— Твою мать, я больше не могу… — с учащенным дыханием дрожащим голосом произносит Питер. — Рука устала держать… Черт! Я не больше не могу!

Крик Питера становится еще более душераздирающим, когда камень настолько сильно трескается, что ему остается совсем немного до неминуемого падения с большой высоты.

— ПОМОГИТЕ, КТО-НИБУДЬ! НА ПОМОЩЬ! ВЫТАЩИТЕ МЕНЯ ОТСЮДА!

Питер изо всех сил пытается зацепиться за держащийся на честном слове камень и второй рукой. Когда ему это с трудом удается, он отчаянно пытается подтянуться. Но именно в этот момент камень не выдерживает такого давления и окончательно ломается. Из-за чего парень с оглушительным визгом и замершим сердцем оказывается в свободном полете, протянув руки к верху и уставив широко распахнутые глаза в одну точку. Однако в самый последний момент, к его радости, кто-то хватает его за запястье и начинает крепко удерживать. Этим спасителем оказывается Эдварда, который сначала видел все происходящее издалека, а затем услышал крики о помощи и прибежал сюда, чтобы помочь, даже прекрасно осознавая, что вряд ли получит после этого какую-то благодарность.

— Эдвард! — отчаянно вскрикивает Питер. — Эдвард, вытащи меня отсюда! Помоги мне! Я не хочу умирать!

— Не бойся, я тебя держу! — восклицает Эдвард. — Подтягивайся!

— У меня нет сил! Я устал!

— Я не могу тянуть тебя один. Ты тоже должен мне помочь!

— Не отпускай руку! — громко тараторит Питер. — Не отпускай! Я не хочу умирать!

— Хватит болтать, нытик! Подтянись!

Эдвард изо всех сил тянет Питера на себя, пока тот довольно тяжело дышит и смотрит на него полными испуга, широко распахнутыми глазами, крепко вцепившись пальцами в его руку.

— Не смотри вниз! — предупреждает Эдвард. — Не смотри вниз, говорю!

— Быстрее, парень, быстрее! — вскрикивает Питер. — Я боюсь высоты! У меня голова кружится!

— На меня смотри! Смотри на меня! Все будет хорошо!

Эдвард еще сильнее тянет Питера на себя.

— Подтянись еще! Я не могу тебя схватить! Ты слишком далеко!

— У меня сейчас руки отвалятся!

— Хватит хныкать как девчонка! Делай что тебе, блять, говорят!

— НЕ-Е-ЕТ! — взвизгивает Питер, когда его рука немного выскальзывает из хватки Эдварда. — НЕ ОТПУСКАЙ! НЕ ОТПУСКАЙ! Я НЕ ХОЧУ УМИРАТЬ!

— Сказал же, хватит ныть! — хмуро бросает Эдвард. — Лучше помоги мне вместо того, чтобы чесать языком!

— ПОМОГИ МНЕ, ПРОШУ ТЕБЯ!

Эдвард раздраженно рычит и снова изо всех сил тащит на себя Питера, в этот момент вцепившийся ему в запястье пальцами обеих рук.

— ПОЖАЛУЙСТА! — вскрикивает Питер после того, как бросает взгляд вниз. — ТУТ ОЧЕНЬ ВЫСОКО!

— Потерпи, осталось немного! — успокаивает Эдвард. — Давай же, блондин, соберись! Поднажми!

Еще пару-тройку раз потянув Питера на себя, Эдварду удается выбрать момент, чтобы схватить его за шиворот и уже без особых проблем вытащить парня наверх. Почувствовав под ногами землю, обессиленный блондин камнем ложится на нее и начинает очень часто дышать, пока все его мышцы содрогаются от болезненного напряжения. Тем временем сам МакКлайф-младший опускается на колени и также пытается отдышаться, согнувшись пополам с чувством небольшой усталости после долгого бега и попытки спасти человека от падения с высоты.

«Че, дебил, допрыгался? — ехидно усмехается Теодор, склонившийся над Питером, уставивший усталый взгляд на хмурое небо. — Опять дураку повезло! Еще бы немного – и от тебя бы живого места не осталось!»

— Ну что, успокоился наконец? — с учащенным дыханием спрашивает Эдвард. — Или махач еще продолжатся?

Питер ничего не говорит и несколько секунд продолжает отходить от произошедшего. А в какой-то момент, пока Эдвард поднимается на ноги и настороженно смотрит на него, понимая, что на этом вряд ли все закончится, Роуз начинает ехидно смеяться.

— Ах, МакКлайф, МакКлайф… — произносит Питер и медленно принимает сидячее положение. — Какой же ты дебил… Просто наивный дебил…

— Если думаешь, что я ничего не понимаю, то спешу тебя огорчить, — решительно заявляет Эдвард.

— Нет, ты ничего не понимаешь… Не понимаешь, как сильно ты сейчас влип.

Питер поднимается с земли, слегка пошатнувшись из-за слабости в ногах, которую он, однако, решает игнорировать.

— Зря ты приперся сюда один. Очень зря…

— Ты меня прекрасно знаешь, Теодор, — расставляет руки в бока Эдвард. — Я борюсь до конца, даже когда мне некому помочь. Когда я чувствую, что в любую минуту могу сдохнуть.

— И что, твои штанишки еще не намокли? Не страшно от того, что твоих защитничков рядом нет?

Питер с гордо поднятой головой подходит поближе к Эдварду и уставляет пристальный взгляд в его хитрые глаза.

— Твой братик далеко и не сможет спасти твою задницу. Не встанет за тебя горой так, как делает это всегда.

— Самое главное – он сейчас в безопасности, — отмечает Эдвард. — Потому что ты здесь, со мной. А уж я разберусь с тобой в два счета, если посмеешь меня хоть пальцем тронуть.

— О, а ты думаешь, я не посмею?

— Посмеешь – получишь жесткий ответ. Я тебе не мальчик для битья, которого ты можешь легко завалить.

— Тут я вынужден с тобой согласиться.

Питер начинает наматывать круги вокруг Эдварда.

— Тебя и твою компашку трудно завалить, ибо вы брыкайтесь как кошки. Царапайтесь и кусайтесь, даже когда вас повалят и прижмут мордой к земле.

— Когда ты вздумал нас прикончить, то должен был это учесть. И помнить, что никто из нас не станет молча терпеть то, как ты убиваешь нас и близким нам людей.

— Моя вина, признаю, — хитро улыбается Питер. — Моя вина в том, что я не успел ничего продумать. Если бы у меня был план, то от вас бы уже давно остались одни кости.

— Смотри, как бы одни кости не остались от тебя, блондин. — Эдвард скрещивает руки на груди. — А ты, я так понимаю, очень этого боишься.

Эдвард ехидно усмехается.

— Вон как обосрался от страха, когда чуть не упал с обрыва. Твою бледную и испуганную рожу надо было видеть.

— Кстати, об этом…

Питер обходит Эдварда и со спины хватает его за шиворот.

— Между прочим, это очень хорошее местечко для того, чтобы расквитаться с тобой без шума и пыли. Мне будет достаточно просто толкнуть тебя к краю и выписать смачный пендель, чтобы твоя тушка отправилась в свободный полет.

— Будешь выкобениваться – я лично тебя скину с этого обрыва, — низким голосом угрожает Эдвард. — Откуда я тебя, кстати, и вытащил.

— Попробуй. — Питер грубо хватает Эдварда за волосы и так сильно их оттягивает, что тот слегка морщится. — Попробуй. Только у тебя ничего не получится.

— С чего ты это взял?

Эдвард локтем врезает Питеру в солнечное сплетение, резко разворачивается к нему лицом и хватает за безрукавку.

— Думаешь, я ничего не могу? Не могу надрать тебе жопу и даже прикончить?

— Кишка будет тонка, — ехидно усмехается Питер. — Ты же трус. Трус, который ахереть как трясется за свою шкуру. Можешь наложить в штаны от одной только мысли, что тебе придется вернуться в тюрьму, которой ты чудом смог избежать.

— Ради безопасности и спокойствия моих близких я сам туда отправлюсь, если мне придется пойти на преступление.

— Ах, как это благородно… — закатывает глаза Питер.

— Кстати, забыл сказать, что произошедшее с тобой – это мой маленький план, который сработал на ура.

— Я уже понял. Понял, что меня специально пытались заманить куда-то.

— И ты поддался на мои провокации.

Эдвард грубо отталкивает Питера от себя и сам начинает ходить вокруг него с гордо поднятой головой.

— Ты хоть и сомневался, но все равно шел на звуки, которые я издавал. И был уверен, что ты не заметишь тот склон и тотчас скатишься по нему кубарем. Попадешь прямо в ловушку.

— Ар-р-р, вот гнида поганая… — с раздраженным рыком сжимает руки в кулаки Питер. — Все-таки хотел меня убить… Я был в этом уверен.