— Удивительно то, что он позволил себе влюбиться в мою внучку, — тяжело вздыхает Скарлетт. — Которая, как мы все хорошо знаем… Ни за что травила невинных девочек по приказу той, что их терпеть не могла.

— Самое главное – она поняла свою ошибку и исправила ее, — подмечает Энтони.

— Не будем говорить плохое о покойном человеке, — призывает Лидия. — Надо вспоминать его только хорошими словами. Вспоминать, какой была эта девочка.

— Она была моим сокровищем, — со слезами на глазах отвечает Скарлетт и шмыгает носом. — Смыслом моей жизни.

Скарлетт нервно сглатывает.

— Хелен… Как же так? Почему именно ты, моя малышка? За что Бог так с тобой поступил? Почему?

— Ее собачка вон тоже страшно тоскует по хозяйке, — задумчиво отмечает Лилиан, бросив короткий взгляд в сторону и увидев, что Сэмми лежит в уголочке калачиком.

— Сэмми уже давно предчувствовал что-то ужасное. Ничего не ест, не пьет, не играет… Очень плохо спит… Как-то ночью он даже кричал во сне. Наверное, кошмар снился.

— Что же теперь с ним будет? — задается вопросом Джейми. — Смерть хозяина для собаки – самая настоящая трагедия.

— Я не уверена, что у меня будут силы заботиться о нем. Да, я очень сильно люблю Сэмми, но сейчас для меня даже встать с кровати очень проблематично.

— Его сейчас совсем нельзя оставлять одного, — с грустью во взгляде отмечает Алисия. — Сэмми сильно нуждается в нашем внимании.

— Может, вам стоит поговорить с ребятами и попросить их забрать песика к себе на какое-то время, пока вы не в состоянии за ним присматривать? — предлагает Виктор. — Уверен, что кто-нибудь согласится!

— Да мы и сами можем за ним присмотреть! — восклицает Летиция. — Сэмми спокойно может жить со мной, Энтони и мамой.

— И мы с Ребеккой за ним присмотрим, — обещает Джейми. — У нас дом большой, места всем хватит. А пока Эдвард живет с нами, он тоже поможет.

— Это не значит, что я от него отказываюсь, — объясняет Скарлетт. — Не значит, что я выкину его на улицу после смерти своей внучки. Хелен с самого детства просила у нас с Роджером собачку. Но изначально я не разрешала. А муж тем более не хотел никаких кошек или собак в доме. Однако когда собачка ее подружки с работы родила щенков, то внучка стала уговаривать меня разрешить ей взять одного. Очень настойчиво. Очень долго. И в конце концов я сдалась. С условием, что забота о нем будет лежать исключительно на ее плечах. Что она не заставит меня с ним возиться, если щенок ей надоест.

— Не волнуйтесь, миссис Маршалл, мы все прекрасно понимаем, — погладив Скарлетт по руке, успокаивает Лидия. — Мы позаботимся и о собачке, и о вас, и о ребятах.

— Мы еще потом поговорим и решим, кто в какие дни будет приходить к вам домой и присматривать за вами, — обещает Максимилиан.

— Спасибо большое за все ваши усилия, господа, но мне теперь ничто не поможет, — тяжело вздыхает Скарлетт.

— Во-первых, вам надо немного поесть и попить, — говорит Адриана. — А то вы уже стали брать пример с собачки и только и делайте что лежите целый день в кровати.

— Нет, у меня кусок в горло не лезет.

— Надо, дорогая, надо поесть, — настаивает Виктор. — Мы все понимаем, но так тоже нельзя.

— Слушайте, а давайте кто-нибудь заберет вас к себе? — предлагает Лилиан. — Так вы все время будете под нашим присмотром!

— Нет! — решительно отрезает Скарлетт. — Я никуда не уеду! Я останусь дома! Буду лежать здесь и ждать, когда смерть придет за мной. Когда я смогу воссоединиться со своей внучкой. С мужем. И может быть даже со своей дочкой.

— Побойтесь бога, миссис Маршалл! — ужасается Ребекка.

— Я уже старая, миссис МакКлайф! Разменяла седьмой десяток. Ну что меня еще ждет хорошего в этой жизни? Ни мужа, ни детей, ни внучки!

— Мы с вами почти ровесники! — восклицает Фредерик. — И у меня тоже почти никого не осталось! Жену похоронил, сына похоронил, невестка умерла. Да, мне было тяжело, но я все же нашел в себе силы выкарабкаться и жить дальше.

— Вы бы говорили совсем иное, если бы с вашей внучкой что-нибудь случилось. У вас есть Ракель. А у меня была только Хелен. Но гад по имени Маркус ее убил. Так какой мне теперь смысл жить и чего-то ждать?

— Все мы когда-то потеряли хотя бы одного близкого человека, — отвечает Максимилиан. — Кто-то родителей, кто-то бабушек с дедушками… Кто-то жен, кто-то мужей…

— Если бы я была лет на тридцать-сорок моложе, то еще можно было бы искать в себе силы жить. Но зачем это делать, когда мне осталось жить всего два понедельника? О ком мне теперь заботиться? О ком думать?

— О Сэмми, — предлагает Алисия. — Пусть он станет вашим утешением. Вряд ли бы Хелен была бы рада знать, что вы его бросили. Она надеется, что о нем позаботится ее бабушка.

— Сэмми и сам уже давно не стремится жить. Без еды и воды он недолго протянет.

— Как и вы, — отвечает Адриана.

— Я уже сказала, что буду ждать, пока смерть за мной придет. Мне, старой бабке, уже нечего терять, а ребята молодые, они со временем справятся и будут жить дальше.

— Не держите ничего в себе, миссис Маршалл, — советует Летиция, поглаживая Скарлетт по плечу. — Говорите все, что у вас на уме. Позволяйте боли выйти наружу. Плачьте, кричите, говорите… Делайте все, что облегчает вашу боль. А мы будем рядом и поможем вам справиться с утратой.

— Господи, покончи с моими мучениями, — отчаянно взмаливается Скарлетт и издает пару громких всхлипов. — Прошу, забери меня, старую грешную дуру… Отведи к внученьке и мужу. Я хочу быть с ними. Мое место – там. Пожалуйста, Господь милосердный, не заставляй меня больше страдать. Прошу Тебя… Забери меня с собой…

Скарлетт позволяет эмоциям взять над ней верх и начинает горько плакать, закрыв свое бледное от изнеможения лицо дрожащими морщинистыми руками. Все присутствующие женщины тут же спешат покрепче ее обнять и погладить по голове, руке или плечу, а мужчины пытаются утешить ее ободряющими словами. Хотя умом они все прекрасно понимают, что у них вряд ли что-то получится, пока миссис Маршалл в сильнейшем стрессе и убивается из-за смерти своей горячо любимой внучки, в которую совсем не хочет верить.

Песик Сэмми прекрасно видит, что происходит в комнате бабушки его покойной хозяйки, но не подходит к ней и своим мокрым, полным печали взглядом просто наблюдает за происходящим со стороны, время от времени тихонько поскуливая со сложенными перед собой лапками, на которые он кладет свою мордочку. И остается таким же равнодушным, когда некоторые гости подходят к нему, чтобы погладить по голове и предпринять попытку чем-нибудь его накормить, заочно зная, что это окажется бесполезной затеей.

***

Несмотря на то, что время еще не очень позднее, а на улице не стемнело, Питер не заметил, как заснул после того, как долгое время лежал в своей кровати и пялился в одну точку. Хотя нормальным отдыхом это вряд ли назовешь, ибо он постоянно ворочается, мычит, стонет и время от времени просыпается, а затем снова закрывает глаза. Да и сны не дают расслабиться и наводят на грусть, страх и панику, несмотря на то, что после пробуждения ему не удается вспомнить, о чем они были. Тем не менее истощенный и измученный продолжительным стрессом организм продолжает требовать от Роуза много спать, чтобы хоть чуточку защитить его от стремительного разрушения.

За окном воцарилась пасмурная, ветреная погода, в которую совсем не хочется выходить из дома. В комнате стоит гробовая тишина. Даже кошки, проживающие в квартиру сверху, сегодня на удивление тихие, хотя обычно все совсем наоборот. А еще здесь довольно холодно из-за проблем с отоплением, на которые уже давно жалуются все жители дома. Из-за чего одетого в темную футболку и штаны на резинке Питера мучает холод, что также является причиной, по которой ему снятся сны, заставляющие сердце биться в разы чаще, а его самого тяжело дышать. Пальцы крепко сжимают подушку, ноги слегка подрагивают, а мышцы напряжены до предела.

В какой-то момент тишину в комнате нарушает негромкий, звучащий будто сквозь глухую стену голос, мягко называющий имя спящего Питера. Который, правда, никак на это не реагирует и продолжает тихонько постанывать из-за кошмара, что ему снится на данный момент. Голос, что приносит с собой шлейф многократного эхо, зовет его во второй раз – ноль реакции. В третий раз он раздается уже гораздо громче и ближе, но по-прежнему не способен разбудить парня. Зато это срабатывает в четвертый раз. Слегка поморщившись, Роуз медленно приоткрывает глаза и окидывает взглядом всю комнату, в которой будто бы стало светлее, с чувством, что его кто-то звал. Но переждав некоторое время, он больше ничего не слышит и решает снова заснуть. Правда раздавшийся голос не дает этого сделать и теперь уже не только называет его по имени, но и просит подойти к нему.