— Ой, да ничего у нее не болит! — восклицает Шон. — Она лишь выпендривается и пытается вызвать у нас жалость. А мы делали все аккуратно и без спешки. Даже потратили время на то, чтобы немного приласкать ее тело, хотя вполне могли сразу же раздвинуть ей ноги и засунуть в нее член.

— В любом случае куколке больше не придется страдать, — хитро улыбается Даррен и откидывает назад голову Хелен, которая после этого так и остается в том же положении. — Потому что ее мучения кончатся уже через часик-полтора.

— Да, кстати, а мы точно все приготовили? — слегка хмурится Дэвид. — Ничего не забыли?

— Нет, вроде есть! Осталось лишь дождаться сигнала Маркуса, который вроде бы хотел связаться с нами по видеосвязи, чтобы дать Роузу шанс увидеть девчонку.

— Что, он все-таки позволит ему ее увидеть? — уточняет Шон.

— Просто хочет позволить своему сыночку стать свидетелем того, как девчонка погибает прямо у него на глазах. Раз уж везти ее к нему домой было бы палевно, а организовать видеосвязь и все показать – вполне неплохая идея.

— Этот старик просто гений, надо признать! — бодро отмечает Шон, скрестив руки на груди. — Ведь как Роуз сможет спасти свою ненаглядную, когда они будут так далеко друг от друга.

— Ну, вообще-то, это он думает, что они далеко… — загадочно улыбается Даррен. — А на самом деле от сюда до дома Маркуса можно добраться всего за пятнадцать-двадцать минут.

— Даже если так, Роуз все равно не успел бы ничего сделать, — уверяет Дэвид. — Пока он доедет до сюда, девчонка уже копыта откинет.

— Причем Маркус выбрал такой способ, при котором у нее нет ни единого шанса. От ее тела останется лишь пепел. Никакие копы не смогут опознать эту девчонку, а ее бабка не сможет организовать похороны своей внученьки.

— Короче, мужики, у нас все на мази! — радостно восклицает Шон.

— Верно, все идет как по маслу, — соглашается Дэвид, проводит кончиками пальцев по горлу Хелен и спускается к ложбинке между ее грудями. — Ничто не сможет нарушить наши планы.

— А кто посмеет их нарушить, тот очень дорого за это поплатится, — добавляет Даррен, большим пальцем натирая сосок Хелен.

— Без всяких сомнений! — гордо приподнимает голову Шон, проведя рукой по все еще оголенному животу Хелен и обведя пальцем вокруг ее пупка. — Победа останется за нами.

Даррен, Дэвид и Шон ехидно хихикают, дружно соглашаясь со всем сказанными. Они еще некоторое время продолжают наглаживать бессознательную и связанную Хелен где только можно до того, как в комнату заходит Элайджа, бросив короткий, удивленный взгляд сначала на открытую дверь, а затем и на своих друзей, которые окружают девушку.

— О, Элайджа, а ты пропустил все веселье! — бодро говорит Даррен.

— Ага, пока ты где-то шлялся, мы тут успели быстренько трахнуть эту красотку напоследок, — признается Дэвид, обеими руками погладив щеки Хелен.

— Я так и понял, судя по вашим довольным красным рожам, — хихикает Элайджа. — И по тому, что девчонка без сознания. И что вы напялили на нее топ наизнанку, да еще и задом наперед.

— Спокуха, братан, сейчас она очухается, — уверяет Шон. — Девчонка дышит, а сердце у нее бьется.

— Смотрите, балбесы, не убейте ее раньше времени.

Элайджа подходит к Хелен, приподнимает пальцами ее веко и подсвечивает зрачок с помощью компактного фонарика, который он достает из внутреннего кармана на куртке.

— Питер Роуз обязательно должен стать свидетелем ее смерти. Это желание Маркуса. Он хочет, чтобы девчонка погибла у него на глазах. Хочет, чтобы его сыночек не смог ее спасти. Как сам господин ничем не мог помочь своей жене.

— Все так и будет, вот увидишь! — гордо приподнимает голову Даррен.

— Ладно. — Элайджа опускает голову Хелен. — Надеюсь, в этот раз вы научились нормально завязывать веревки, чтобы их невозможно было просто так развязать?

— Все чики-пуки, Хартли! — щелкает пальцами Дэвид. — Девчонка пускай себе хоть все ногти переломает. Она никак не сможет их развязать.

— Смотрите у меня! А то опять прозевайте момент, как в случае с Роузом, когда он забалтывал вас, дебилов, в этот момент развязывая себе руки.

— Если мы вновь так или иначе подведем Маркуса, то он может прикончить нас лично, — бросает вызов Шон.

— Сегодня у нас нет никакого права облажаться, парни. Сегодня тот день, когда все должно встать на свои места. Когда месть должна свершиться.

— Так и будет! — заявляет Даррен. — У нас уже все готово. Осталось только ждать сигнала от Маркуса.

— Он скоро его даст. Я по дороге сюда получил сообщение от Лютера, в котором он сказал, что Роуз уже должен был узнать всю историю своей семейки.

— Прекрасно! — хитро улыбается Дэвид. — Значит, урожденный Теодор Уилсон Лонгботтом уже на финишной прямой. Всего в нескольких метрах от своей гибели.

— И да, появилась одна проблемка, — спокойно сообщает Элайджа. — Пока Лютер и Рон стояли на улице и курили, они увидели, как неподалеку от дома Маркуса гуляли дружки Роуза.

— Да ладно? — удивленно произносит Шон. — Приперлись с ним что ли?

— Да, походу, Роуз сказал им где-то спрятаться, а сам пошел к господину один.

— А парни уверены, что это они?

— Да, это точно были они! Все трое. Оба брата МакКлайф и Перкинс.

— Что ж, в таком случае они сами подписали себе смертный приговор и не стали делать как лучше, — резко выдыхает Даррен. — Хотя мы давали им шанс остаться в живых.

— Точно, раз не хотят жить, то отправятся вслед за Роузом, — добавляет Дэвид.

— Винчестер сказал, что они с Адамсом сейчас пытаются с ними справиться, — сообщает Элайджа. — К ним на подмогу подоспел еще и Боб, но эти уроды не так слабы, как кажется. Дерутся, огрызаются и не собираются так просто сдаваться.

— Уверен, что ребята найдут на них управу, — уверенно говорит Шон. — Они же не Супермены, чтобы сражаться с противниками без устали.

— Ребята поставили себе задачу на время вырубить всех троих и перетащить их тушки в подвал дома Маркуса. Наверняка он приведет туда Роуза и прикажет парням расправиться с ними у него на глазах.

— Да уж, сколько смертушек придется увидеть Роузу перед тем, как он сдохнет сам, — с легкой улыбкой вздыхает Даррен. — Кто знает, может, если он потеряет всех, кто был готов лизать ему задницу, этот придурок сам будет умолять его убить.

— Или намного облегчит нам задачу и сам с собой покончит. В очередной раз.

— Так или иначе от судьбы этот урод не сбежит, — уверенно говорит Шон. — Раз от него все эти годы пытались избавиться, значит, ему в этом мире не место. Как и говорил наш дражайший господин.

— Я уже жду не дождусь начала нашей классной тусы, — потирает руки Дэвид. — Хочется не сколько избавиться от этих двоих и их дружков, сколько насладиться теми эмоциями, что все это вызывает.

— Нам всем будет ужасно весело, — гордо приподнимает голову Даррен. — Не сомневайся.

А пока все четверо с хитрой улыбкой переглядываются между собой, Хелен сначала издает тихий, мучительный стон, а потом начинает слегка мотать голову и приподнимает ее, медленно открывая глаза. С чувством легкого головокружения, нечетким зрением и болью в нижней части живота. Тихонько постанывая, она непонимающе осматривается по сторонам и широко распахивает глаза, когда дергает руками и ногами и понимает, что они крепко связаны. А любые отчаянные попытки освободиться вызывают у нее приступ паники, из-за которого она начинает часто дышать.

— Нет… — слегка хриплым голосом произносит Хелен, вертясь на стуле как уж на сковородке. — Нет-нет… Нет, пожалуйста…

— О, очнулась наконец-то! — изображает удивление Даррен, хлопнув в ладони. — А мы уж начали волноваться!

— Ребята оказались правы: потрахушки с тобой оказались нереально крутыми, — добавляет Шон. — Хоть все закончилось быстро, мы все получили немало удовольствия.

— Сколько еще это будет продолжаться? — со слезами на глазах обессилено спрашивает Хелен. — Сколько еще мне придется все это переживать?