиво говорит Фредерик. — Мы должны двигаться дальше… Даже несмотря на такую страшную потерю. Хотя бы ради Ракель. Ради нашей маленькой девочки, которая, к сожалению, уже никогда не получит любви матери и отца.

Алисия молча вздыхает и вместе с родителями и Фредериком бросает грустный взгляд на некоторых друзей и знакомых Джексона и Элизабет, которые постепенно покидают кладбище после того как еще раз выражают семье погибших свои соболезнования. А когда рядом с могилами двух людей, что погибли из-за несчастного случая, не остается никого, кроме них, Фредерик, Алисия, Тимоти и Тиффани остаются здесь еще на некоторое время, позволяя себе тихо плакать и разговаривая с усопшими с надеждой, что те услышат их, и желанием выразить свои эмоции, которые совсем не хочется прятать где-то глубоко внутри.

***

— Тот год определенно был для вас самым тяжелым, — с грустью во взгляде отмечает Ракель. — И мама с папой погибли, и Гильберт был убит, и вас чуть не посадили…

— Верно… Тот год был буквально проклятым.

— Да…

— Очень жаль, что все так получилось. Что моя сестренка покинула нас. — Алисия нервно сглатывает. — Порой мне не хватает разговоров с ней. Хотя боюсь, что она начала бы осуждать меня за все мои грехи, о которых Элизабет никогда не знала.

— Я понимаю вас, тетя, — мягко произносит Ракель, держа Алисию за руки, и тяжело вздыхает с грустью во взгляде. — Всегда трудно терять своих близких… Уж я-то прекрасно знаю, что это такое…

— Поэтому мы с твоим дедушкой всегда говорим тебе, что нужно ценить те моменты, которые ты проводишь с близкими. Потому что когда они погибнут, то ты начнешь жалеть, что не уделяла им намного больше внимания.

— Я знаю. И сама бы очень хотела, чтобы мои родители оказались рядом со мной… — Ракель бросает короткий взгляд в сторону. — Иногда я мечтаю, чтобы вся наша семья была вместе. Я, мама с папой, вы с дедушкой Фредериком… Бабушка Розелла, о которой дедушка очень много рассказывал… Бабушка Тиффани с дедушкой Тимоти… И ваш муж Доминик, который точно оказался бы потрясающим человеком и смог бы поладить со мной…