Но долго Эдвард там не задерживается и плавно приближается к Наталии, склонившись над ней, с восхищением посмотрев ей в глаза и почувствовав, как горячее дыхание опаляет его слегка покрасневшую кожу, когда лбом прислоняется к ее лбу.

— Ты готова? — тихим, низким, хриплым голосом спрашивает Эдвард.

— Да… — уверенно кивнув, с жаром произносит Наталия. — Я хочу тебя… Сейчас…

Почувствовав, как сердце приятно затрепетало в груди, Эдвард с широкой улыбкой ласково прижимается губами к губам Наталии, которая проводит одной рукой по его взъерошенным волосам и нежно гладит другой по щеке. Не успевает понять, как тот нежно сминает обе ее губы и под тихий женский стон инициирует сладкий, глубокий, чертовски чувственный поцелуй, на который она безвольно отвечает. Медленно проводит руками по крепкой мужской спине, слегка вздрагивает от прикосновения к мощным бицепсам и заставляет его застонать, когда ее пальцы крепко сжимают ягодицы возлюбленного. Нежные, тягучие поцелуи в шею расслабляют и заставляют окончательно выпасть из реальности и думать, что в этом мире есть только они вдвоем. А параллельные ласки груди возносят ее на вершину блаженства и способствуют усилению и без того мучительного напряжения где-то внизу живота.

Целиком и полностью отдавшись нестерпимому соблазну, Наталия не успевает осознать, как легко и непринужденно Эдвард одним движением вторгается в ее самую личную зону, решительно разрушив ту границу, что отделяла их от страстно желанного удовольствия. От чего девушка тут же издает приглушенный стон и в порыве эмоций вцепляется пальцами в мужскую спину, изнывая от нетерпения, вызванного очень нежными и плавными движениями, что заставляют каждую мышцу содрогаться от приятной в некоторой степени боли. От того безумия, которое с каждой секундой набирает обороты, давая понять, что теперь пути назад нет.

Темная страстная сторона Эдварда все больше овладевает его разумом и заставляет действовать все решительнее и решительнее и превращаться в голодное животное, наслаждаясь тем, как Наталия извивается под тяжестью его тела и ласкает его слух своими болезненными стонами, полными неистового наслаждения. А когда они начинают практически граничить с криком, то мужчина тут же заглушает их волнительным поцелуем, от которого у обоих голова идет кругом, мощными толчками пытаясь пробить ту крепость, которую ему еще предстоит сломать, чтобы добраться до желанного пункта назначения. Впрочем, девушка и сама согласна помочь любимому в этом, не менее решительно двигаясь ему навстречу и прижимая как можно ближе к себе словно он является для нее источником воздуха. Она сильно оттягивает его волосы пальцами обеих рук, когда мужские губы приникают к изгибам ее шеи и щедро покрывают эту изящную часть тела волнительными поцелуями. Сейчас, когда сексуальное напряжение переживает практически самый пик, все тело невероятно чувствительно к любым действиям того, в чьей власти оно сейчас находится.

В какой-то момент их затуманенные взгляды встречаются и пристально рассматривают каждую черту покрасневшего лица друг друга. Они полны яркого огня и дикого желания. Громкое и частое дыхание опаляет кожу ровно как и любое прикосновение горячих ладоней или мягких губ. Голова ходит кругом из-за сокрушительного цунами незабываемых эмоций, кровь бурлит в жилах, а ноющая боль ощущается не так остро из-за затуманенного неземным наслаждением разума. Нежные руки Эдварда гладят Наталию по щеке, а пальцы проходят сквозь раскинутые в разные стороны белокурые волосы. Плавно скользят по передней части шеи, которую она ему подставляет, откинув назад голову, чтобы он не только осыпал ее различными поцелуями, но еще и оставил на ней влажные дорожки, зубами слегка прикусил некоторые особо чувствительные части и нежно их пососав. Пока ладони самой девушки ласкают его оголенный торс, каждая мышца которого находится в болезненно сильном напряжении, и изгибы талии, пальцы по-хозяйски сжимают мужские ягодицы, а ногти оставляют на спине ярко-красные царапины или крепко впиваются в заднюю часть его шеи.

С каждой новой попыткой разрушить невидимую преграду влюбленным все больше не хватает воздуха, а каждую мышцу сводит от набирающих силу электрических разрядов. Параллельно с граничащими с криком стонами Наталия сама жадно приникает к губам Эдварда, которые в порыве страсти больно покусывает, крепко держа его лицо в руках и в какой-то момент закинув одну ногу вокруг талии мужчины, пока тот хватает ее за бедро и одним рывком прижимает еще ближе к себе. Что такое стеснение и неуверенность – он напрочь забывает. В такой интимный момент в нем словно просыпается другая личность. Дикое животное. Тигр, который ни перед чем не остановится ради достижения цели. Впрочем, она тоже оказывается не из робких и открыто выражает свои чувства, которые ее сейчас переполняют. Хочет – извивается как кошка. Хочет – громко стонет. Хочет – кричит и умоляет дать ей больше или же побыстрее сделать ей приятно.

— Пожалуйста, Эдвард… — издает чувственный стон Наталия. — Пожалуйста…

— Тише, малышка, тише… — с хитрой улыбкой хриплым голосом говорит Эдвард, губами проводит по месту за ухом Наталии, в которое он собирается что-то прошептать, зная, что это отзовется у нее в груди трепещущем сердце эхом. — Расслабься, Наталия… Наслаждайся тем, что я могу тебе дать.

— Еще… Еще… Прошу…

Сердце пропускает удар, а приглушенный сам собой вырывается наружу, когда Эдварда сначала приникает к губам Наталии и обводит языком вокруг ее языка, а затем еще глубже вторгается на территорию, куда вход разрешен лишь ему одному. В какой-то момент он замедляет темп, а затем и вовсе замирает, намеренно оттягивая столь желанную кульминацию и с неподдельным удовольствием наблюдая за тем, как в глазах невесты читается отчаянная мольба продолжать и категоричное нежелание заканчивать все это, когда до финиша осталось совсем немного.

— Не останавливайся… — шепотом скулит Наталия. — Прошу тебя… Еще… Еще! Еще! Пожалуйста…

— Ты уверена, что готова к самому сладкому? — с хитрой улыбкой шепчет Наталии в губы Эдвард и слегка прикусывает ее нижнюю. — Лично я уже на грани…

— Пожалуйста, лев мой…

— Готова визжать во все горло?

— Да-а-а-а…

— Уверена?

— Ар-р-р, не беси меня, МакКлайф! — Наталия крепко вцепляется пальцами в волосы Эдварда и сильно их оттягивает. — Трахни ты меня наконец, пока я не взяла дело в свои руки!

— Ладно, куколка, я все понял.

Крепко сжав ее грудь всей ладонью и поласкав твердые женские соски большим пальцем, Эдвард щедро осыпает всю шею Наталии тягучими поцелуями. Девушка же закатывает глаза от накатившего на нее приступа головокружения, неосознанно начав совершать возвратно-поступательные движения бедрами и с полными наслаждениями криками как бы стремясь ему навстречу. Навстречу всеобъемлющему экстазу, из-за которого она на мгновение теряет сознание. Издает протяжный стон, когда его зубы слегка покусывают и вонзаются в нежную кожу у нее на шее, которую он затем ласкает кончиком языка. С чувством, что сердце в груди вот-вот выдолбит себе путь наружу.

После еще одного остервенелого поцелуя в губы Эдвард продолжает быстро и решительно добираться до финишной черты, понимая, что осталось совсем немного до того, как вершина горы будет наконец-то покорена. Дрожа от острых, мучительных ощущений и чувствуя себя как никогда уязвимой, Наталия в порыве эмоций сама вонзает зубы в кожу на изгибе шеи мужчины, обвив руками его талию и прижав поближе к себе с желанием никуда того отпускать. Но когда они оба понимают, что находятся на грани, то доводят дело до конца, пристально смотря друг другу в глаза и задыхаясь от острой нехватки воздуха. Проходят какие-то мгновения до того, как Эдвард с приглушенным рыком лбом прислоняется ко лбу Наталии, которая начинает понимать, что волна обжигающего жара стремительно проникает в каждую клеточку ее тела, а мышцы сжимаются в сладкой судороге. С учащенным дыханием она громко и блаженно стонет ему прямо в рот, бесконтрольно извиваясь в крепких жарких руках мужчины, которого и самого бросает в сильную дрожь. Он с низким, протяжным стоном словно выпускает на волю то, что так долго было заперто где-то внутри, обретая чувство полного облегчения и блаженства.