— Я должен хорошо обдумать эту ситуацию и решить, что делать. Сейчас мне нечего тебе сказать.

— Доминик…

— И я прошу тебя не беспокоить меня хотя бы пару дней. Не звонить и не писать мне сообщения.

— Но…

— Я сам свяжусь с тобой, если приму какое-то решение.

— Д-д-Доминик…

— Всего хорошего, Алисия.

Больше ничего не говоря, Доминик встает со стула и спокойно направляется к выходу из комнаты.

— Доминик? — широко распахивает мокрые глаза Алисия. — Доминик?

Однако Доминик даже не смотрит на Алисию, когда покидает ее комнату, забирает свою легкую куртку, что висит в специальном месте в коридоре, сам открывает входную дверь и покидает квартиру своей возлюбленной, чье заявление привело его в шок.

— Доминик! — восклицает Алисия в тот момент, когда Доминик уже закрывает за собой дверь и уходит. — Доминик…

Алисия медленно окидывает мокрым взглядом весь коридор и тихо шмыгает носом, понимая, что ее начинает сильно трясти от волнения.

— Господи… — очень тихо произносит Алисия. — Неужели все кончено? Неужели это конец наших с Домиником отношений? Мы больше не вместе? Он меня бросил? Доминик больше не хочет быть со мной? Быть с убийцей? С убийцей Гильберта! С возможной убийцей той девочки!

Алисия качает головой.

— Неужели я не заслуживаю быть счастливой? — недоумевает Алисия. — Встретила такого хорошего мужчину и полюбила его! Была уверена, что он – моя судьба. Что я проведу с ним остаток своей жизни. Ведь кто еще обратит внимание на тридцатилетнюю женщину, которая еще и убила человека и танцевала полуголой перед богатыми?

Алисия прикрывает рот обеими руками.

— Я ведь не прошу ничего больше… — добавляет Алисия. — Всего лишь счастья. Простого женского счастья. Я хочу выйти замуж и жить с любимым мужчиной. Хочу попробовать завести ребенка, пока не стало слишком уж поздно. Мне большего и не надо.

Алисия переводит взгляд на белый потолок.

— Господи, неужели я так много прошу? — недоумевает Алисия. — Разве я не заслужила быть счастливой рядом с хорошим мужчиной, который полюбил мою душу, а не мое тело? Почему Ты лишаешь меня шанса жить спокойной жизнью? Почему я должна страдать? Я уже и так сполна заплатила за то, что когда-то сделала!

Алисия издает громкий всхлип.

— Все, довольно! — отчаянно восклицает Алисия. — Я больше не хочу страдать! Не хочу всю свою жизнь вспоминать о грехах своего прошлого и встречать тех, кто шарахается от меня из-за того, что Гильберт погиб по моей вине. Я уже сполна заплатила за то, что сделала. Все те страдания и были моим наказанием. И я не хочу страдать и дальше. Пожалуйста, господи… Покончи со всем этим… Позволь мне быть счастливой. Пожалуйста…

Алисия опускается на колени и с громким криком начинает истошно рыдать навзрыд, позволяя всем своим эмоциям выйти наружу и не сдерживая себя, пока она находится совсем одна. В глубине души она понимает, что ее признание в грехах прошлого практически погубили отношения с Домиником, который вряд ли захочет быть с той, что никогда не была такой святой, как ему казалось. Хотя женщина мечтает о том, чтобы этого не случилось. Чтобы мужчина постарался понять ее и решил быть с ней и любить, несмотря на все то, что она когда-то сделала против своего желания.

***

— Прочитав все от начала до конца, Доминик был очень разочарован, — признается Алисия. — Он долгое время смотрел в одну точку и не мог поверить, что это было правдой… Но в какой-то момент Доминик посмотрел на меня и сказал, что ему нужно подумать. Ну и… В конце концов и вовсе ушел из моего дома.

Алисия тяжело вздыхает.

— А я и не пыталась его остановить, — добавляет Алисия. — Потому что не видела смысла как-то оправдываться. Но когда он ушел, то начала горько рыдать и не могла остановиться. Потому что была уверена, что мое признание погубит все, что у нас с Домиником начало зарождаться.

— Он бросил вас? — интересуется Ракель.

— Я думала , что бросит.

— Думали?

— Хоть он попросил дать ему пару дней на то, чтобы все обдумать, я сама перестала с ним общаться.

— Вы сами?

— Я была уверена, что он не будет встречаться со мной после того что узнал. И решила, что будет лучше порвать первой. Я начала потихоньку мириться с мыслью, что нашим отношениям пришел конец.

— Доминик пытался связаться с вами?

— Да. Спустя некоторое время он начал звонить мне. Но я не брала трубку. И не отвечала на его сообщения, в которых он просил о встрече, чтобы обсудить наше будущее.

— Но почему?

— Я… Я боялась смотреть ему в глаза после того как этот человек о моей страшной тайне. Боялась услышать, что он бросает меня. Боялась, что Доминик не сможет смириться с тем, что я ему рассказала.

— О боже мой…

— Однако в один прекрасный день Доминик пришел ко мне домой без предупреждения. Я открыла дверь и увидела его на пороге. — Алисия крепко сцепляет пальцы рук. — Тогда я не стала прогонять его и впустила. Хотя ужасно нервничала и чувствовала сильную неловкость.

— Надо же… — задумчиво произносит Ракель.

— Я сразу же начала как-то оправдаться и буквально на коленях умоляла простить. Но в какой-то момент он сказал, что верит мне и ни за что не отвернется от меня.

— Он вам поверил?

— Да, Доминик поверил. Поверил, что я убила Гильберта случайно. С целью самообороны.

— Боже мой… — качает головой Ракель.

— Я поначалу не верила ему и думала, что он обманывает меня. Но потом ему все-таки удалось убедить меня в обратно. И в конце концов я… Перестала избегать его. Мы продолжали встречаться… Но, по крайней мере, после того случая мне стало намного легче. Ведь Доминик знал мою страшную тайну и не осуждал меня. — Алисия бросает легкую улыбку. — Да более того, Доминик начал проявлять ко мне еще большую заботу и постоянно напоминал, что всегда будет не моей стороне. Этот мужчина все время повторял, что его не волнует то, что я чуть было не угодила в тюрьму. И верил, что у меня не было никакого желания совершать этот тяжкий грех.

— Вы рассказали ему только про убийство? — уточняет Ракель.

— Нет. Про мою работу проституткой в молодые годы он тоже знал. Как и про то, что я в девятнадцать лет сбила на машине Инес, на тот момент думая, что она запросто могла быть мертва.

— И он вас не осудил?

— Нет. Доминик не осудил меня и за беспорядочные половые связи с мужчинами любого возраста.

— Надо же…

— Он часто говорил, что по молодости все совершают ошибки. — Алисия бросает легкую улыбку. — Признался, что в детстве постоянно обижал девочек и дрался с мальчишками по поводу и без. О чем сожалел до конца своих дней. Мечтал однажды найти их и попросить у них прощения.

— Здорово, что он так поддерживал вас, — скромно улыбается Ракель. — Сразу видно, что этому человеку были важны чувства, а не ваше прошлое.

— Доминик был очень добрым и светлым человеком. Он не умел быть грубым и всегда старался решать любые вопросы миром. — Алисия тихо вздыхает. — Когда он узнал о моем прошлом, то не сказал ни одного плохого слова и ни разу не оскорбил меня. Хотя я ожидала, что этот мужчина будет унижать меня так же, как это делали Элеанор и ее семья после оглашения приговора.

— Мудро, — произносит Ракель.

— Он только лишь сказал, что ему нужно подумать, и ушел. Все! Ни оскорблений, ни унижений.

— Надо же…

— Другой бы мог запросто сказать, что я – шлюха, убийца, мерзкая тварь, стерва и тому подобное. Но не Доминик. Он повел себя как настоящий мужчина. Ему было больно, но он не подал виду.

— Повезло вам с ним, — слегка улыбается Ракель. — Видно, что Доминик был чудесным человеком.

— Этот мужчина постоянно радовал меня и заставлял чувствовать себя королевой. Именно он помог мне окончательно прийти в себя после той ужасной истории, когда мне постоянно снились кошмары по ночам. Его забота обо мне настолько тронула меня, что я влюблялась в него все больше и больше.