— О, извините, сэр, а у вас не будет зажигалки? — вежливо спрашивает мужчина.
— А? — не сразу соображает Питер, став немного рассеянным под влиянием алкогольного напитка. — Что, простите?
— Огоньку не найдется? Хочется закурить, а зажигалку дома оставил! Может, у вас что есть?
— Я не курю. Зажигалки у меня нет.
— О, жаль… Извините…
Тогда мужчина обращается к только что подошедшему к нему бармену с точно таким же вопросом, а тот сразу же решает проблему, когда поджигает сигарету свой зажигалкой. После чего он благодарит парня и тут же заказывает для себя безалкогольный напиток, ведя себя так, будто это уже не первое его посещение, а все меню ему известно едва ли не наизусть. А пока сотрудник бара удаляется выполнять полученный заказ, незнакомец начинает украдкой наблюдать за Питером, что кажется ему очень уж чем-то подавленным и измотанным. Решив, что тому нужно с кем-то поговорить, он решает не отсиживаться молча и первым завести разговор.
— Плохой день? — интересуется мужчина. — Или неудачный период в жизни?
— А что, по мне так заметно? — неохотно спрашивает Питер, переведя пустой взгляд на мужчину.
— У вас в руках алкогольный напиток, вы здесь один, как я понимаю. Выглядите вы неважно… А значит, пришли сюда топить свое горе в крепких напитках.
— В чем проблема? — Питер выпивает немного из своего напитка. — Имею право расслабиться.
— Хм… Вряд ли слово «расслабиться» можно отнести к вашему случаю.
«Ну вот… — закатывает глаза Теодор. — А мы так хорошо сидели вдвоем… Ну и какого хера этот урод пристал к тебе? Чего не сидел себе спокойно и не втыкал в телефон или еще куда-то?»
— По-вашему, я не могу просто зайти в бар для того, чтобы пропустить по стаканчику и потом спокойно пойти домой или куда-то по своим делам? — сдержанно спрашивает Питер.
— Можете, конечно, — дружелюбно отвечает мужчина. — Но все же выпивкой увлекаться не советую. Ни к чему хорошему это не приведет.
— Спасибо, разберусь как-нибудь без прошеных советов.
Питер отводит хмурый взгляд в сторону и выпивает еще немного из своего стакана.
«Да, мужик, свали отсюда на хер! — восклицает Теодор. — Вон иди какую-нибудь девку охмури. Тут полно всяких молоденьких чикуль, готовые сделать для тебя все.»
— Если дело в расставании с девушкой, то это не повод напиваться, — отмечает мужчина, втянув в себя немного дыма от сигареты. — Утром проснетесь, а ничего не поменяется. Она к вам не вернется, если это было ее твердое решение.
— Причем здесь расставание с девушкой? — низким голосом спрашивает Питер.
— Потому что это одна из частых причин, по которой мужики приходят в такие места и напиваются в хлам. Как и тот факт, что они не могут и не хотят рассказать о том, что чувствуют.
— Не делайте таких однозначных выводов, сэр. Вы ничего обо мне не знайте.
— А мне и не надо знать. У вас на лице написано, что вы считайте эту жизнь полным, извиняюсь за выражение, дерьмом.
— Она и правда полное дерьмо. — Питер выпивает еще немного из своего стакана. — От которого я уже порядком устал.
— Черная полоса имеет свойство заканчиваться. Да, их может быть сотни и даже тысячи, но они не бесконечны.
— Не помню, чтобы она заканчивалась в моей. Всю жизнь бодаюсь с какой-то херней. То одно, то другое.
— С чем вы бодайтесь всю жизнь?
— С этим миром, — низким голосом хмуро произносит Питер. — С этим миром, который не принес мне ничего хорошего. Который только и делает, что пытается причинить мне боль. И забирает то, что делает меня чуть счастливее.
— И как это выражается?
— А вы что, решили организовать бесплатное консультирование у психолога? — тихо усмехается Питер. — Я вроде бы ничего такого не заказывал.
— Просто вижу, что вам нужна помощь.
— Я вообще-то о ней не просил. И очень бы хотел, чтобы все оставили меня в покое.
— Вы закрывайтесь от людей, потому что боитесь той боли, которую они вам причиняют?
— Только мазохисты любят, когда кто-то причиняет им боль. Но я не из таких. Я хочу любить, но меня никто не любит в ответ.
— А какие у вас отношения с близкими?
— Если вы про семью, то у меня ее нет. Я всю жизнь был сам по себе.
— Ну, как это нет? У всех же есть мамы, папы, братья, сестры, бабушки, дедушки…
— А у меня никого нет. Я один. Один в этом гребаном мире. Который лучше бы отправил меня на тот свет, чем вынуждал снова и снова страдать и забывать о надежде на спокойную жизнь в окружении любимых людей.
— Из любой ситуации есть выход. Даже из самой сложной. Просто человек должен захотеть его найти. Ну а вы, похоже, к этому совсем не стремитесь. У вас во всем виноваты люди вокруг, а сами считайте себя святым.
— Ха, да я самый святой и невинный человек на этом свете! — презрительно усмехается Питер и делает глоток из стакана. — Но видно, сейчас на хер кому сдались доброта, любовь, уважение… Чтобы выжить, нужно быть сукой. Самой настоящей сукой, которая ходит по трупам.
— Хорошо, — задумчиво произносит мужчина и тушит маленький окурок об пепельницу, что стоит перед ним. — А после какого случая вы перестали доверять людям и решили, что быть добрым – есть плохо?
— Слушайте, чего вы ко мне пристали? Не собираюсь я разговаривать с вами о своей жизни! Это мое дело, и я сам со всем разберусь! И никакие психологи, психиатры и прочие врачи мне не нужны! Я здоров!
«Тем не менее кое-что в его словах есть, — с хитрой улыбкой отмечает Теодор. — Он как будто читает мои мысли и пытается вдолбить их тебе в башку.»
— Ничто в этом мире не происходит просто так, — подмечает мужчина. — У всего есть объяснение. Человек не просто так закрывается от людей, проявляет агрессию, замыкается в себе и упускает все шансы изменить что-то к лучшему.
— Меня все устраивает, — холодно бросает Питер.
— Вы в этом уверены?
— Да, я уверен! Еще вопросы будут?
— Раз вы проявляйте подобного рода агрессию, значит, я иду в верном направлении и нащупываю верные точки.
— Я не проявляю к вам агрессию и нормально с вами разговариваю.
— Полагаю, кто-то однажды сильно наплевал вам в душу и задел ваши чувства, раз вы предпочитайте прятать их глубоко в себе. Думайте, что таким образом больше никто не обесценит ваши переживания, не будет над ними смеяться и говорить, мол вы сами во всем виноваты.
— Да тут хер чего скроешь, раз все знают обо мне намного больше, чем я сам!
— Поэтому нам иногда нужно поговорить с кем-нибудь, чтобы разобраться в себе и понять, чего мы хотим и в каком направлении двигаться дальше.
— Я не хочу ни с кем разговаривать, — сухо отвечает Питер. — Пусть этот мир начнет воспринимать меня невидимкой. Пусть все от меня отстанут и перестанут что-то требовать. Я просто хочу пожить спокойно и тихо сдохнуть.
— Знайте, хоть в моей жизни тоже происходили трагедии, я все равно нахожу в себе силы жить. Не закрываюсь от людей, говорю им о том, что чувствую, стараюсь проговаривать свои проблемы с тем, кому доверяю…
— Извините, но мне неинтересно, какие трагедии происходили в вашей жизни. Меня волнует только моя жизнь.
— Прошло уже несколько лет с тех пор, как в авиакатастрофе погибла моя девушка, которую я очень любил. Самолет начал резко терять высоту и врезался носом в землю. Тогда выжила большая часть людей. А вот она погибла прямо на месте. Получила смертельную травму головы. Я до сих пор очень сильно по ней скучаю и не могу ее забыть. Но вместе с этим я продолжаю жить нормальной жизнью после того, как прошел все стадии горевания.
— Соболезную, — без эмоций произносит Питер и выпивает немного из своего напитка.
— Когда мы теряем кого-то близкого, то никогда о нем не забываем и всегда мечтаем о том, чтобы он вернулся. Однако даже с такой трагедией можно научиться жить. Можно принять это как случившееся и сказать себе, что нельзя застревать в прошлом и нет иного выхода, кроме как двигаться дальше.
