— Пф, а разве ты когда-нибудь был хорошим? — ухмыляется Эдвард.

— Могу задать тебе тот же вопрос.

— Я смотрю, ты тоже в восторге от происходящего! Вон как глаза блестят, пока мы вынуждены возиться с этим придурком!

— Не каждый же день можно поиграть в преступника и поучаствовать в похищении человека, о котором никто не должен узнать.

— Я и говорю, ты в полном восторге!

— Да уж, дал отец идею на свою голову! Мало того что от матери схлопотал, так еще и ты оживился.

— Ага, а ты типа остался равнодушным! Не дают роль злодея в кино, так почему бы не сыграть его в реальной жизни.

— Ар-р-р, и все ты, блять, знаешь, крысеныш!

— Я всегда знаю, что у тебя в башке.

— Как и я знаю, чего ожидать от тебя.

К этому моменту Эдвард и Терренс заканчивают связывать ноги и руки Питера, чтобы спокойно отвезти его в нужное место.

— Ну что, думаешь, не развяжет себя? — неуверенно спрашивает Эдвард.

— Будем надеяться, — резко выдыхает Терренс. — Еще надо заткнуть ему рот, чтобы не орал особо.

— Пф, это мы сейчас сделаем!

Эдвард достает из упаковки одну из новеньких тряпок, сворачивает ее пару раз и затыкает ею рот Питера.

— Эй, ты только нос ему не заткни! — восклицает Терренс. — А то еще кони двинет!

— Не двинет, не парься, — уверяет Эдвард.

— В таком виде его остается только запихивать в багажник. У нас будут проблемы, если народ заглянет в окно твоей тачки и увидят это чудо.

— Надеюсь, его тушке там хватит места.

Эдвард поднимается на ноги, быстрым шагом подходит к своему автомобилю, открывает багажник и перекладывает кое-какие вещи оттуда на заднее сиденье.

— Теперь вроде бы должно влезть… Если засунуть его сюда в позе эмбриона.

— Тогда топай сюда и помогай! — восклицает Терренс. — Я один его тащить не собираюсь! У меня спина еще ноет!

— Уже бегу, король пингвинов и павлинов! — Эдвард подбегает к Терренсу, который в этот момент уже успел подняться на ноги. — Давай, на счет «три!» Три-и-и-и…

Терренс и Эдвард поднимают обмякшее тело бессознательного Питера за мышки и ноги и совместными усилиями доносят его до открытого багажника, куда они быстро укладывают парня, немного согнув его, чтобы он мог уместиться внутри отсека. А после того, как МакКлайф-старший немного поправляет тряпку на лице Роуза, младший закрывает багажник и резко выдыхает.

— Поехали! — делает подзывающий жест Эдвард. — Времени мало! Надо успеть, пока он в отрубе!

Не теряя времени, Эдвард пулей садится на водительское сиденье, пристегивает ремень безопасности и заводит мотор, пока Терренс удобно устраивается на пассажирском и бросает короткий взгляд назад, мельком заметив оставшуюся на заднем сиденье спортивную сумку Даниэля, но и немало вещей, которые его брат только что вытащил из багажника.

— Надо было сказать Перкинсу, чтобы он забрал свою сумку, раз уж поехал к себе домой, — задумчиво говорит Терренс, пристегивая ремень безопасности.

— Ничего, пускай лежит, она нам не мешает, — спокойно отвечает Эдвард. — Приедет потом и заберет.

Включив первую скорость с помощью коробки передач, Эдвард начинает движение вперед, плавно давя на педали газа и сцепления, чтобы без проблем проехать по той же дорожке, по которой и приехал сюда некоторое время назад. Хоть он и не конца уверен в том, что едет правильно, тем не менее спустя некоторое время парень благополучно выбирается из лесистой местности и выбирает момент, чтобы без проблем выехать на шоссе, где к этому времени уже проезжает гораздо большее количество транспортного средства.

— О, хорошо, что мы догадались спрятать Роуза в багажнике, — резко выдыхает Терренс. — Вон сколько машин на дороге! Сколько потенциальных свидетелей!

— Ничего, тут не очень далеко, — успокаивает Эдвард. — Пара минут – и уже будет нужный поворот. Самое главное ­– чтобы здесь не было полицейских, которые могут заставить открыть багажник.

— Главное – успеть до того, как Роуз очухается. А то сейчас начнет там тарабанить по дверце багажника и привлекать к себе внимание.

— Я и так еду на максимально разрешенной скорости. — Эдвард меняет скорость с помощью коробки передач. — И молюсь о том, чтобы на шоссе не было никаких пробок.

— Навигатор показывает, что шоссе абсолютно свободное, — задумчиво говорит Терренс, что-то проверяя на сенсорном экране навигатора, установленного на приборной панели. — До нужного места и правда не придется долго ехать. А оттуда до дома Перкинса и вовсе рукой подать.

— Как только Роуз и Маршалл встретятся, мне придется ехать на заправку, а не домой к Перкинсу. А иначе вам вдвоем придется толкать мою тачку до самого дома родителей.

— Нет, спасибо, лучше уж поедем на заправку! — приподнимает руки Терренс. — У меня и так все болит! У Питера-Теодора в этот раз было ничуть не меньше дури, чем в доме Маркуса.

— Согласен, отхерачил он нас нехило… — устало вздыхает Эдвард. — И сил отнял немало…

— Благо, к концу всего этого он и сам уже едва ползал и бил не так сильно.

— Или он просто обосрался. Ведь мы и нож выбросили, и связали его, и припугнули маленько…

— И все-таки мне кажется, его истерика была настоящей, — предполагает Терренс, облокотившись локтем о дверцу пассажира и запустив пальцы в слегка спутанные волосы. — Питер реально наложил кирпичей в штаны.

— А вдруг это было притворство?

— По-твоему, его слезы были фальшью? Вон он как рыдал! Аж сосуды в глазах полопались! И голос от истошных криков в конце практически сел.

— Не знаю, Терренс… — Эдвард стучит пальцами по рулю, который он держит обеими руками. — Может, ты и прав. Орал он, конечно, знатно…

— Почему-то у меня складывается впечатление, что Даниэль знает что-то еще. Можно сказать, он попал в точку, когда сказал, что будь он девчонкой, мы бы засунули член Роузу в рот, чтобы заткнуть.

— Полагаю, не зря Перкинс все это время делал такой акцент на сексе и всем, что с ним связано.

— Да уж… Начинаю все больше верить, что в этом что-то есть. Что проблемы Пита в отношениях с девушками имеют куда более глубокие корни.

— Согласен… По мне, такая реакция на подобные слова не совсем нормальная. Для парня. Не каждый ведь день ему в рот и в зад хотят запихнуть член.

— Точняк! Я даже могу выдвинуть предположение, что однажды с Питером такое уже происходило.

— Ты думаешь, Питера реально раздели, поставили раком и заставили кому-то отсасывать? — округляет полные ужаса глаза Эдвард.

— Его одноклассники сто пудов были на это способны. Вряд ли дело ограничивалось лишь обзываниями, кражей вещей, запиранием в шкафчике или женском туалете и всем таким. Там вполне могли быть и куда более жестокие издевательства.

— Вполне логично… Не зря ведь Питер вот так отреагировал, когда мы начали делать вид, будто реально хотим оттрахать его во все дырки.

— Но тогда вопрос, почему Даниэль ведет себя так, будто точно что-то знает? Почему он с первого же раза попал в точку? Почему называл его импотентом? Почему он намекал на неправильную ориентацию?

— А прикинь, если Перкинс уже когда-то делал что-то подобное! — восклицает Эдвард.

— И на хера? Он ведь гетеросексуал от мозга до костей!

— Не знаю… Но должна быть какая-то причина, почему он так легко положил начало его истерике.

— У меня пока что только одно предположение: Перкинс просто угадал. Попал в яблочко. Хотя и не знал, что Питера могли насильно чпокнуть какие-то отбитые ублюдки, которым не хер делать.

— Слышь, а если вся эта херня как связана с его заблокированными воспоминаниями? — Эдвард бросает короткий взгляд на Терренса. — Вдруг слова Дэна как раз-таки помогли ему что-то вспомнить или почувствовать?

— Возможно! — кивает Терренс. — Питер ведь говорил, что испытывает страх перед парнями. А раз члена у девчонок нет, значит… Остается предположить, что… Этого парня вполне могли изнасиловать.

— Бр-р-р, жуть какая… — слегка морщится Эдвард.