— Просто он у нас очень умный и смелый пацан, — с легкой улыбкой бодро отмечает Терренс. — Который умеет не только резвиться, опустошать миску с вкуснейшим кормом и спать в своем уголочке сутками напролет.

— Все было бы не то, если бы Сэмми не существовало в нашей жизни, — добавляет Эдвард.

Сэмми два раза тихонько подает голос, как бы благодаря друзей за все их добрые слова.

— Вот хоть Сэмми и любит издеваться над Питером, он все равно никому не даст его в обиду, — уверенно говорит Анна.

— Питер для Сэмми словно второй хозяин, — отмечает Наталия. — Который присматривает за ним, пока Хелен рядом нет. И который все равно обожает его, несмотря на все проделки.

— Сэмми не желает ему зла, — отвечает Хелен, потрепав ушки Сэмми. — Даже если он не всегда его слушается и капризничает, мой мальчик все равно любит и уважает Пита.

— Вряд ли бы он так переживал, что не смог его защитить, если бы не любил, — предполагает Даниэль.

Сэмми будто в знак согласия жалобно скулит и тихонько лает, окинув всех виноватым взглядом.

— Тише-тише, малыш, все хорошо, — мягко произносит Хелен, погладив Сэмми по голове. — Не надо скулить.

— Так, народ, давайте решать, что будем делать, — берет слово Терренс. — Сомневаюсь, что есть смысл ждать еще дольше. Питер уже вряд ли объявится сам.

— Да и сам главарь банды и его приспешники тоже не станут с нами связываться и что-то требовать, — предполагает Эдвард.

— Есть, конечно, шанс, что кто-то может позвонить мне или подловить меня где-то на улице, чтобы сказать, что Питер у них, — задумчиво говорит Хелен. — Но я не совсем уверена.

— А как они могут с тобой связаться? — удивляется Ракель. — У них что, есть твой номер?

— Скорее всего. Потому что пару-тройку раз я получала сообщения с неизвестного номера.

— С неизвестного номера? — переспрашивает Наталия.

— А почему ты раньше об этом не говорила? — недоумевает Даниэль.

— Да я только недавно получила первое, — разводит руками Хелен. — Уже после того, как меня пытались утопить.

— И что было в тех сообщениях? — интересуется Терренс.

— Да ничего особенного… — Хелен нервно сглатывает. — Просто угрозы уничтожить меня. Заставить Питера порвать со мной отношения. Мол, вы никогда не будете счастливы.

— И в этом случае они определенно пойдут до конца, — предполагает Эдвард. — До тех пор, пока Роуз реально не поверит во всю эту ложь.

— Да он уже практически поверил, — вставляет Даниэль. — Но пока что не окончательно. Возможно, сказываются наши старания. А может, чувства не дают со всем этим покончить.

— И доказательств ему так никто не предъявил, — добавляет Анна. — Хотя даже в этом случае Роуз верит каким-то негодяям больше, чем близким друзьям.

— И это очень обидно, — с грустью во взгляде отмечает Наталия. — Обидно, когда тебе не верят, даже если ты говоришь правду.

— Тем не менее, чувства Питера можно понять, — отмечает Ракель. — А учитывая и то, как с ним однажды обошлись, неудивительно, что для него это такая больная мозоль. Блондин боится снова быть преданным. Боится, что его любовь будет убита.

— Я ведь ни разу не давала ему повод усомниться в себе, — тяжело вздыхает Хелен. — Никогда не предавала его и не ставила что-то выше этого мужчины. Я с легкостью могу многим пожертвовать, если ему от этого станет легче.

— Мы верим тебе, Хелен, — мягко говорит Анна. — Верим, что тебя пытаются оклеветать и сделать подлой и мерзкой сучкой в глазах Питера.

— Я уже не знаю, что мне делать. Как убедить его в том, что все это клевета.

— А ничего не делай! — восклицает Терренс. — Когда человек прав и знает, что не сделал ничего плохого, то ему нет смысла кричать об этом на всех углах. Истина не боится тишины и не нуждается в публике и показухе. А крик на весь мир – чаще всего признание вины, завуалированное страхом быть разоблачённым.

— И правда, подруга, ведь когда ты на всех углах трындишь, что все это ложь, а тебя подставили, и бьешь себя кулаками в грудь, то возникают вопросы, — поддерживает Даниэль. — Человек может подумать, что ты врешь. Как говорится, молчание – золото.

— Правду не нужно доказывать всем вокруг, — отмечает Наталия. — Достаточно знать её самому и продолжать дальше стоять на своем, даже если проще было бы солгать.

— Время само расставит все на свои места, — с легкой улыбкой уверяет Эдвард. — Самое главное – не предавать то, чему ты верен всему сердцу.

— Да я и не собираюсь лгать, — вздыхает Хелен. — Ни за что не поддамся давлению и не скажу, что предала Питера. Не скажу, что нагло ему вру и кручу романы с другими мужиками.

— Может, однажды Питер немного остынет и спросит себя, правильно ли он поступает, — выражает надежду Ракель. — Правильно ли вот так набрасываться на тебя.

— Как бы больно мне ни было слышать все эти обвинения, я не перестану его любить и желать ему всего самого лучшего. Питер – один из самых важных людей в моей жизни, которые многое для меня значат. Даже если он и бросит меня, это не убьет во мне любовь.

— Поверь, дорогая, он и сам не сможет тебя забыть, — уверенно отвечает Даниэль. — Питер сох по тебе полтора года. Полтора! Именно из-за тебя он отвергал все попытки других девушек пофлиртовать с ним. Роуз никому не давал шанса. Даже если были вполне себе неплохие кандидатуры. Такие долгие чувства за одно мгновение не забываются.

— Скорее всего, уже никогда не забудутся, — скромно улыбается Наталия. — А если вы захотите найти кого-то другого, то будете искать друг друга в каждом, кто окажет вам какие-то знаки внимания.

— Мне не нужен другой, ребята, — качает головой Хелен. — Мне нужен только Питер. Или я буду с ним, или не буду ни с кем. Он единственный, кого я вижу своим мужем и отцом моих детей. Да и бабуля права, когда говорит, что Роуз похож на дедушку Роджера в молодости. А уж поверьте мне, он и правда был очень красивым человеком. Да, дедуля был очень строгим и гордым, но в то же время справедливым и порядочным.

— Дай бог, все это скоро разрешится, — с легкой улыбкой подбадривает Анна. — Дай бог, Пит не совершит столь непросительную ошибку.

— Да ладно, мы как-нибудь потом разберемся. Не переживайте. Самое главное – чтобы он остался живым. Чтобы те твари не успели Питера прикончить до того, как мы сможем его найти.

— Пока что единственное, что мы можем сделать, – это связаться с мистером Джонсоном и сообщить ему о пропаже Питера, — задумчиво говорит Ракель.

— А он не скажет нам подождать как минимум сутки? — выражает опасение Хелен. — Как это обычно бывает, когда человек хочет заявить об исчезновении близкого.

— Да, но ведь он знает, что случай с Питером серьезный, — отмечает Наталия. — Что в любой момент может произойти что-то ужасное.

— Нет-нет, мистер Джонсон – умный человек и все прекрасно понимает, — качает головой Терренс. — Он не откажется нас выслушать и помочь.

— Да уж, повезло, что мы знакомы с надежным полицейским, к которому всегда можем обратиться за помощью, — задумчиво отмечает Анна.

— Мистер МакКлайф знает, с кем нужно водить дружбу, — отвечает Даниэль.

Сэмми два раза уверенно подает голос.

— Ну что, тогда не будем терять времени? — разводит руками Терренс. — Все равно нет смысла просиживать диван и перемалывать одно и то же по сто раз.

— Да, давайте позвоним, — соглашается Ракель. — Опишем кратко ситуацию, чтобы не отвлекать его от работы. А когда он сможет встретиться с нами, то мы все подробно ему объясним.

— Эй, Терренс, дай-ка мне телефон, — просит Даниэль и берет с кофейного столика свой смартфон. — Ты все равно ближе к нему сидишь.

Терренс без вопросов берет трубку стационарного телефона и протягивает ее Даниэлю.

— Сейчас найду номер и позвоню.

— Все забываю добавить его в записную книжку, — смущенно признается Анна.

— Один из важных номеров, между прочим, — подмечает Эдвард.

— Знаю. Но я обязательно это исправлю.