— Живи, гаденыш, ЖИВИ! — низким голосом сквозь зубы цедит Даниэль, склонившись над Питером и сжав пальцами его челюсть. — Если, блять, посмеешь, сдохнуть, я тебя прикончу! Слышишь, ПРИКОНЧУ! НЕ СМЕЙ, СУКА, МЕНЯ КИДАТЬ! Если будет надо, я отправлюсь за тобой и за шкирку притащу тебя сюда. НА ВСЕ ПОЙДУ, ЕСЛИ СЕЙЧАС НЕ ЗАДЫШИШЬ И НЕ ЗАКРЯХТИШЬ!
В этот момент в небе сверкает яркая молния и тут же раздается оглушительный и протяжный раскат грома.
— Мы все должны искренне этого захотеть! — уверенно говорит Ракель. — Если будет хотеть одна Хелен, ничего не получится.
— Не только Хелен, — отвечает Наталия. — Я тоже хочу. Хочу, чтобы мой друг остался жив.
— И я об этом мечтаю, — добавляет Анна.
— Я тоже, — в один голос уверенно произносят Даниэль, Терренс и Эдвард.
— Черт, может, я что-то делаю не так? Это первый раз, когда я пытаюсь кого-то реанимировать! Вдруг я делаю ему только хуже?
— Нет-нет, у тебя отлично получается, — уверенно говорит Эдвард. — Ты молодец, Анна! Продолжай в том же духе!
— У тебя тоже, Наталия! — восклицает Терренс. — Ты молодец! Вы обе делайте все правильно! Не останавливайтесь! Пока он не начнет дышать! Пока не появится сердцебиение!
— Я тоже делаю это в первый раз! — взволнованно признается Наталия. — Так, как нам говорили в школе!
— Давайте, девчонки, давайте! — взмаливается Даниэль. — Не сдавайтесь на полпути! Идите до конца!
— Пожалуйста, девочки, пожалуйста… — срывается на крик Хелен. — ПОЖАЛУЙСТА!
Сэмми все-таки удается вырваться из объятий Эдварда и рвануть к Питеру, в лицо которого он начинает тыкаться носом, своим жалобным поскуливанием словно умоляя парня вернуться и не оставлять его и его хозяйку Хелен, которая горько рыдает и истошно кричит, склонившись над казалось бы бездыханном телом своего возлюбленного, пока ее подруги прикладывают все усилия, чтобы спасти его.
— Черт, сердцебиения все еще нет! — ругается Ракель после того как проверяет пульс на шее Питера и подносит руку к его носу для проверки дыхания. — Дыхание я тоже не чувствую.
— Нет, Питер, пожалуйста, не делай этого… — отчаянно взмаливается Хелен. — Пожалуйста, не бросай меня… Прошу…
— Давай же, Пит, давай… — с дрожью в голосе взмаливается Наталия. — Давай… Дыши…
— Ну же, приятель, давай, давай! — едва сдерживает слезы Анна. — Пожалуйста… Пожалуйста…
— Черт, а если это правда конец? — опасается Эдвард, широко распахнутыми глазами окинув всех взглядом. — Вдруг он уже одной ногой в могиле?
— Нет… — дрожащим голосом произносит Даниэль и резко мотает головой. — Нет-нет-нет-нет… Этого не будет… Не будет! Мы не позволим!
— Давай же, Питер, давай! — решительно настаивает Терренс. — Ты не можешь умереть! Не можешь нас бросить! Как бы то ни было, но ты все еще нам нужен.
— Господи, пожалуйста, помоги… — себе под нос шепчет Хелен, прикрыв глаза. — Прошу, не оставляй Пита… Помоги ему… Не дай ему умереть, я Тебя очень прошу. Прости ему все ошибки. Прости… Пожалуйста, господи, пожалуйста…
Небо озаряет настолько яркая молния, что на мгновение кажется, будто внезапно наступил день, а все присутствующие резко вздрагивают от очередного раската грома, уже давно перестав обращать внимание на сбивающий с ног ветер.
— Давай же, мой хороший, давай, открой глаза… — душераздирающе рыдает Хелен, гладя Питера по голове. — Пожалуйста, милый, пожалуйста… Ты мне нужен… Я не смогу без тебя… П-п-пожалуйста, Пит, пожалуйста…
— Не сдавайся, Питер, не сдавайся! — настаивает Эдвард. — Давай же! Давай! Борись! Борись до победного!
— Ты нужен нам! — восклицает Ракель. — Нужен всем нам! Мы все тебя очень любим, несмотря и на что.
— Что бы ни случилось, мы всегда рядом! — уверяет Наталия.
— Однажды ты уже справился, так справься и сейчас! — требует Анна. — Ты сможешь! Ты должен! Обязан!
— Не останавливайтесь, девчонки! — требует Терренс. — Не останавливайтесь! Вы сможете! Давайте! Давайте!
— Пожалуйста, брат, вернись! — взволнованно умоляет Даниэль. — Вернись! Не смей умирать! НЕ СМЕЙ!
Даниэль кладет руку на плечо Питера и крепко его сжимает.
— Я тебе не разрешал подыхать! НЕ РАЗРЕШАЛ, СУКА! Я тебя не отпускал! Слышишь, НЕ ОТПУСКАЛ! Можешь делать со мной что хочешь, но я, блять, не успокоюсь до тех пор, пока ТЫ, ГРЕБАНАЯ МУДИЛА, НЕ ОТКРОЕШЬ ГЛАЗА И НЕ ЗАДЫШИШЬ! СЛЫШИШЬ МЕНЯ, КОЗЕЛ? НЕ СМЕЙ МЕНЯ КИДАТЬ! НЕ СМЕЙ!
Пока Анна и Наталия продолжают делать то, что они делают, Даниэль выкрикивает имя Питера настолько громко, насколько это возможно, не беспокоясь о состоянии своих голосовых связок. После чего с учащенным от волнения дыхания переглядывается с Эдвардом и Терренсом, и сами сидящие бледные, замершие и пребывающие в ужасе от того, что вот-вот потеряют друга, к которому не могу относиться равнодушно, несмотря ни на что. В этот момент порывы ветра в очередной раз усиливаются и с еще большей яростью сносят со своего пути даже то, что не удалось снести в прошлые волны. Впрочем, это совсем не волнует никого из друзей, начавших драть глотки, наперебой издавая все более душераздирающие крики и умоляя Роуза вернуться и до последнего бороться за жизнь.
***
Голос Даниэля, выкрикивающего его имя, доходит до Питера сквозь какую-то толстую глухую стену и заставляет резко обернуться на источник звука, вглядываясь широко распахнутыми глазами в одну точку, в бесконечную дорогу в пустынной местности.
— Даниэль?! — не веря своим ушам, словно в замедленном действии произносит Питер и начинает тяжело дышать из-за нехватки кислорода в легких.
— Надо же, походу, этот крутыш тоже тебя нашел… — с загадочной улыбкой предполагает Теодор.
— И явно переживает не меньше девчонки! — бодро подмечает близнец Питера.
— У него там с Хелен, походу, негласное соревнование, кто громче завопит, и кто первый сорвет себе голос.
— Да уж… А то «я никому не нужен, всем на меня по хер» и прочая подобная херня.
В какой-то момент Питер дотрагивается до своего плеча с чувством, будто кто-то крепко его сжимает. Затем он бросает взгляд на свои руки, почувствовав, как их согревает какое-то приятное тепло. Как будто в том мире сейчас кто-то крепко держит его за них и наглаживает их. А сильный ветер обдувает его волосы, пока мужчина медленно переводит взгляд на заволоченное серыми облаками небо.
— Ну что, приятель, все еще думаешь, что остаться здесь – хорошая идея? — удивленно спрашивает Теодор, скрестив руки на груди.
— Я сожалею, Даниэль… — переведя влажный от слез взгляд вдаль, шепчет Питер. — Но я не вернусь… Мне очень жаль… Прости меня, если сможешь. За все.
«ПОЖАЛУЙСТА, ПИТЕР! — раздается приглушенный женский голос, принадлежащий рыдающей Хелен. — НЕ БРОСАЙ МЕНЯ! ПРОШУ ТЕБЯ!»
«Если не вернешься из мира мертвых сам, клянусь, я вытащу твою задницу оттуда НАСИЛЬНО! — тут же слышится угрожающий голос Даниэля. — Я ЭТО, СУКА, СДЕЛАЮ!»
— Воу-воу, какие там бразильские страсти разгорелись! — хихикает близнец Питера. — Чувствуют ребята, что тебе осталось всего четыре минуты. Четыре минуты, и они будут рыдать уже над твоим трупом.
— Я готов… — низким, слегка дрожащим голосом произносит Питер. — Готов остаться здесь. Мое время пришло.
— Ахерел что ли? — возмущается Теодор. — Люди вон глотки из-за тебя дерут, а ты подыхать хочешь!
— Это все обман… Иллюзия! Вы хотите заставить меня поверить, будто все эти слова реально сказали в мире живых. Как будто меня правда кто-то пытается вернуть.
— Как видишь, пытаются. И если ты сейчас сдашься, то они будут очень расстроены.
— Да и как и вы прикажете мне жить? — психует Питер, размахивая руками. — Как? Как жить с таким грузом? Со всеми этими воспоминаниями, которые я не хотел возвращать! Зачем вы заставили меня это сделать? ЗАЧЕМ? Я ЭТОГО НЕ ХОТЕЛ!
— Если хочешь построить с людьми нормальные здоровые отношения, то ты должен был выяснить причину всех своих проблем, — заявляет Теодор. — Я неоднократно намекал тебе на это, но ты всегда давал категорический отказ. Тебя все устраивало. Устраивала перспектива быть для всех эгоистичной сукой с кучей проблем разного рода.
