— А домой к нему ездила? — уточняет Анна.

— Сегодня рано утром заглядывала, но никакого толку. Соседки уже говорят, что мне бессмысленно приходить туда, потому что Роуза видят теперь очень редко.

— Похоже, парни были правы в том, что теперь он будет бегать от нас как только можно, — предполагает Наталия.

— Будет весело, если он специально покинул свою квартиру и решил пожить в другом месте, сняв какое-нибудь жилье, — задумчиво говорит Ракель, положив свою бутылку в сумочку.

— Вот честно, девчонки, я не знаю, что делать, — разводит руками Хелен. — Не знаю! У меня все больше опускаются руки!

— Нет-нет, дорогая, не отчаивайся, прошу тебя, — мягко просит Анна, погладив Хелен по руке.

— Господи… Парни так на меня надеются, а я совершенно бессильна и не могу ничем им помочь. Не могу вернуть им друга. — Хелен тяжело вздыхает. — От которого они вот-вот откажутся по своей воле.

— Они думают об этом лишь потому, что всерьез боятся за свою жизнь и не видят смысла помогать тому, кто отвергает попытки людей сделать как лучше, — отвечает Ракель. — Если бы Питер дал понять, что ему нужна помощь, парни бы вон из кожи полезли.

— Когда они сказали об этом желании, то мое сердце было разбито. Разбито от мысли, что Питер по своей же глупости теряет близких. Хочет остаться совсем один.

— В любом случае даже если они решили попытаться достучаться до него в последний раз, никто не собирается сдаваться просто так, — уверенно говорит Наталия. — Эдвард, Терренс и Даниэль пойдут до конца, лишь бы ты и Питер наконец-то встретились.

— Как бы он в гневе ничего с ними не сделал. Он ведь сказал ребятам, что если они еще раз к нему сунутся, то им несдобровать.

— Наши мужчины сильные и бесстрашные, Хелен, — одобряюще улыбается Анна. — Они, несомненно, справятся. Я в них уверена.

— Я не сомневаюсь. Но все равно переживаю. Переживаю, что они могут стать первыми жертвами Пита. Который вполне может пойти по стопам отца…

Видя, как Хелен едва сдерживает слезы и выглядит очень опечаленной, Сэмми жалобно подает голос и мягко кладет лапу ей на колено.

— После того что они пережили парни готовы уже ко всему, — подмечает Ракель. — Не знают, чего ожидать от Питера.

— Надо только подловить момент, когда Питер – это Питер, а не Теодор, — добавляет Наталия. — Когда он выглядит нормальным здравомыслящим человеком.

— Он был таким до того как ребята сказали, что я жива, — задумчиво говорит Хелен. — А потом его опять понесло.

— Значит, парни это учтут и будут действовать иначе. Не прибегая к упоминанию о тебе.

— Боюсь, после такого нормальным он уже не станет. Вон как психанул! Наверное, если бы не люди вокруг, Роуз набросился бы на ребят с кулаками.

— Так или иначе Терренс, Эдвард и Даниэль уже поклялись нам, что не сдадутся, пока не добьются своей цели, — уверенно говорит Ракель. — Пока не станут свидетелями того, как ты подходишь к Питеру, а он видит тебя целой и невредимой.

— Господи, как он мог докатиться до такого? — недоумевает Хелен и подносит сложенные вместе ладони ко рту. — Как Питер мог восстать против своих лучших друзей? Которые были готовы ради него на все! Которые не давали ни одного повода усомниться в их намерениях!

— Мы хотим верить, что он этого не хочет, — с грустью во взгляде отвечает Анна. — Что им руководит его болезнь. Эмоции от мысли, что тебя больше нет.

— Я всем сердцем его люблю и не вижу рядом с собой никого, кроме него. Но в последнее время этот парень меня не на шутку пугает.

Сэмми в этот момент тихо и жалобно скулит.

— Прости, а он точно никогда не проявлял к тебе агрессию до тех обвинений в предательстве и лжи? — уточняет Наталия. — Может, ты чего-то не хочешь нам рассказывать?

— Нет, Наталия, такого никогда не было! — уверенно заявляет Хелен. — Единственное, что я заметила, это его разговоры с самим собой. Когда он меня не видел.

— Ты в этом уверена? — уточняет Анна.

— Уверена! Да, может, Питер когда-нибудь и хотел причинить мне вред, но он всегда сдерживал себя. Если хотел замахнуться, но видел меня перед собой, то мгновенно останавливался.

— Однако отрицать, что он этого хотел, нельзя, — отвечает Ракель.

— Поэтому я и переживаю. Боюсь, что однажды Питер перестанет себя сдерживать и захочет наброситься на меня так же, как сейчас кидается на парней.

— Нет, Хелен, думаю, тебя он сто процентов не тронет, — уверенно говорит Анна. — Он слишком сильно тебя любит.

— Не знаю, Анна… — тяжело вздыхает Хелен. — Вдруг его галлюцинации что-то ему там наговорят, и он забудет о всякой любви ко мне?

— Неужели ты хочешь сказать, что тоже думаешь отвернуться от Роуза, как и парни? — округляет глаза Наталия.

— Нет, конечно! Но его поведение и поступки заставляют меня напрячься и призадуматься, правильный ли я делаю выбор.

— В любом случае решение всегда будет за тобой, — мягко говорит Ракель, положив руку на руку Хелен. — Мы поддержим любое. Поддержим парней, если они решат порвать с Питером все отношения. Поддержим тебя, если ты поймешь, что не сможешь нести такую ношу.

— А как бы вы поступили, девочки?

Хелен грустным взглядом окидывает Ракель, Анну и Наталию.

— Что вы сделали, если бы ваши мужчины были на месте Питера? Вы бы нашли в себе силы остаться с ними?

— Я бы осталась с Терренсом, — уверенно говорит Ракель. — Хотя для не секрет, что он у нас и так далеко не милый и пушистый.

— И я бы не бросила Даниэля, — с легкой улыбкой заявляет Анна. — Которого мне трудно представить бегающим за кем-то с ножом в руках и угрожающим убить весь мир. К тому же, у него крепкая психика. Сколько бы трудностей у него ни было, они его не ломают.

— Я уже не могу представить себя без Эдварда, — качает головой Наталия. — И все еще удивляюсь его сила духа. Столько всего с ним произошло, но он не сломался и не озлобился.

Рядом сидящий Сэмми два раза уверенно подает голос.

— Вот и я не вижу себя рядом с другим мужчиной, — склоняет голову Хелен. — Когда я еще пыталась отогнать от себя зарождающие к нему чувства, то искала Пита в каждом парне, который пытался познакомиться и пригласить на свидание. Но… Не смогла. Если кому-то нравилась я, то кто-то не нравился мне.

— Просто поступай как считаешь нужным, — советует Ракель. — Взвесь все «за» и «против» и сделай то, что сделает тебя счастливой.

— Наверное, я поступлю как парни. Дам Питеру последний шанс. В последний шанс попробую вытащить его со дна. Привести в чувства.

— Это твое решение, милая, — мягко говорит Наталия. — Как ты захочешь, так и будет.

— Я понимаю, что не смогу вечно его спасать каждый раз, когда он захочет упасть. В первый раз у меня получилось. Может быть, получится во второй. Но дальше я могу не справиться. Возможно, даже больше не захочу.

— Если Питер очень-очень захочет выкарабкаться хотя бы ради тебя, то ты сможешь, — с легкой улыбкой говорит Анна. — Думаю, ему просто нужна мотивация наибольшей силы. А такую ему можешь дать только ты.

— Да, подружка, Даниэль, Эдвард и Терренс не могут дать Питеру настолько сильный стимул жить, как ты, — соглашается Наталия. — Стимул за что-то бороться.

— Если бы Маркус и его компания не заставили Питера поверить, что ты погибла, то он так бы не обезумел, — добавляет Ракель. — Все пошло коту под хвост с того момента, когда он якобы потерял тебя.

— Я знаю, Ракель, — задумчиво произносит Хелен.

Сэмми негромко подает голос и жалобно скулит.

— Да, мальчик мой, я понимаю, что ты по нему скучаешь. — Хелен мягко гладит Сэмми по голове. — Но что поделать, раз такая ситуация?

— Даже если это наша последняя попытка, мы будем как никогда решительны, — уверяет Наталия. — Так просто никто сдаваться не собирается.

— Вопрос только в том, сколько времени это займет, — добавляет Ракель. — Неделю, месяц, год, два…

— В любом случае Пит не сможет бегать от нас вечно, — отмечает Анна. — Рано или поздно он попадется кому-то на глаза. И ему придется выполнить наше требование. Последнее требование в случае, если мы сами решим с ним больше никогда не общаться.